Измена на двоих. Теперь я никому не нужна - Виолетта Весна - Страница 15

я. Михаил — урожай и сроки.

— Олег?

— Генеральный директор присутствует, — сказал он сам. — Раз уж мы демонстрируем единство управления.

— Мы демонстрируем не единство, — ответила я. — Мы демонстрируем, что способны исполнить конкретный договор при разных позициях по продаже.

Тамара постучала карандашом по платежному календарю.

— Чтобы встреча имела смысл, второй аванс должен быть не меньше семи миллионов. Остаток можно закрыть переносом тары и текущей выручкой. Если будет меньше, все равно нужен еще источник.

— Какая сумма в договоре? — спросил Михаил.

Полина назвала четыре миллиона восемьсот.

— Повышенный аванс возможен при расширении заказа, — добавила она. — Но расширенный объем мы не гарантируем.

— Можно предложить повышенный процент по исходной партии в обмен на фиксированную цену и дополнительный контроль, — сказала я.

— Клиент не банк, — заметил Олег.

— Клиенту нужна поставка. Нам нужны деньги раньше. Это переговоры, а не просьба о помощи.

Полина впервые за утро посмотрела на меня с явным интересом.

— Повышенный аванс снизит платеж после поставки и увеличит наш риск возврата при срыве.

— Срыв исходного объема по текущим данным маловероятен.

— Маловероятен не значит невозможен.

— Поэтому я и не предлагаю расширенную партию.

Мы договорились подготовить Раисе два варианта: действующий объем с повышенным авансом и небольшое расширение только после контрольных проб двадцать пятого. Полина позвонила при нас. Говорила десять минут, не упоминая измену и не обещая лишнего. Раиса согласилась перенести встречу на двадцать второе, но потребовала присутствия всех владельцев и доступ к исходным данным по партии.

— Она знает о продаже? — спросил Михаил после звонка.

— Слышала на рынке, — ответила Полина. — Спрашивает, кто будет отвечать после сделки.

— Значит, скрывать переговоры уже бессмысленно, — сказала я.

Олег встал.

— Скрывать их никто не собирался. До встречи нам нужно договориться об общей позиции.

— Общая позиция может состоять из четырех честных позиций, — ответила я. — Если Раиса спросит о продаже, я скажу, что не дала согласия.

— Тогда она сочтет компанию неуправляемой.

— Сейчас компания и правда находится в корпоративном тупике. Но договор мы исполняем.

— Ты готова потерять клиента ради полной откровенности?

— Я готова потерять клиента, если единственный способ удержать его — соврать о контроле и объеме.

Он ничего не ответил. Полина собирала бумаги, не вмешиваясь. Мне показалось, что она мысленно просчитывает, сколько еще клиентов зададут тот же вопрос.

После финансового совещания мы остались оформить временные правила платежей. Светлана Павловна подключилась по видеосвязи и объяснила, что внутренний протокол не отменяет полномочия генерального директора, но фиксирует согласованный порядок владельцев на период конфликта.

— Предлагаю порог в полтора миллиона, — сказал Олег. — Все, что выше, согласуют двое участников.

— Двое любых? — спросила я.

— Да.

— Тогда вы с Полиной согласуете друг другу.

— А вы с Михаилом — друг другу.

— Нужны подписи из разных позиций по сделке, — сказала Светлана Павловна. — Иначе контроль формальный. Можно перечислить пары либо установить подпись генерального директора и любого участника, не являющегося инициатором платежа.

Полина нахмурилась.

— Так мы раскроем банку личный конфликт.

— Банк увидит протокол только по запросу, — ответила юрист. — Но изменение порядка крупных платежей лучше сообщить обслуживающему менеджеру, если оно влияет на распоряжение счетом.

— Устав и банковская карточка не меняются, — сказал Олег.

— Тогда юридически полномочия остаются у вас. Протокол создает ответственность перед участниками, но не физический запрет операции. Это нужно понимать всем.

Мне нравилось, что она не преувеличивала силу внутреннего протокола.

Мы установили порог, перечислили исключения для заранее утвержденной зарплаты, налогов и процентов, определили общий доступ к комнате данных. Олег согласился еженедельно предоставлять выписку по счетам. Полина должна была загружать договоры в день подписания, а не в конце месяца.

Тамара попросила добавить отдельную строку:

— Выплаты сотрудникам не используются как условие голосования участников.

Олег посмотрел на нее.

— Кто собирался использовать?

— Никто. Поэтому все легко подпишут.

Он подписал первым. Затем Полина, Михаил и я.

После совещания я зашла к Тамаре.

— Если Раиса перечислит четыре миллиона восемьсот, что останется?

— Разрыв около пяти. Можно просить поставщика тары о переносе части платежа. Он согласится не бесплатно. Еще два клиента должны перечислить авансы до конца месяца, но там небольшие суммы.

— Короткий кредит?

— Банк спросит, что происходит с продажей и владельцами. При нынешнем протоколе решение должно быть общим. Олег Викторович может подать заявку как директор, но без ясности условия будут хуже.

— Значит, аванс не спасает полностью.

— Не спасает. Дает время