Вспомним, что знаменитую сцену в «Мастере и Маргарите», когда исступлённая героиня крушит квартиру ненавистного критика, Булгаков завершает необычно: «Скользнув к третьему этажу, Маргарита заглянула в крайнее окно, завешенное лёгонькой тёмной шторкой. В комнате горела слабенькая лампочка под колпачком. В маленькой кровати с сеточными боками сидел мальчик лет четырёх и испуганно прислушивался. Взрослых никого не было в комнате. Очевидно, все выбежали из квартиры.
– Стёкла бьют, – проговорил мальчик и позвал: – Мама!
Никто не отозвался, и тогда он сказал:
– Мама, я боюсь.
Маргарита откинула шторку и влетела в окно.
– Я боюсь, – повторил мальчик и задрожал.
– Не бойся, не бойся, маленький, – сказала Маргарита, стараясь смягчить свой осипший на ветру, преступный голос, – это мальчишки стекла били.
– Из рогатки? – спросил мальчик, переставая дрожать.
– Из рогатки, из рогатки, – подтвердила Маргарита, – а ты спи!»
Кто тот незнаемый мальчик, вызвавший материнскую нежность Маргариты и сумевший погасить её гнев? И ведомо ли было великому прозорливцу Михаилу Афанасьевичу, что у его гонителя подрастал маленький сын?! Да и может ли быть ответ…
О жизни Валентина Литовского (всего-то двадцатилетней!) известно немного. Его близко знала писательница Лидия Либединская, носившая в девичестве славную фамилию – Толстая. Была одноклассницей Валентина, дружила с ним и много позднее признавалась, что именно он, Валя Литовский, стал её первой девичьей любовью:
«Мы писали сочинения, ходили в кино, спорили о прочитанных книгах. Мы не объяснялись друг другу в любви, но нам было так хорошо вместе. Валя познакомил меня с актёрами, которые снимались в фильме “Юность поэта”, – Толей Мурузиным, сыгравшим роль Пущина, Яном Парамоновым – Кюхлей, Славой Сушкевичем – князем Горчаковым, Олегом Липкиным – Дельвигом. И его друзья стали моими друзьями.
Какие это были прекрасные ребята! Они мечтали писать о Пушкине, ставить в театре его произведения, играть в пьесах о нём. Это были планы на будущую взрослую долгую жизнь».
Куда бы нас ни бросила судьбина
И счастие куда б ни повело,
Всё те же мы: нам целый мир чужбина;
Отечество нам Царское Село.
Благодаря воспоминаниям легко восстановить один день из жизни Валентина и его товарищей. Они собрались вместе 27 января 1937 года – в столетие, по старому стилю, смертельного поединка поэта (!) – в роскошном ленинградском ресторане «Астория» и дали друг другу клятву вновь прийти сюда ровно через пять лет, «всем лицейским братством». «Именем Пушкина клянёмся…» – так записали друзья под поэтическими строчками —
Друзья мои, прекрасен наш союз!
Он, как душа, неразделим и вечен… —
и поставили свои подписи.
Будущее было к ним милосердно, не приоткрыв до времени своей чёрной завесы, – ведь в январе 1942 года (на это время выпадала встреча!) в блокадном Ленинграде мечталось не об «Астории», а о крошечной пайке хлеба… Да и к тому дню и году многих из юных артистов не будет уже в живых. Жертвами Великой Отечественной станут и поэт-лицеист Александр Пушкин, и милый ленивец Антон Дельвиг, и верный Иван Пущин. Уцелеют лишь Вильгельм Кюхельбекер, добрый Кюхля, да умница Александр Горчаков.
Пущин (артист Анатолий Мурузин) пропал без вести летом 1941-го. Последнее его письмо к матери пришло из литовского города Ретавас за несколько дней до войны. Дельвиг (артист Олег Липкин) пал смертью храбрых в августе 1943-го, в бою под смоленской деревушкой и был близ неё похоронен.
Ещё кого не досчитались вы?
Кюхельбекер (артист Иван Парамонов) начал войну рядовым, а закончил гвардии капитаном с медалью «За отвагу» и орденом Красной Звезды и на груди. Смог сполна порадоваться мирной жизни.
Горчаков (артист Чеслав Сушкевич) не только дожил до Победы, но и продолжил сниматься в кино. Сыграл немало эпизодических, но ярких ролей в знаковых фильмах: «Два капитана», «Повесть о настоящем человеке», «Дворянское гнездо», «Хождение по мукам», «Маленькие трагедии», «Бег».
Нам разный путь судьбой назначен строгой…
Да, вечный «счастливец Горчаков», – и здесь ему повезло более друзей. Прожил полную насыщенную жизнь, подобно его герою. Достигшему неимоверных высот в жизненной карьере, канцлеру и российскому министру иностранных дел довелось пережить всех друзей-лицеистов.
Кому ж из нас под старость день Лицея
Торжествовать придётся одному?
Судьба избрала его, Светлейшего князя Александра Михайловича Горчакова, последнего из лицейского братства, на долгое служение Отчизне.
В Минском котле
Первой жертвой Великой Отечественной среди друзей пал Валентин Литовский. Биография у него совсем краткая: осенью 1939-го он был призван в армию и отправлен служить на Дальний Восток. Оттуда из Уссурийска (город назывался тогда Ворошиловым) его часть была переброшена на запад, в Белоруссию. Перед самой войной, в мае.
Бытует устоявшееся мнение, что Сталин «проспал» начало войны!
Нет, это не так. Уже к весне 1941-го проведено было скрытное мобилизационное развертывание Красной Армии: на западных границах созданы армии в составе 186-й дивизий, включая шестнадцать дивизий второго стратегического эшелона. Срочно было ускорено строительство укрепрайонов на новых границах. Да, исторически сложилось, что с марта 1941-го началось встречное развёртывание войск: Германии – для агрессии, а Советского Союза – для отражения.
Сталин же, перебрасывая дивизии на запад и создавая там мощную военную группировку, одновременно полагал, что Гитлер, воюя с Англией и зная об укреплении советских границ, не посмеет выступить против нашей страны.
Да, донесения разведчиков о готовящемся нападении Германии, где были предсказаны различные сроки начала войны, в их числе и достоверные, считались провокацией. А то, что немцы концентрируют свои военные силы на наших границах, объяснялось не иначе как политическим давлением на Советский Союз.
В силу тех обстоятельств и дальневосточная дивизия, где служил Валентин Литовский, получила приказ: на запад!
Известно, что мать Валентина собиралась навестить сына в Минске в воскресенье, 22 июня 1941 года. Надо ли говорить, что эта встреча не могла случиться, – у Гитлера были иные планы на тот день…
Валентин Литовский погиб в начале июля 1941-го, точной даты его смерти нет. Вероятно, в печально знаменитом Минско-Белостокском котле, когда немецким дивизиям удалось взять в «двойные клещи» советские войска.
Слово военным историкам: «Во время окружения 28 июня советские армии были разбиты на два кармана. Один окружённый карман находился к востоку от Белостока и содержал 10-ю советскую армию, а большее окружение захватило 3-ю и 13-ю советские армии в Новогрудке».
Та стратегическая операция,