Говорят, перед смертью вся жизнь проносится перед глазами. Враньё. Перед глазами проносятся плиты перекрытия и куски бетона. Ну а потом — новый мир, средневековье, чужое тело и печь, которую надо сложить до возвращения заказчика. Ну и система которая ненавязчиво намекает, что я или стану сильнее, или умру...
Отдых продолжается... Лучше бы мы работать пошли...
Она стала его слабостью. Он — её самым опасным проклятием. Одна случайная встреча навсегда изменит её судьбу. Чужая страна. Жестокий Восток. Мир, где любовь принадлежит сильным, а женщины становятся разменной монетой в играх власти. Где страсть способна уничтожить, а за любовь платят кровью. Фалах — эмир Хафрака. Мужчина, которого боятся враги и боготворят женщины. Холодный. Властный. Опасный. Но однажды в его жизни появляется она — светловолосая чужестранка с глазами, в которых слишком много боли и слишком много огня. Но дворец эмира хранит слишком много тайн. Зависть гарема, дворцовые интриги, заговоры, покушения, ложь и предательство превращают ее жизнь в смертельно опасную игру. Здесь нельзя доверять никому. Даже мужчине, которого любишь больше собственной жизни. Но сможет ли любовь выжить там, где каждое чувство оставляет шрамы? «Шрамы на песке» — роскошная восточная сага о любви, одержимости, боли и страсти, которая сильнее смерти.
Роман В тени эмира. Шрамы на песке 1 автора Ирэн Блаватская рассказывает о молодой женщине по имени Эми, оказавшейся в сложной и опасной ситуации на территории эмирата Хафрак. Эми пребывает в ограничении, закрытая в комнате гарема, где ее жизнь связана с ожиданием и скрытностью. Ее единственная радость — встречи с возлюбленным Салехом, что дает ей силы терпеть обстоятельства и надеяться на изменение судьбы. Сюжет начинается с того, что Эми пытается справиться с внутренними страхами и воспоминаниями, связанными с прошлым, а также с ролью, которую ей пришлось принять среди высокопоставленных персонажей эмирата. Она сталкивается с недоверием и контролем других женщин в гареме, которые следят за каждым ее шагом. В момент нарастания напряженности исчезновение главной наложницы эмира вызывает тревогу и усиливает давление на Эми. Главный конфликт разворачивается вокруг взаимоотношений Эми с эмиром Фалахом, у которого на теле есть глубокие шрамы, являющиеся знаками пережитых им ран и испытаний. При встречах между Эми и Фалахом возникают трудности в общении, непонимание и взаимная обида. Эми испытывает страх и растерянность, сталкиваясь с его безучастным и холодным отношением, а Фалах, в свою очередь, скрывает свои чувства и внутреннюю боль. Диалоги между ними отражают напряжение, вызванное скрытыми обидами и прошлым. По ходу развития событий Эми вынуждена делать трудный выбор, который затрагивает ее свободу и личные границы. Она пытается противостоять обстоятельствам, выражая свои чувства и желание быть услышанной, несмотря на риск и угрозы со стороны эмира. Важной частью повествования является борьба Эми за сохранение собственного достоинства в условиях давления и контроля. Кроме личных взаимоотношений главный герой сталкивается с внешними вызовами, в том числе с поисками беглянки и опасностями, существующими внутри гарема. Эти события усиливают драматическую ситуацию и влияют на развитие дальнейшего сюжета. Через все испытания Эми проходит путь от замкнутости и страха к осознанию своей позиции и способности влиять на происходящее. Основная тема романа связана с вопросами власти, контроля и личной свободы, а также последствиями прошлого, которое оставляет свои следы на жизни людей. В центре внимания история женщины, которая в условиях сложных обстоятельств пытается сохранить себя и сделать выбор между разными сторонами своей судьбы. В итоге сюжет сосредоточен на взаимоотношениях, внутренней силе и решениях, которые влияют на дальнейший ход жизни главных персонажей.
— Я напишу на тебя заявление, если тронешь! — голос срывался от страха. — Тебя посадят за изнасилование! И ты опять поедешь в зону! — Значит, инфу по мне ты пробивала? — он многозначительно прищурился. — Понравился я тебе, да, Лапуль? — Вообще нет! — я уперлась в его плечи. Зрачки Лихача расширились. — Кажется, ты мне отчаянно врешь, — хрипло сказал он. — Нет! — Да-а, — довольно пророкотал он. — Я же вижу. Ты меня тоже хочешь, моя капризная штучка. Жизнь подкинула мне соседа в виде Лихача. Наглого, самодовольного и безумно притягательного мужчину. Он не понимает слова «НЕТ», я нужна ему как трофей. И он не собирается тормозить, пока не получит меня всю.
«Спасибо за вечер, котик. Было божественно. Жду завтра в то же время». — Имя отправителя — «Дарья (работа)». Котик. Олег ненавидел, когда я называла его ласковыми именами. «Мне тридцать семь, а не семнадцать», — всегда огрызался муж, когда я в порыве нежности называла его солнышком или котёнком. А тут — котик. И это «божественно» обожгло меня, как кипяток. Я медленно опустилась на стул, почувствовав, как комната вдруг начинает кружиться вокруг меня в каком-то безумном вальсе. Стены словно сжимались, воздух стал вязким и тяжёлым, а дыхание перехватило, словно кто-то сдавил горло невидимой рукой. — Дарья, — прошептала я, пробуя имя на вкус, чувствуя, как оно горчит на языке. — Дарья. Новая сотрудница их отдела? Та самая, о которой он вскользь упоминал пару раз? «Толковая девчонка далеко пойдёт», — так он говорил, а я не придавала значения. Боже, какой же я была наивной дурой!
— Мам, смотри, — голос Кати доносился как сквозь толщу воды, приглушённый, искажённый нереальностью происходящего. — Это же папа, да? — Да, — едва слышно выдохнула, наблюдая, как Андрей наклоняется к блондинке и легко целует её в щёку — тем самым жестом, каким ещё несколько дней назад целовал меня перед отъездом в мнимую командировку. Я видела, как его рука на мгновение задержалась на её животе — чужом животе, в котором рос чужой ребёнок. Его ребёнок. Они рассмеялись звонким смехом счастливых людей, довольных своей жизнью. Жизнью, в которой для нас с дочерью не было места. — Мама! Что происходит? — настойчивый голос дочери ворвался в красную пелену, разрывая кокон ярости, в который я начала погружаться. — Ничего, солнышко, — мой голос звучал странно, будто принадлежал кому-то другому — механический, бесцветный, как у автоответчика. — Просто... папа вернулся из командировки раньше, чем планировал. Иди в школу, я... я поговорю с ним.
В сорок три захотелось изменить свою жизнь? Получите и не жалуйтесь — молодая, состоятельная, да еще и графиня. Правда у графини масса проблем: муж гуляет и транжирит деньги, в высшем обществе презирают, и кто-то упорно пытается убить. Но не на ту напали — налажу жизнь и исполню свою давнюю мечту — открою собственный ресторан. Или на худой конец трактир. В книге есть: неунывающая энергичная попаданка, легкомысленный призрак, очаровательный сыщик и вампир-патологоанатом. Легкий юмор и детективная линия
Земля разрушена и больше не подлежит спасению. Планета — последняя надежда человечества. Первая экспедиция на Планету закончилась трагедией, но ботаник Джилл Джонс не позволит этому остановить себя. Она готова стать частью второй миссии. Идеальный климат. Идеальная природа. Идеальная флора и фауна. Планета звала Джилл всю её жизнь. Где-то глубоко внутри она знает — это место её дом. Новый шанс для человечества начать всё заново. Нужно лишь доказать это. Но пока Джилл и её команда исследуют Планету, нечто загадочное начинает проникать в их мысли. Когда члены экспедиции начинают бесследно исчезать, Джилл понимает: ей придётся раскрыть тайны Планеты раньше, чем они поглотят её саму, её друзей… и единственного мужчину, ради которого она готова на всё.
Если вы не переносите жару... Когда в Нью-Йорке объявят о программе по поджариванию сверхъестественных существ, я задаюсь вопросом, должен ли я вспотеть. Кровожадный Арно думает именно так и настаивает на том, что наше выживание зависит от союза волшебников и вампиров. Не обращайте внимания на то, что он хотел чтобы я стал мертвым. Или немертвым. Тем временем мэр хочет, чтобы я был в его команде, предложение, от которое лишь немного меньше мурашек, учитывая нашу недавнюю стычку. Так кто же на самом деле стоит за чисткой? Мэрия? Оборотни? Или это детище фейри, чей новый советник мэра ускользнул из моей постели и жизни четыре месяца назад? У меня возникает неприятное ощущение, что кто-то пытается манипулировать программой и мной, чтобы развязать более масштабную войну, которая может охватить весь город. Одно можно сказать наверняка. Если я не приведу в порядок свои мысли и не включу магию, это лето будет просто адским.