Шах и мат среди звёзд - Алессандро Барбалья - Страница 8

помогли.

– Представляете, как раз неделю назад менял распределитель зажигания в автомастерской. Что-что, а он точно работает исправно. В этом я уверен, – заявил папа.

И что вы думаете? Сорок секунд спустя дедушка Механик заново собрал двигатель, и обнаружилось, что как раз в распределителе было дело. После сборки двигатель соловьём запел, хотя в ход пошли только тридцать четыре детали.

Распределитель дедушка кинул в сумку с инструментами, чтобы отнести домой.

– Он же сломан, зачем он вам? – удивилась мама.

– Как знать, – ухмыльнулся дедушка, – глядишь, и в другом месте пригодится. Я бы такого не исключал.

Эту фразу он повторял после любой починки. И говорил загадочно, будто произносил заклинание:

– Как знать, – сверкнув глазами, он поднимал брови. Его взъерошенная шевелюра развевалась во все стороны, словно её трепал ураганный ветер. – Я бы такого не исключал.

Дедушка Механик ничего и никого не исключал и совсем не боялся поломок.

– Ничего не сломав, даже бабочке не выбраться из кокона!

– Правда?

Раскрыв ладони, будто выпустив бабочку на волю, он взмахнул руками.

Регистратор лиц

# ЛИЦО 5 – ТИТО

Это умора. Брови сдвинуты, взгляд суровый, губы – как маленький кратер. Так бывает, если сложно в чём-то разобраться. Если всё просто, но хочешь притвориться, что не поняла, сделай так же.

ПЕШКИ. СКОЛЬКО ИХ И КАКИЕ ОНИ

Пешки – самые мелкие и слабые фигуры на шахматной доске. С каждой стороны их ровно восемь, а это – половина войска. По вертикали пешки ходят, по диагонали берут другие фигуры и никогда не возвращаются назад. Пешки неторопливы и шагают только на одну клетку вперёд, зато первый ход могут сделать с прыжком через поле. Почему, никто не знает, но ведь и в жизни такое бывает: самый первый шаг вдруг становится важным скачком.

# ЛИЦО 6 – КАТЕРИНА

Растрёпанные волосы летят вверх и в стороны. Так происходит, когда длинноволосые мамы высоко прыгают.

БОЛЬШОЙ ВЗРЫВ. САМЫЙ БОЛЬШОЙ СКАЧОК ВСЕХ ВРЕМЁН

Нет ничего удивительнее Большого взрыва: даже летящий в небе кит не такой чудной. И всё же однажды он случился! То, что ты видишь вокруг, да что уж там, вся Вселенная (помнишь, её диаметр примерно 93 миллиарда световых лет, а возраст больше 13 миллиардов лет?) в какой-то момент сжалась, собралась, стянулась в одну крошечную точку размером не больше булавочной головки. Внутри неё сосредоточилось всё: и время, и ты, и я, и даже полароид. Всё уже было в каком-то смысле 13 миллиардов лет назад. В одной микроскопической точке собралось такое количество материи, что БУУУМ! – она лопнула, как переполненный чемодан, и содержимое вырвалось наружу. Всё возникло и началось.

Будь Вселенная шахматной партией, она бы длилась вечно, а Большой взрыв стал бы первым пешечным скачком.

Глава 9

Herzliche Grüße an alle!

«Сердечно приветствуем всех!»

(немецкий язык)

Если хотите узнать, чем занудным можно заняться в Миазино, отправляйтесь на холм к дедушке Механику именно в такой час.

Стояла жара, и солнце так нещадно палило, что даже ленивые улитки потели в траве. Ну или так казалось из-за их блестящих спинок. Изредка налетал ветерок, но и он был горячим, ведь на залитом светом склоне не нашлось тенёчка. Последний участок пути дался тяжелее всего, и, забравшись наверх, я еле отдышался.

Да уж, весёлого мало, зато понятно, почему Вики, эта собирательница занудств, уже здесь.

Миазино – крошечный городок, затаившийся в горах над озером Орта. Я живу здесь ровно с тех пор, как мне стукнуло пять-шесть-семь лет.

Мы приехали рано утром в мой шестой день рождения. Конечно, если быть точным, то родился я только вечером в 23:23. Пусть Вики и называет это занудством, но всё-таки следует признать: на момент приезда мне было лишь пять лет, и шесть исполнилось только вечером. А когда мне стукнуло шесть, то я сразу вступил в свой седьмой год жизни! Вот и выходит, что, если быть точным-преточным, то мне было ровно пять-шесть-семь лет, а значит, живу я здесь именно с этого возраста.

Сегодня я всей душой люблю Миазино за его старинные домики, спуски, подъёмы и большую церковь на вершине. Отовсюду чудесный вид на озеро Орта. Зелёный цвет здесь – это зелень деревьев, а не неоновой вывески над аптекой, серый – цвет дождливого неба, а не серого асфальта, фиолетовый – цвет фиалок, а не холодный отсвет плазменных экранов. Здесь природа меняет краски, как наряды, а коров больше, чем я раньше видел по телевизору. Достаточно выглянуть в окно, а они тут как тут, мирно щиплют травку, насыщая все четыре желудка (ага, у коров их целых четыре, поэтому они так любят горные долины. Для них это всё равно что большие салатницы!).

Когда-то мы жили в большом городе, одном из самых известных городов на свете. Нам даже прогноз погоды каждый день по телевизору сообщали.

О погоде в Миазино ни в одной передаче не расскажут, и никто никогда не узнает, солнечно у нас или дождливо. Да и местным жителям телевизор ни к чему, ведь можно просто с утра взглянуть на небо. «Зонтик – в дождь, в жару – панама, вот и вся телепрограмма» – так они любят говорить.

Поначалу жизнь в большом городе казалась мне проще. Там по дорогам ходили автобусы, шныряли машины, а чтобы куда-то добраться, я просто спускался в метро.

По местным улочкам шныряли только курицы, да и то не всегда, и единственным способом побыстрее куда-то добраться был велосипед. Дороги в Миазино такие узкие, что ни одна машина не проедет.

Если в большом городе выпадал снег, то его увозили снегоуборочные машины – мы и заметить не успевали. В Миазино снег не убирали, ему все радовались и отправлялись в школу на лыжах или в санях. Как-то я даже прыгнул со школьного подоконника на первом этаже прямиком в сугроб. Он был такой высоченный (метра два!) и рыхлый, что я, мягко приземлившись, вырыл внутри целую пещеру! Навещая меня, Вики поинтересовалась:

– Иглу вышел отменный, а горшок где? Как здесь пи`сать, строитель?

– Туалет на улице, – ответил я.

– Я на улицу в снег не пойду, хочу писать в иглу!

– Так иглу тоже из снега! Какая разница?

– В иглу снег тёплый, он внутри, а снаружи – холодный, он же снаружи.

Я так и не понял, что за тёплый снег выпадает в Миазино. Вы тоже? Все претензии адресуйте Вики, но только поаккуратнее, не то запишет вас в Главу 67 своей тетрадки под названием: «Друзья Тики – жуткие зануды, и у них