Запретные техники кино: Частные уроки от главных режиссёров современности - Евгений Ткачёв - Страница 3

что-то скрыто в тенях, что дает ощущение пластиковости.

– А расскажите, как снимались сцены воздушных боев в «Воздухе». Насколько я понимаю, вы использовали такую же видеостену, что и авторы «Мандалорца»?

– Да, хотя, честно говоря, у нас было чуть пониже разрешение, но довольно мощное вычислительное оборудование, поэтому нам всегда хватало. Мы построили большие экраны, на которые выводили съемки с настоящих самолетов, так как решили не делать компьютерные фоны. Вообще, весь смысл технологии был в двух вещах: в интеграции компьютерной графики в настоящие фоны и в том, что мы сделали несколько гимблов (механические системы для имитации движения объекта в пространстве – например, в полете или невесомости. – Прим. авт.), которые действительно поднимали самолеты. Благодаря им мы могли менять углы атаки, вертеть самолет вокруг своей оси, он мог быстро переворачиваться.

Про «Звездные войны», фантастику и аниме

– Сейчас техника дошла до того, что, кажется, буквально все научились снимать кино (но не рассказывать истории). Как считаете, а можно ли в России сегодня поставить свои «Звездные войны»?

– Это вопрос, о котором я часто думаю. Потому что считаю «Звездные войны» выдающейся картиной. Оригинальные, конечно. Все лучшее, скажем честно, придумал Джордж Лукас со своей командой. Я люблю пересматривать «Звездные войны». Рассматривать то, как они сделаны. Потому что их стилистике и декорациям веришь. Их предметный мир обладает объемом, которого лишена современная космическая фантастика.

– А сериалы по «Звездным войнам» смотрите?

– Да, да. Я смотрю все сериалы по «Звездным войнам».

– Все? Ничего себе! А что, быть может, наиболее сильное впечатление произвело?

– Ну «Асока» ничего была. А вообще, знаете, так скажу: они все очень приличного уровня. Какие-то похуже, какие-то – получше. «Кеноби», например, был приличный. Понимаете, я не могу не смотреть «Звездные войны», потому что это мое детство. Я их очень люблю.

Так вот, чтобы в России снять нечто подобное, нужно сочетание нескольких безумцев. Безумца-продюсера, безумца-режиссера, безумца-сценариста и безумной команды. А еще отсутствие всех этих фокус-групп. У нас есть масса прекрасных фантастических писателей. Не нужно ни за кем повторять и делать клон категории B, С или Z. А нужно сделать что-то новое со своей вселенной, философией, эстетикой, дизайном и историей. Гипотетически, я думаю, у нас могут найтись такие безумцы. Практически, я считаю, наша индустрия к этому пока не готова. Потому что это все равно будет достаточно капиталоемкое вложение.

А я не думаю, что у нас так много мечтателей и визионеров, которые могут создать что-то похожее на «Назад в будущее», «Звездные войны», «Индиану Джонса» и «Терминатора». Нужны колоссальный драйв и колоссальная вера. Но если мы этого не сделаем, будет очень плохо. Потому что нужен следующий шаг в развитии индустрии, чтобы мы не остались внутренним рынком.

При этом у нас для этого есть прекрасная фантастическая литература, которая нравится людям. И даже больше: наше книжное фэнтези, фантастика иногда интереснее, чем ее экранизации.

Я предлагал в свое время на «Ленфильме» создать лабораторию фантастики, но не получилось.

– Есть ощущение, что последние 20 лет для сай-фая, научной фантастики в кино, были не самым лучшим периодом вообще в мире. На больших экранах ее съели супергеройские кинокомиксы, а на малых она существует в виде ностальгических «восьмидесятнических» фильмов и сериалов наподобие «Очень странных дел». А какие-то серьезные вещи типа «Дюны» выходят очень редко и обычно проваливаются.

Очень хотелось бы увидеть ренессанс сай-фая. В 2009 году, когда друг за другом вышли «Район № 9» Нилла Бломкампа, «Луна 2112» Данкана Джонса и, конечно, «Аватар» Джеймса Кэмерона, была надежда, что вот сейчас они спровоцируют новый бум кинофанастики, но, к сожалению, она оказалась ложной. Просто есть уникальный кейс Кэмерона, который раз в 14 лет разносит в пух и прах мировой прокат.

– Я тоже думал об этом. 8–10 лет назад «Марвел» и, если говорить шире, супергеройские кинокомиксы стали контрпродуктивными. Они создали свой предельно пластиковый жанр. Они очень хорошо сделаны, но пустые. И если условного «Железного человека» еще можно было смотреть…

– Это ведь было инди-кино, кстати. Оно же снималось независимой студией «Марвел», а прокатывалось Paramount…

– Да, его можно было смотреть, потому что там был какой-то внутренний конфликт. Он был не глянцевый. Там была своя энергия. Сейчас же это все превратилось в товар.

– Так зрители же не дураки – они тоже это видят, поэтому у них провал за провалом.

– Да, и понятно, что они пытаются звать каких-то авторских режиссеров. Они пытаются это сломать, но у них ничего не получается, потому что они сами себя перепридумать не могут.

– А если бы российская индустрия была готова, вы бы сами взялись за фантастику? Просто когда я смотрел «Воздух», то подумал, что мне было бы интересно посмотреть «Звездные войны» в вашей постановке.

– В какой-то момент да. Просто понимаете, чтобы хорошо сделать такое кино, на нем нужно буквально умирать. А с возрастом становишься немного практиком-занудой – что и хорошо, и плохо. Но я бы взялся. Потому что люблю все, что связано с космосом, фэнтези, технологиями. Всегда любил. Только не знаю, насколько реально это воплотить в жизнь.

Еще недавно я задумался вот о такой вещи… В начале нулевых было много успешных российских фестивальных картин. Почему было столько фестивальных режиссеров? Потому что кинопроката как такового не было и показ фильмов на фестивалях был одной из немногих возможностей закрепиться в профессии. Но я подумал: «А что, если бы все сложилось иначе?» Я понимаю, что история не терпит сослагательного наклонения – но что, если бы у нас были условия для съемок другого кино? Возможно, повернись колесо истории иначе, у нас сейчас была бы совершенно другая индустрия. Честно говоря, я иногда вижу коммерческое кино, которое сделано лучше, чем авторское. Хотя авторское, понятно, люблю больше.

– Я, кстати, недавно узнал, что вы поклонник аниме, и, признаться, немножко удивился. Поэтому хотел спросить: а что вас привлекает в аниме-эстетике?

– Я смотрю не умное, а подростковое аниме. С таким примерно сюжетом: мальчик-задрот обретает невиданные силы в ином мире и всех побеждает. Меня привлекают две вещи. Во-первых, мальчик-задрот – это я. Это то, что я