Последняя жизнь - Иван Солин - Страница 36

осталось в прошлом. Бесповоротно. А теперь, здесь и сейчас, у меня есть лишь ты — моя незаменимая и ни с кем не сравнимая драгоценная спутница!

— Угу, — шмыгая носом, возразила явно расстроенная Тика. — Только вот ты почему-то не спешишь возлечь со мной. А я, может, и не менее гибкая, и хвост у меня куда более пушистый. Вот!

— Так, ладно. Ты — отдыхать, а я — за руль, — в очередной раз поморозился стойкий Илья. Впрочем, он уже смирился, что каждое утро обнаруживает под боком сопящую ему в плечо настырную, как он ее воспринимал, малолетку.

— Эм, куда-куда? А, править. Вот всегда ты сбиваешь меня с толку своими неуместными, но к месту сказанными словечками. Постоянно пытаешься увести тему. Но я всё равно не отступлюсь. Вот!

— Отдохни, бесценная моя, — обернувшись уже с места возницы, ласково улыбнулся забавно-сердитой малышке неискренний Волин. И лукаво продолжил. — Тебе ведь еще шоколадку надо попробовать. Ну, сотворить в первый раз. А к этому лучше с полным резервом приступать. И раз уж медитацию ты никак не освоишь, неусидчивая моя, то для восполнения запасов маны придется спать. Сладких снов, драгоценная моя!

— Гад! Я ж теперь не засну — я ведь не железная, — проворчала Тика, ни то по причине обольстительного поведения сладкоречивого, но такого толстокожего негодяя, ни то из-за нетерпения поскорей ощутить вкус столь соблазнительного яства. — Хррр… Хррр… Хррр… Ням-ням-ням… Хррр…

— Не заснёт она, ага.

Глава 12

ГЛАВА 12

Утром. Пока неясно где.

— Вставай, раб. Подъем, говорю.

— А? Чё за на… К-как это?

— Ты чего? Неужто мозги сжёг? — с насмешкой спросил у наконец-то проморгавшегося Ильи здоровенный бритоголовый детина с лиловыми радужками глаз и с чуть выпиравшими нижними клыками. — Эй, отомри! Ля, и вправду с башкой беда. А говорили, что эта эксперементальная вирткапсула безопасна. Якобы 34,574.29% прироста к скорости изучения баз знаний, причем в антураже сказочных приключений, и… и никаких последствий. Ага-ага.

— Г-где я? Где Тика? Почему я тут?

— Ууу, дружок, совсем ты плох, — с сочувствие заключил громила в сером облегающем комбезе с высоким стояче-отложным воротником и выделяющимися своей заметностью обшлагами на рукавах.

Хотя, как подсказывает память растерянного Ильи — на самом деле это экстренно раскрывающиеся капюшон-шлем и перчатки. Благодаря материалам изменяющейся упругости (МИУ) и изолирующим энергополям они обеспечивают полную герметизацию в случае нарушения той вокруг носителя комбеза. Стандартная, в общем, функция здесь… налево от центра галактики.

— Мляяя, — осознав это, схватился за голову и простонал Волин.

— О, вспомнил, да? — расхохотался его надсмотрщик с пиратской базы картеля Беспощадные. И спросил. — Помнишь же меня, тех-2 Иль Вол?

— Помню-помню. Твою рожу забудешь, как же, — проворчал тот в ответ, быстро взяв себя в руки. — Как там, кстати, блокада флотом Директората? Бомбардировка уже закончилась?

— Какая блокада⁈ Какая бомбардировка⁈ Ты что, совсем уже? Сплюнь скорее! Не хватало нам еще такого несчастья!

— Значит, не было ничего такого, да? — пробормотал Илья, снова впадая в пучину депрессии. Но жизнь и так не всегда весела, чтоб еще и самолично ухудшать ее своим нытьем. Ну вирт и вирт. Подумаешь. В общем, взбодрившись как мог, иронично спросил. — Сплюнуть, говоришь? Разве это не поверье с моей, а не твоей родины? Ты ж всегда смеялся надо мной, когда я плевал три раза, чтобы заработало без сбоев, ну или не перехвалили чтоб.

— Да ну тебя. С вами, дикарями, и сам скоро одичаешь. Так что? Гляжу, помнишь меня, и вроде бы адекватность вернулась. Получается, это ты от вирта просто ещё не отошел, да? Но я не медик, и Искин мне не шлет отчет о твоем состоянии, так что, когда док вернется из борделя, сам тогда и поговорит с тобой, эм, о твоем психическом состоянии. А пока — работать, раб!

— Угу-угу, — промычал невольник. Снова. И поплёлся навыход из медсекции с гробиной вирткапсулы по центру. Странно, что лишь с одной единственной на такое пространство. Хотя экспериментальная ж. — Куда идти-то?

— Сейчас. Всё, выслал задание. Там починка оборудования в грузовом ангаре и… Короче, сам посмотришь.

— Ага, вижу, — покивал Илья, привычно работая с интерфейсом нейросети. По которой даже соскучился. А вскоре уже и запустил нужных техдроидов, где надо. В начале каждой недели он обычно взламывает некоторые системы контроля той части станции, где регулярно что-нибудь ломается. Так что можно было бы и не переться туда, но регламент и всё такое. — Слушай, а премия ж за быстрый ремонт будет, да? А то я не отказался бы от… Э? Чё, на? Это как это? Пипец…

— В чём дело?

— Слышь, морда, а у меня, по ходу, глюки, — с драматичным прям видом сообщил неслабо так напуганный Илья. Хотя надежда, как известно, умирает последней. — Или ты тоже видел ЭТО?

— Ты о чём вообще?

— Нуу… Как бы сказать? Короче, там, в том конце коридора. Да, за спаскапсулами.

— Ну и? Что там?

— Там только что какая-то мелкая пигалица… пролетела. На ярких таких крылышках, примерно как у бабочки.

— Ты реально поехал? Нет там ничего! И не было — я вот логи Искина безопасности смотрю, и тот ничего подобного не зафиксировал. Да уж, тебе точно к доку надо. Он тебе башку починит. Ну там — имплант какой-нибудь вкорячит. Правда, ты ж тогда не лучше дроида станешь. А это плохо. Хуже работать ведь будешь, и тогда плакала моя премия. Не, не буду слать рапорт. И ты, Иль, доку о своих галюцинациях не говори, ладно? Тебе ж тоже не хочется, ну, в болванчика превратиться, да?

— Н-но как же? Я ведь видел! Мелкая такая и…

— Мелкая девка? Слу-у-ушай, я понял! Это ж в бордель новеньких привезли. Ну точно! Среди них есть там одна. Мелкая и тощая совсем. Гибрид, похоже, какой-то. Вывели, видать, для всяких извращенцев. Она с пушистыми ушами и хвостом. Рыжими такими. Да и сама вроде бы рыжая и… Что ты на меня так смотришь? Нет, понятно, что она бы тут не шлялась. Просто это у тебя после вирта какая-то проблема с башкой. Временная наверняка. Так что ты не переживай. Скоро само всё пройдет. Да. Ну подумаешь, всего лишь глюки