Тени яблоневой аллеи - Дарья Александровна Калинина - Страница 11

порослью сорняков, которые благоденствовали на жирной питательной почве, основательно забив даже стройные дельфиниумы и совсем поработив всякую мелочь вроде васильков и колокольчиков, из пышных куртин сохранились лишь единичные цветочки, которые и выглядывали жалобно наружу из-за мощных листьев заполонившей цветники сныти.

– Петушки ей мои мешают. Кляузы строчит! Лучше бы клумбы прополола, бездельница! – пробурчала Оленька. – Как в чужом глазу, так соринку видит. А как в своем, и бревна не заметит. Надо на нее саму жалобу накатать. От ее сныти семена ветром по всем соседям разнесет. Жалко, что не борщевик вырос, уж я бы ее под штраф подвела! Знала бы она у меня, как жаловаться на моих бедных птичек!

Полная таких недостойных мыслей, Оленька обежала почти весь участок. Необследованным оставался лишь небольшой кусочек, занятый беседкой. Оленька сознательно откладывала ее осмотр на потом, потому что из всего увиденного лишь одна беседка и производила впечатление хоть какой-то ухоженности. Увитая побегами хмеля, шершавые листья которого сейчас перемежались премилыми светло-зелеными шишечками-плодами, беседка стояла в самом дальнем углу участка, словно сознательно уединялась от всей суеты.

Вход в нее украшали два каменных вазона, в которых пышно цвела петуния. Оленька не без ревности отметила, что петуния у соседки получилась на диво хороша. В каждом вазоне росло по три сорта. В одном белая, сиреневая и такая темно-фиолетовая, что казалась почти черной. В другом было три сорта розовой. Первая совсем светленькая, почти белая, розовинкой были лишь тронуты края лепестков, вторая была уже основательно розовая, и третья была ближе к цвету фуксии. Рядом с вазонами росли рядком пушистые кохии, подстриженные аккуратными шариками. Было очевидно, что этот кусочек сада является излюбленным уголком хозяйки, и именно его она постаралась украсить.

– Выходит, не совсем она и безнадежна, – пробормотала Оленька, любуясь живописным цветником. – И чего я так на нее взъелась? Может, ее голосом со мной сама судьба разговаривала. Пора и впрямь избавляться от курятника. В конце-то концов, мне и самой мои петухи порядком уже надоели. Отдать бы их в хорошие руки, вот и проблеме конец.

И тут Оленька неожиданно услышала слабый стон. Он доносился из беседки, и Оленька тут же туда шагнула. Сначала она увидела стол на гнутых чугунных ножках и с тяжелой мраморной столешницей, такой старой, что местами она была покрыта зеленоватыми пятнами мха. На столе стоял открытый ноутбук. Возле него чайная чашка и хорошенькая плетенная из тонкой серебряной проволоки вазочка с печеньицами «рафаэлками».

Чашечка была антикварной, произведенной на одной из фабрик Кузнецовых. У бабушки Оленьки была похожая чайная пара, которой та чрезвычайно дорожила. Вазочка с печеньем тоже выглядела старинной. А вот такое кокосовое печенье продавалось в их поселковом магазине, «Тереме-Теремке». В первые дни оно было восхитительно нежным и сочным, потом подсыхало и теряло часть своей привлекательности, но все равно было вкусно.

Все указывало на то, что поэтесса собралась приятно провести время, сидя за ноутбуком и попивая чаек, но что-то ей в этом занятии сильно помешало. Оленька немного постояла, пытаясь понять, как ей действовать дальше, но внезапно снова услышала странный звук. Казалось, что кто-то стонал в беседке. Но кто? И где? Под сводчатым потолком решительно никого кроме самой Оленьки не наблюдалось. Тем не менее жалобный звук повторился вновь. В полной растерянности Оленька обвела взглядом вокруг себя и зацепилась за деталь, которой тут не должно было быть.

Возле одной из ножек стола лежала дамская туфелька. Очень изящная, из мягкой замши с вышивкой бусинами и на таком удобном невысоком каблучке, который позволяет и осанку сохранять, и ноги не перетруждает. Откуда же тут взялась такая туфелька? Оленька сделала несколько шагов, обогнула стол и увидела распростертое на полу женское тело и густые темные волосы, на которых виднелась еще свежая кровь.

– Ой, мамочка! – взвизгнула Оленька, когда вновь раздался тот самый стон, уже слышимый ею ранее.

Так вот кто тут стонет!

Оленька подбежала к упавшей женщине и поняла, что дело куда серьезней, чем представлялось вначале. Лицо у соседки было бледней мела, а возле головы расплывалось кровавое пятно. Видимо, когда ей неожиданно стало дурно, она упала и сильно ударилась головой при падении.

– Вы как? Вы меня слышите?

Но глаза у пострадавшей были прикрыты, хотя с губ время от времени срывался жалобный стон. Сомневаться не приходилось, поэтесса нуждалась в помощи. И какое счастье, что телефон Оленька прихватила с собой! Теперь удалось вызвать помощь врачей сравнительно быстро. Оленька получила от них указания все время находиться рядом с пострадавшей, но ни в коем случае ее не передвигать.

– За это можете не волноваться, она такая дородная дама, что мне ее при всем желании не сдвинуть.

Оленьке также посоветовали не пытаться самостоятельно оказать пострадавшей помощь.

– Если мы имеем дело с черепно-мозговой травмой, любое вмешательство непрофессионала может оказаться фатальным.

– Я все поняла. Буду наблюдать, чтобы она не шевелилась.

Впрочем, несчастная вовсе не делала таких попыток. Она лежала очень тихо и бледнела все сильней, почти сравнявшись цветом с окружавшей ее тенистой зеленью. Последнее Оленьку сильно тревожило. Ну не может быть человек настолько зеленым. Врачам цвет лица пострадавшей тоже не понравился.

– Травма головы присутствует, но тут, мне кажется, что-то еще. Что было у нее в чашке?

Оленька пожала плечами.

– Я ничего не трогала.

– Тем не менее сейчас чашка пуста.

– Наверное, она не успела себе ничего налить.

– И вы видите где-то на столе чайник, графин или что-то подобное?

– Нет.

Только сейчас Оленька сообразила, что картина и впрямь выглядит странно. Чашка есть. Печенье есть. А самого чая не наблюдается.

– И что вы думаете по этому поводу?

Но врач пробурчал, что думать – это не его работа. А Оленька успокоила себя мыслью, что чашку с чаем пострадавшая принесла из дома и весь заранее приготовленный напиток выпила еще до того, как свалиться.

– Вот о том-то и речь, – сказал врач, когда она поделилась с ним своими умозаключениями. – В том-то все и дело! Выпила и упала. Постарайтесь, чтобы данная чашка с остатками напитка не пропала.

– Вы считаете, что в ней могла быть отрава?

– Делать выводы на основании беглого осмотра не в моих правилах. Но промывание желудка мы ей все же сделаем.

Когда соседку увезли, Оленька получила возможность немножко перевести дух. Первое, нужно спрятать чашку. Оленька раздобыла чистый пакетик, в который с максимальными предосторожностями, стараясь не оставлять своих отпечатков, убрала чашечку. Попутно она ее внимательно оглядела и убедилась, что криминалистам тут вряд ли удастся разгуляться. Чашечка выглядела абсолютно