Тени яблоневой аллеи - Дарья Александровна Калинина - Страница 31

Светлана, то они с Катюшей покорно жевали на завтрак пророщенное просо и закусывали его тонюсенькими ломтиками пресного домашнего сыра.

Но Виолетта была не в курсе, она совсем не знала о страданиях, какие доставляет Катюше, макая перед ее взглядом свежую, еще теплую булочку в густые сливки с медом или намазывая на нее толстым слоем желтое сливочное масло, а затем, не дожидаясь, когда оно растает, обмакивала его в вазочку с вишневым вареньем. Некоторыми особо аппетитными кусочками булки Виолетта делилась с вороной. Та с жадностью хватала халу и хрустела поджаристой корочкой на всю округу.

– Кушай, Беатрисочка, – ласково уговаривала Виолетта свою ворону. – Тебе нужно хорошо питаться. Тогда и крылышко быстро заживет.

Все были уже в курсе трогательной истории о том, как Виолетта в первый же вечер, проведенный в «Лесной сказке», подобрала у себя в саду раненую Беатрису, которая сильно пострадала в стычке с неведомым врагом. Виолетте стало жаль птицу, она отвезла ее к ветеринару, где вороне наложили гипс на сломанную ногу и крыло. И пока ворона болела, Виолетта оставила ее у себя. Мало-помалу они сдружились, и Виолетта обнаружила у питомицы дар пародистки. И начала учить ворону разговаривать. Ворона все схватывала на лету, но характер у нее был разбойничий, из всех выученных слов она предпочитала почти исключительно одни ругательные. Вот они ложились в память вороны, словно пришитые навечно. С остальным возникали заминки. Даже свое собственное имя Беатриса до сих пор выучила не полностью.

– Мне надо было назвать тебя Бандитка. Наверное, тогда бы ты живо запомнила, как тебя зовут. Ну кушай, кушай, моя Беатрисочка.

Катюша, глядя на то, как стремительно булочка перекочевывает в бездонный вороний желудок, лишь глотала слюнки, и Оленька слышала, как ее дыхание с каждой минутой становится все тяжелей, а устремленный на Виолетту взгляд, казалось, был способен растопить даже камень.

Однако Виолетта отличалась на диво толстой кожей, ей было все нипочем.

– Угу! – ответила она между глотками, вновь вернувшись к завтраку. – Я и сама думала, что Наташка может быть причастна к нападениям на меня. Сговорились они с моим муженьком. И пусть у обоих безупречное алиби на то время, когда на меня напали в первый раз, но возможно, что второй раз они не так хорошо подготовились? А нападение на Антонину вполне можно считать вторым покушением на меня. Что скажет следователь на этот счет? Нужно будет ему сказать, чтобы проверил алиби Наташки и Кости на минувший вечер!

Сегодня утром Никита Максимович был куда доступней для общения. Он примчался и лично допросил Антонину обо всем, что ей довелось пережить в момент нападения.

Также он счел необходимым извиниться за вчерашнее молчание.

– Простите, что не смог ответить сразу же, как вы мне позвонили. Не слышал звонка. Жена беременна и настаивает, чтобы я на ночь выключал звук у телефона. Уверяет, что иначе не может заснуть. Так что ваш звонок я увидел лишь утром. Но я сразу примчался. И потом, ночью вы могли вызвать дежурный наряд, к вам бы обязательно приехали. Почему вы так не сделали?

– Мы тут и сами неплохо справились.

– Скушайте булочку, господин следователь, – предложила ему Виолетта. – Тесто просто пух. А уж со сливками! Пальчики оближете!

– Я бы лучше с салом. Есть у вас сало?

– Топленое.

– Годится! Еще вкусно со шкварками и жареным луком.

– Есть стрелки зеленого лука и по пучку укропа с петрушкой.

Следователь мигом соорудил себе бутерброд из свежего хлеба и принялся его поглощать, обильно закусывая свежей зеленью. Оленьке, которая сидела за столом рядышком с Катюшей, стало просто страшно за нее. Катюша так дрожала, что можно было подумать, ее пытают.

Оленька наклонилась к подруге и прошептала ей на ухо:

– Мужайся.

– Так хочется хлебушка с салом. Ты себе не представляешь! Светлана пичкает меня одной крупой. А я же не курица. Кстати, как там твои петушки? Убыль среди них есть?

– Не знаю. Я про них и забыла совсем.

Оленьке стало стыдно. Что она за хозяйка такая! И пока следователь завтракал в окружении женщин, Оленька сбегала к себе домой, чтобы проверить петушков. К ее удивлению, все они выглядели бодрыми и количество их не уменьшилось. Некоторые, стоило их выпустить, тут же заняли возвышенные места и принялись пританцовывать на них, размахивая крыльями и вытягивая шеи. Верный признак того, что в скором времени, может быть, через пару дней, а может быть, уже в следующую минуту, эти петушки примутся голосить что есть мочи. И не только по утрам.

Впрочем, когда Оленька высыпала корм, все будущие теноры и баритоны тут же забыли о своих вокальных упражнениях и опрометью кинулись сметать самые вкусные зернышки. Оленька еще некоторое время полюбовалась на них, а потом за ней пришла Катюша.

– Наши спрашивают, ты скоро?

– Уже иду.

Но Катюша что-то не торопилась возвращаться к остальным. Она прошла в дом и принялась шарить по шкафчикам.

– Чего-то забыла?

– Слушай, у тебя перекусить чего-нибудь вкусненького не найдется? – с надеждой поинтересовалась Катюша. – Не могу уже одну ботву со злаками жевать. Масло Светка от меня прячет. Молоко и сыр строго по норме. Скоро я от такой жизни совсем загнусь.

– Так по тебе и не скажешь.

– Поверь, я одна сплошная нерва.

– Нерв – мужского рода, если я не ошибаюсь.

– Ты мне дашь чего-нибудь пожевать нормального или нет?

– Сейчас посмотрим, что есть.

В стенном шкафу нашелся рулет с маком и упаковка чипсов. Катюша мигом ухватила чипсы и с довольным видом принялась ими хрустеть.

– О-о-о! Мои любимые! Со вкусом барбекю!

– А разве есть те, которые ты не любишь? – рассмеялась Оленька.

– Конечно! – уверенно кивнула головой Катюша. – Но поговорим лучше о тех, которые я люблю. На втором месте идут чипсы со вкусом копченых ребрышек, потом соленый огурчик, потом уже сыр с перцем и все остальное. Ох, до чего же перченые! Налей водички, рот горит!

Но Катюша протестующе закашлялась, когда Оленька потянулась к серебряному кувшинчику, в котором вода долго не портилась, оставаясь такой же свежей и вкусной, как только что из колодца.

– Газировочки лучше налей!

Оля извлекла из холодильника бутылку минеральной воды, но Катя увидела там же коробку с персиковым соком и проворно плеснула его к себе в стакан.

– Катька! Тебе палец дай, ты руку по локоть откусишь! Магазинные соки полны сахара, тебе их нельзя. Ты бы еще сладкой газировки попросила.

– А у тебя есть? Чего же ты молчала!

– Нету ее у меня. И сама ее не пью, и тебе тоже не