Моя жизнь как зомби из трущоб - Диана Роулэнд - Страница 11

сосен с нашего крыльца разглядеть было нельзя, но дом через дорогу стоял как на ладони. Да и слышимость там была отличная, судя по тому, сколько раз за эти годы они вызывали на нас копов. Жаловались абсолютно на всё: от громкой музыки и мусора во дворе до периодических криков, когда мы с отцом ругались.

Козлы. Хотя, с другой стороны, мне было глубоко насрать, кто именно вернул мою сумочку.

Отца в том помещении, которое у нас гордо именовалось гостиной, не было. Там стояли диван и телевизор, и то, и другое было почти моим ровесником, и жутко воняло застоявшимся пивом и сигаретами. По возможности я старалась там не задерживаться, хотя это, скорее всего, было связано не с запахом, а с тем, что отец проводил там большую часть своего времени.

Я осторожно заглянула в открытую дверь его спальни и с облегчением увидела, что он спит. Отключился, если быть точнее, судя по пустым пивным банкам на тумбочке и бутылке «Джек Дэниэлс» на кухне. Я постояла так несколько секунд, чтобы убедиться, что его грудная клетка действительно поднимается и опускается, и решила не заходить, чтобы накрыть его одеялом. Был большой шанс, что он проснется от моих движений, чем от холода. А когда он в таком состоянии, мы ладим куда лучше.

Я отвернулась, пошла на кухню, откопала пачку макарон с сыром и чистую тарелку. На секунду я задумалась о том, чтобы пожрать перед теликом и, может, выкурить косяк, но решила не рисковать и не будить отца ни тем, ни другим. Вместо этого я быстро схавала макароны, скинула тарелку в раковину к остальной грязной посуде и направилась в ванную, чтобы принять тот самый грандиозный душ, который обещала себе ранее. Из-за нашего древнего водонагревателя «грандиозности» хватило всего на несколько минут, но этого хватило, чтобы я почувствовала себя менее мерзко.

Вытирая волосы полотенцем, я направилась в свою комнату и глянула на часы. Не было еще и шести вечера, но я хотела лечь спать пораньше. Мне уж точно, блин, не хотелось снова проспать. Я встала на четвереньки и полезла под кровать, нащупывая бутылочку с таблетками, зажатую между пружинами матраса. Вытащив её, я сняла крышку и высыпала горсть таблеток на ладонь. Там было шесть или семь разных видов, но я знала их достаточно хорошо, поэтому мне не требовались отдельные баночки с этикетками от рецептов. И к лучшему, потому что ни на одну из них рецепта у меня не было.

Подавив желание выудить викодин, я остановила свой выбор на ксанаксе. Викодина у меня оставалась всего одна таблетка, и не было смысла тратить её впустую, когда мне просто нужно было немного помочь себе уснуть. Я ссыпала остальные таблетки обратно в бутылочку, вернула её в тайник и запила ксанакс пивом из мини-холодильника в комнате.

Выключив свет, я залезла под одеяло и стала ждать, когда на меня накатит эта приятная волна расслабления.

Двадцать минут спустя я всё еще бодрствовала во всю мощь.

К половине седьмого вечера я была вынуждена признать, что то, что я приняла, скорее всего, было вовсе не ксанаксом.

Я хмуро уставилась в темноту. Что ж, это отстой. Поскольку я без понятия была, какую херню проглотила, я не рисковала проверять, сработает ли что-то другое. Свой лимит по передозировкам в этом месяце я уже исчерпала, спасибо большое.

Я упрямо продолжала лежать в постели. Где-то после восьми вечера я наконец-то уснула, всё еще дожидаясь, пока подействует ксанакс.

Глава 5

Несмотря на осечку с ксанаксом, мне удалось хорошенько выспаться, и я реально поднялась с постели сразу, как только зазвонил будильник. Едва я приехала на работу, как мое обучение началось по-взрослому. Ник оказался зацикленным на мелочах, занудным козлом с полным отсутствием навыков общения, но к своей работе он относился чертовски серьезно и разбивался в лепешку, чтобы полностью подготовить меня к любым неожиданностям. Весь остаток недели меня муштровали, натаскивали, обучали и забивали мне мозг до посинения.

Я стискивала зубы каждый раз, когда хотелось прописать Нику хорошую затрещину, и на самом деле вникла во всю эту тему куда быстрее, чем сама ожидала. Помогало то, что в этой работе не было ничего особенно сложного или мудреного.

Водителей фургонов здесь также называли «гробокопателями», и в этом, по сути, и заключалась наша обязанность: приезжаешь на место происшествия, забираешь покойника, упаковываешь его в мешок для трупов. А если возникали какие-то сомнения или вопросы, на месте всегда был следователь, который со всем разбирался.

Я настраивала себя на любые мерзости и дичь, когда дело касалось мертвецов. Разложившиеся тела, причудливые самоубийства — всякое такое. Я была готова к этому. И твердо решила не паниковать, чего бы мне это ни стоило.

Но вот к чему я оказалась совершенно не готова, так это к копам.

Копы были повсюду. И я каждый раз пыталась не выглядеть виноватым параноиком, стоило кому-то из них случайно взглянуть на меня. Мне то и дело приходилось напоминать себе, что у меня нет проблем с законом, меня никто не щемит, и у меня нет никаких причин мгновенно вставать в оборонительную позу. И по большей части копы и детективы меня просто игнорировали. Ну или, как минимум, не удостаивали ничем большим, кроме обычного хмыканья и кивка, какими они награждали всех остальных гражданских на месте происшествия.

Я отработала целых четыре дня, прежде чем умудрилась наткнуться на тех самых двоих детективов, которые прекрасно знали, какая я на самом деле неудачница.

Первым меня узнал детектив Абади. Мы находились в палисаднике двухэтажного дома в чертовски престижном закрытом поселке. Располневший и растерявший форму хозяин дома, видимо, решил, что покупка особняка за полмиллиона долларов освобождает его от необходимости нанимать кого-то для чистки водостоков. И вот теперь он лежал мертвый, судя по всему, со сломанной шеей после того, как лестница поехала в сторону. Он совершил полет прямо в свой роскошный ландшафтный дизайн — точнехонько в альпийскую горку. Но эй, зато его гребаные водостоки были чистыми.

Темные глаза Абади осматривали территорию, скользнули по мне, а затем вернулись обратно и сузились. Он уставился на нашивку на моей рубашке, и его губы сжались так, словно он сожрал что-то горькое. Я тем временем сделала вид, будто с огромным интересом разглядываю что-то жутко любопытное прямо около тела, лишь бы не встречаться с ним взглядом. Но я всё равно видела, как он толкнул локтем детектива Рота и что-то зашептал.