Даже зомби из трущоб поет блюз - Диана Роулэнд - Страница 2

опускалось ниже десяти градусов тепла, казалось мне невыносимым дубаком. К тому же у нас была высокая влажность, а это означало промозглую, сырую стужу. И да, в этом плане я была неженкой.

Я выползла обратно и поднялась через проём в настиле.

— Слушай, всю эту секцию придётся разбирать, — сказала я Деррелу Кузимано, судебному следователю, с которым работала. — Я его оттуда ни за что не вытащу. Он застрял намертво.

По идее, эти туннели изначально использовались для прокладки паровых труб по всему этому дряхлому зданию, но за последние семьдесят пять лет фабрику перестраивали кучу раз. Старые трубы вырывали, прокладывали новые — от водопровода до кабелей передачи данных. При этом старые коммуникации убирали далеко не всегда, и у меня было предчувствие, что именно из-за них нашего мертвеца так «удачно» заклинило. Я обвела взглядом пол. Считалось, что части настила должны легко сниматься для доступа к туннелям, но из-за ремонтов и перестроек большую часть пола закатали в плитку или линолеум. Это значило, что для извлечения тела понадобятся крепкие рабочие руки, а возможно, и тяжёлая техника. Хорошо хоть, он не за стеной. Вот это был бы кошмарный ад.

Деррел вздохнул.

— Ну, попытаться стоило. К счастью, ты смогла пролезть достаточно далеко, чтобы осмотреться.

Я фыркнула:

— Чувак, ты бы туда даже голову не просунул.

Мы с Деррелом выезжали вместе примерно на девяносто девять процентов вызовов, но внешне отличались как небо и земля. В прошлом он был полузащитником в футбольной команде Луизианского университета. Крупный, лысый, темнокожий — настоящая стена из мышц и мяса. Я же на его фоне выглядела тощей белой девчонкой, которой нужно хорошенько попрыгать на весах, чтобы они показали хотя бы сорок пять килограммов.

Он усмехнулся:

— Вот именно поэтому мне и нужен напарник размером с эльфа.

— Ага, ну только учти, что игрушки я не мастерю и печенье не пеку.

Я попыталась отряхнуться, но быстро бросила это занятие. Всё здание было настолько загаженным, что я только перераспределяла грязь на одежде, поднимая вокруг себя удушливые облака пыли. Мне до безумия хотелось надеть куртку, но я не желала пачкать её в этой пылище или, чего доброго, в трупных жидкостях.

— Как вообще кто-то узнал, что там мертвец? — спросила я.

— Это место только что выкупили, и рабочие пришли заняться уборкой и подготовкой к строительству. — Он обвёл рукой «это место».

Мы находились на фабрике на берегу реки Кригер, чуть южнее Такер-Пойнт. Здание стояло буквально у самой воды, являясь частью набережной-волнореза, и когда я рискнула заглянуть в окно, то сильно удивилась крутому обрыву прямо под стеной. Говорили, что в 1920-х или 30-х годах здесь располагался какой-то крупный автомобильный завод, а потом здание чем только не было: и складом, и киностудией, и снова фабрикой — на этот раз по производству военной техники, — а затем каким-то перевалочным пунктом. Каждый раз его перестраивали и обновляли, из-за чего теперь оно представляло собой причудливую смесь старого и нового, где ничто толком не сочеталось друг с другом, а целые зоны, казалось, вообще вели в никуда. Чтобы попасть в эту часть склада, мне пришлось пройти через заброшенные офисные помещения. И хотя меня уже давно нельзя было испугать мёртвым телом, отслаивающаяся краска, брошенная конторская мебель и разбитые окна навели на меня жути. Я подумала: если зомби реальны, то почему бы и призракам не существовать?

— В общем, — продолжил он, — рабочие почувствовали странный запах. Один из парней заупрямился, решив, что это явно не дохлая крыса, и вызвал копов.

Я кивнула. В запахе разлагающегося человеческого тела действительно есть что-то такое, что не спутаешь с дохлым грызуном.

— Копы тоже его почуяли, — подхватил Деррел, — так что они вызвали Марианну с её поисковой собакой. Пёс сразу рванул к этому месту на полу и уставился на него. Бинго.

— Круто, — отозвалась я, стараясь говорить как можно равнодушнее, и осмотрела склад в поисках миниатюрной женщины и её собаки.

Я заметила её: она сидела на ступеньках бывшей каморки мастера. Я быстро отвернулась, пока она не поймала мой взгляд. Я была ещё не готова разговаривать с ней. И что, чёрт возьми, я должна была ей сказать?

Деррел хмуро разглядывал дыру в полу, явно не замечая моих душевных терзаний по поводу Марианны.

— Вот бы только понять, какого хрена этот парень вообще решил туда полезть.

— Скорее всего, медь воровал, — предположил я.

Он повернулся ко мне и удивлённо приподнял бровь.

Я ухмыльнулась:

— Не то чтобы я хоть что-то смыслила в кражах… — Его весёлый фырк я предпочла проигнорировать. — …но медь сейчас чертовски дорогая. Бьюсь об заклад, этот парень пытался по туннелям пробраться в закрытые секции в надежде поживиться каким-нибудь металлоломом.

Деррел поджал губы и закивал:

— Удивительно, сколько всего нового я от тебя узнаю.

— О, я просто кладезь бесполезных знаний.

Настало время для парней с бицепсами побольше моих заняться разбором пола. Я отступила назад и нашла место для ожидания, где было не слишком темно, но тут же едва сдержала визг, когда мне на плечо легла тяжёлая ладонь. Я резко развернулась и увидела стоящего рядом детектива Бена Рота.

Он ухмыльнулся:

— Блин, Энджел, когда ты уже хоть немного мяса на свои кости наешь?

— Когда ты сообразишь мне сэндвич, сучка, — огрызнулась я, пытаясь успокоить бешено колотящийся пульс.

Он фыркнул:

— Не поможет. Я видел, как ты жрёшь. У тебя, блядь, метаболизм как у грёбаного колибри. — Он ухмыльнулся и похлопал по «спасательному кругу» из жира на своей талии. — Сам-то я больше похож на пингвина. Но, эй, этот пингвин может выжать от груди свой собственный вес и с блеском сдаёт все ведомственные тесты по физподготовке.

— И сжирает целую муффалетту в один присест, — добавила я.

— Я силён в действительно важных вещах!

— Ну да, а я бы душу продала за хоть какое-то подобие округлостей, — сказала я, похлопав себя по несуществующей заднице. Вообще-то главная причина, по которой я могла набивать брюхо чем угодно и сколько угодно, заключалась в том, что я, насколько мне известно, просто не могла разжиреть. И дело было вовсе не в потрясающем обмене веществ. Ладно, возможно, отчасти и в нём, но в основном из-за того, что технически я не была живой.

Он хмыкнул и убрал руку, но затем его лицо стало более серьёзным.

— Ты ведь уже слышала про Эда? — спросил он.

— Маркус сказал мне в начале недели. — Я изо всех сил постаралась сохранить каменное лицо, добавив лишь каплю выражения в духе «да уж, это просто полный