Поглощение - К. Т. Мэддан - Страница 1

К оглавлению

1

К.Т. Мэддан

Поглощение

Плейлист

«Bury a Friend» — Billie Eilish

«Dark Paradise» — Lana Del Rey

«Everybody Wants to Rule the World» (Cover) — Lorde

«How» — Florence + The Machine

Для тех, кто жаждет быть поглощённым любовью. Даже если для этого придётся последовать за семифутовым существом с черепом оленя прямо в метель. Неужели мы настолько отчаянно нуждаемся в мужчине, который будет нас лелеять?

Данный перевод является любительским, не претендует на оригинальность, выполнен НЕ в коммерческих целях, пожалуйста, не распространяйте его по сети интернет. Просьба, после ознакомительного прочтения, удалить его с вашего устройства.

Перевод выполнен группой: delicate_rose_mur

Над книгой работали: Mia Rose Jett, Ksenka

Примечание автора

Дорогой читатель,

«Поглощение» — это эротическая хоррор-новелла, сплетающая чувственность с ужасом. Она исследует тревожные глубины человеческой уязвимости.

Эта история черпает вдохновение в мифах о первобытных хищных существах, скрывающихся в дикой природе, — созданиях, что шепчут в ветре и выслеживают тех, кто осмеливается зайти слишком далеко. Хотя фольклор издавна говорит о сущностях, воплощающих голод и утрату человечности, это не пересказ какой-либо традиционной легенды. Вместо этого это полностью вымышленное творение, созданное для повествования, смешивающего хоррор и эротику способами, которые тревожат и соблазняют.

Из уважения к культурам коренных народов и их священным историям я намеренно избегала прямого заимствования каких-либо конкретных верований или существ. Эта новелла существует в собственном мире — искажённом отражении страхов, рождённых изоляцией, одержимостью и искушением сдаться чему-то более тёмному, чем ты сам.

Предупреждаю: «Поглощение» — это история об одержимости, голоде и хрупкости человечности перед лицом неизведанного. Как всегда, я не гарантирую счастливого конца, но это короткая маленькая новелла, которая заставит вас усомниться во многом ближе к финалу.

Для тех, кого привлекает жуткое, гротескное и соблазнительное — эта книга для вас. Но ступайте осторожно. Побег не гарантирован.

Не дайте себя выследить.

Пролог

Веками у него было много имён. Он не просто существо из легенд — он сила, ненасытный голод, пожирающий не только плоть. Он пожирает саму суть того, что делает тебя человеком.

Его история пропитана гнилью и разложением, зловонная, как леса, которые он населяет. Когда-то он был человеком, так гласят древнейшие предания. Человеком, доведённым до безумия глодающим голодом, суровыми зимами, превращавшими кости в хрупкий лёд, а кожу — в пергамент, натянутый на скелет. Когда еда кончилась, он обратился к невообразимому — дрожащими руками срезал плоть со своих спутников и вгрызался в неё окровавленными зубами. Но голод не утих, а лишь разгорелся. В тот миг, когда он вкусил плоти другого, он перестал быть человеком. Его тело искорёжилось в нечто чудовищное, душа опустела, чтобы освободить место для чего-то древнего и мерзкого.

Но есть и другие истории. Те, что гласят: он никогда не был человеком. Он существовал всегда. Дух, рождённый изо льда и отчаяния, древнее первых следов на снегу, охотящийся в замёрзшей пустоши задолго до того, как смертные руки разожгли первый огонь. Он не просто убивает — он развращает. Он не охотится открыто — он ждёт. Он позволяет стуже проникнуть в твой костный мозг, позволяет страху грызть твой рассудок, позволяет голоду исказить твой разум, пока ты уже не в силах понять, где кончается твоя жажда и начинается его голос.

Говорят, он носит своих жертв. Его кожа — лоскутное одеяло из гниющей плоти, натянутой на острые кости. Его зубы жёлтые и сломанные, дёсны обнажены в вечной усмешке злобы. Рваные губы сочатся почерневшей кровью, а глаза — эти глаза — пылающие впадины, горящие ненавистью, уходящей глубже любой ярости. Его рога, если верить тем байкам, треснуты и раздроблены, торчат из черепа, словно корона разрушения. От него разит смертью, настолько омерзительной, что воздух вокруг сворачивается. Куда бы он ни ступил, снег под его ногами чернеет и умирает.

Голод его бесконечен. Он пожирает не ради выживания, а потому что обязан. Сам процесс пожирания подпитывает его, делает сильнее. Но плоть — лишь начало. Он жаждет большего: тепла твоей крови, света твоих глаз, надежды в твоём сердце. Он оберёт тебя до нитки, оставив лишь пустую оболочку, брошенную умирать на морозе. Или хуже: он оставит тебя в живых, заражённого его проклятием, чтобы ты тоже познал голод, как и он.

Он не охотник в привычном смысле. Он не преследует тебя по пятам и не крадётся в темноте. Он ждёт. Ждёт, когда отчаяние источит твой разум, когда лютый холод доведёт тебя до безумия. Ждёт момента, когда голод начнёт раздирать твои внутренности, когда дыхание станет поверхностным, а в глазах потемнеет. Тогда он шепчет тебе голосом, подобным ветру в мёртвых деревьях:

Ешь. Забирай. Пожирай.

Это не страшилка у костра и не фольклор для запугивания непослушных детей. Это нечто гораздо более страшное. Присутствие, не поддающееся логике, существо, оскверняющее всё, к чему прикасается.

Он не просто убивает тебя. Он пожирает тебя. Он забирает твою плоть, твой дух, саму твою суть и не оставляет ничего, кроме эха собственного голода. И он никогда не остановится.

Будь осторожен, отправляясь в холод. Укройся одеялом, если ты дома. Читая это, ты можешь продрогнуть до костей.

Он ждёт.

И он всегда голоден.

Глава 1

Я натягиваю шарф плотнее на шею и вглядываюсь в маленький домик, который стоит передо мной. Припорошенные снегом деревья и дорожка, ведущая к крыльцу, делают это место почти идеальным для открытки.

— Идеально, — бормочу я себе под нос. Не то чтобы кто-то мог меня услышать. В этом ведь и суть, да? Ни соседей, ни машин, ни людей вообще. Только я, домик и мой дедлайн.

Святая троица страданий.

Я тащу свой вещмешок и коробку с продуктами по узкой тропинке, когда в кармане жужжит телефон. Неловко балансируя коробкой на одном бедре, я выуживаю его. Сообщение от Дэни, моей лучшей подруги.

Дэни

Надеюсь, ты в восторге от своего домика для серийных убийц! Не забудь запереть двери! И, о да, задёрни все шторы на ночь. Жуткие монстры и мужики обожают подглядывать.

Я закатываю глаза и отвечаю голосовым набором:

Я:

Очень смешно. Уверена, здесь водится нечисть в виде ужасного интерьера, а не монстры.

Три точки замигали, и ответ не заставил себя ждать:

Дэни:

Я серьёзно, Эм. Не выходи на

1