«Беги в цирк» — гласит старая поговорка. И, кажется, я последовала этому совету буквально. Только это не просто цирк — это Карнавал уродцев, признанный самым жутким шоу в Штатах. Я думала, что сбегаю от ужаса, но невольно шагнула прямиком в его ледяные объятия. Пытаясь приспособиться к своей новой безумной жизни, я обнаруживаю, что погружаюсь в кошмар наяву. Хеллион, главарь "Холлоус", у которого глаза, похожи на закручивающиеся вихри, и татуировки, которые, кажется, проступают и пульсируют на его коже, он затягивает меня в свою извилистую паутину, а его зловещая одержимость зацикливается на сломанной куколке. Хеллион стремится раздавить меня вдребезги, сломать через боль и страдания ради собственного больного удовольствия. Но он не понимает, что боль не чужда мне — она мой дом. Чем глубже он погружается в свои порочные игры, тем яснее осознаёт, что я не та, кто ломается легко. Я — мозаика из разрозненных фрагментов и замысловатых головоломок, сложная загадка, которую даже Хеллиону, со всеми его искаженными потребностями, трудно понять и осознать. Как только тяга садиста сталкивается с покорными желаниями мазохиста, мир вокруг нас растворяется в тумане запретной тьмы и ненасытного блаженства, где границы стираются, а запреты исчезают в небытие. Каким бы злым ни был этот карнавал, где иллюзии переплетаются с тенями, наша сущность остается несравненной, не поддаваясь окружающему нас сумасшествию. Но под нашим фасадом из красок и за завесой тайны скрываются призрачные истины, способные изменить саму ткань нашей безумной реальности.
