Жены убийц и их тайная жизнь - Элизабет Арнотт - Страница 15

будто может манипулировать – людьми, истиной, ею, Элси? Ложь, крокодиловы слезы в зале суда, мольбы к Элси не бросать его вызывали гадливую жалость. Тогда-то Элси наконец поняла: она сильнее духом, чем ее бывший муж.

Она вновь оглядывает комнату Черил, не зная толком, что надеется найти. Дневник? Записку, оставленную родителям в тот вечер, когда девушка в последний раз вышла из дома? Просто смешно: здесь уже побывали копы; Элси даже не первая журналистка, которая вошла в эту дверь. И она, вспомнив молодых людей в спортивной форме, решает задать еще несколько вопросов.

– Может, вы знаете, кто в команде Черил – или не в команде – желал ей зла?

Мистер Иррера вскидывает взгляд.

– Может быть, ваша дочь с кем-то поссорилась? Может, у нее была соперница в спорте? Может, она не ответила на чувства какого-нибудь юноши?

– Зачем вы спрашиваете? – Поза мистера Ирреры становится напряженной. – По-вашему, Черил сама виновата – парню отказала? Так, что ли?

– Нет, нет! – пугается Элси. – Я совсем не то имела в виду.

– Убирайтесь. Я на эти вопросы уже отвечал.

Элси встревожена этой вспышкой гнева. Она делает глубокий вдох. Кто же знал, что так получится!

– Мистер Иррера, я приношу свои извинения. Вы меня неправильно поняли.

– Потому что вы не слушаете! Впрочем, как и полицейские.

– Может быть, вы мне объясните… – Элси смаргивает. – Что вы имеете в виду, говоря, что полицейские вас не слушают?

– Браслет я имею в виду; браслет! Я про него сказал этому вашему Роучфорду. А ему без разницы.

– Браслет принадлежал Черил?

Мистер Иррера молчит, хмурится. Прикидывает, задействовав весь свой скепсис, можно ли доверять Элси.

– Она с этим браслетом не расставалась, – наконец произносит мистер Иррера. – Не снимала, даже когда мылась, ни перед тренировкой, ни в бассейне. Там ее инициалы, три буковки к цепочке прикреплены: ЧДИ. Говорю же: браслет всегда был на ней.

Мистер Иррера обводит взглядом комнату и добавляет:

– И вот он пропал.

Элси ждет продолжения, а то и приказа убираться вон, однако мистер Иррера уже остыл.

– Когда нас вызвали на опознание, – продолжает он с дрожью в голосе, – я браслета не обнаружил. Я хотел забрать его домой, подумал, что его сняли там… в морге. А мне говорят: не было на ней никаких украшений, когда она… когда пришла ее смерть.

Будь Элси не самой собой, а матерью, как Беверли, к примеру, она вся подалась бы к мистеру Иррере при этих словах.

– А не осталось ли у вас, случайно, фотографий, где Черил с браслетом?

Вот это ей по силам – такая помощь.

– Остались.

– Тогда, наверное, мы сможем что-то сделать.

Когда Элси выходит из дома, небеса уже имеют мандариновый оттенок. Скоро стемнеет; скорбящие разбирают и затепливают свечи.

Чувство вины, с которым Элси появилась в Лас-Эспадас, ослабевает по мере того, как скорбящие покидают дом семьи Иррера. Если Элси убедит Хантера опубликовать статью о Черил и пропавшем браслете, причем обязательно с фотографиями, если внушит ему, что необходимо обратиться за помощью к общественности, – как знать, глядишь, и наметятся новые путеводные ниточки.

Боковым зрением Элси видит: подозрительный силуэт, который она заметила, когда только приехала, никуда не делся. Предчувствие кристаллизируется в воздухе, образует вокруг нее ауру. Элси оглядывается на дом. Теперь уже все вышли, столпились на лужайке, вокруг столов; мягко мерцают свечи. Элси переводит глаза на мутную фигуру. Мужчина: в этом нет сомнений, это ясно по немаленькому росту и осанке. Жидкие волосы до плеч, неряшливый пиджак – в такую-то жару.

Не желая привлекать к себе внимание, Элси пересекает проезжую часть и спешит к машине. Она не уедет сразу; она посидит и понаблюдает. На ходу она то и дело косится на незнакомца: не скрылся ли? Нет, не только не скрылся, но даже позы не переменил. Так и стоит за фонарным столбом, беспокойно, пристально смотрит на скорбное сборище.

Вдруг он резко оборачивается, и мгновение они с Элси смотрят в глаза друг другу. Расстояние между ними не менее сотни ярдов, но Элси внутренне холодеет. А незнакомец покидает свой пост, спешит прочь. Элси косится на машину. Можно сесть за руль, завести мотор, поехать за этим типом. Вставить и повернуть ключ зажигания – секундное дело. Но Элси уже ясно: как раз этих нескольких секунд у нее и нет. И она начинает преследование на своих двоих. Зачем и почему этот человек прятался, издали наблюдал за домом семьи Иррера в столь тяжелый день?

Теперь она четко видит: он не только очень высок ростом, но и тощ как прут. Походка у него странная – будто суставы не гнутся. Впрочем, передвигается он шустро, куда шустрее, чем Элси. Она едва удерживает его в поле зрения. Вот он свернул за угол; Элси почти бежит и успевает увидеть, как он запрыгивает в грузовой фургон, что стоял под дубом, малозаметный, если не приглядываться.

На задней дверце что-то написано – какая-то реклама, логотип компании. Издали не разобрать. Выхлопы заведенного двигателя Элси считает сигналом, переходит на неуклюжий бег. Когда расстояние между ней и фургоном достаточно сокращается, она выхватывает из сумочки блокнот, пролистывает страницы с заметками и ключами к головоломкам, выуживает карандаш и начинает делать зарисовку, стараясь не упустить ни одной детали. Вот фургон скрылся из виду; в ушах Элси гулко стучит кровь, перенасыщенная адреналином, а на странице перед ней набросок – возможно, первая улика.

Глава 10

Роджер приехал, едва пробило девять, и застал Беверли с бокалом «Виски Сауэр»[24].

Беверли знала: нельзя с порога спрашивать об Эмили Розвелл – той, чье имя вчера назвали по радио. Роджер выдаст ровно столько сведений, сколько она выудила у него о Черил Иррере – то есть минимум, близкий к нулю. Поэтому Беверли помогла ему освободиться от форменной куртки, повесила ее на плечики, после чего позволила увлечь себя в спальню.

Поведение типичной любовницы, постыдный алгоритм, освоенный Беверли еще в самом начале, сразу после чашки дрянного кофе в столовке мотеля. Генри к тому моменту уже вынесли приговор, он сидел в тюрьме «Сан-Квентин». Роджер вроде как взялся опекать Беверли. Сказал, конечно, из благодарности за столь активное сотрудничество со следствием, чтобы не стеснялась ему писать, если возникнут проблемы, даже мелкие. После ареста Генри полицейским понадобились дополнтельные доказательства, и Беверли им не отказала. Обыск в доме – пожалуйста; доступ к деловым бумагам мужа, семейным календарям, фотографиям – в любое время;