Легкие прикосновения (18+) - Alice Wood - Страница 7

музыку так громко, — снова засмеялась Алика.

— Вот и зайду! И все ему выскажу! — я с силой задернула штору, и несколько крючков сорвалось с гардины. Вот черт!

— Вот и зайди! И познакомься заодно, — Алика продолжала шутить, не обращая внимания на то, что я вот-вот взорвусь.

— Ладно, мне пора, — я отключилась и бросила телефон на стол. Ненавижу!

Моё сердце гулко набатом стучало в груди. Я вышагивала по кухне, пытаясь успокоиться. Умеет же Алика вывести меня из себя! Знает же, что я его терпеть не могу! Коза! Конечно же, я не пойду к нему, и она прекрасно это знает. Знает, что я трусиха.

Я остановилась напротив окна и, взглянув на серебряные отблески реки, вспомнила, что ещё ни разу не прогуливалась в окрестностях. Решив это исправить, я бросилась в спальню.

Глава 9

Мой первый рабочий день выдался суматошным, хотя больницу и медицинский персонал я знала как свои пять пальцев, ведь на протяжении нескольких лет мы с Аликой проходили здесь практику.

Одно дело делать выводы под руководством опытного врача, основываясь на результатах осмотра пациента и его жалобах, и ставить диагноз, который твой наставник может опровергнуть, если он неправильный и назначить верное лечение, другое — принимать решение самой, не оглядываясь ни на кого, брать ответственность за поставленный диагноз и жизнь и здоровье человека, который тебе доверился не по своему желанию.

На первого пациента я потратила целых полчаса. Сначала никак не хотел загружаться компьютер, затем я никак не могла справиться со старым танометром, чтобы измерить давление добродушному старичку, который трясся от страха не меньше меня.

Медсестра, работавшая со мной в паре, была немногословна и иногда бросала на меня оценивающий взгляд, от чего по моей коже пробегали мурашки, и мне казалось, что я делаю все не так, как положено. Хотелось зареветь и броситься вон из кабинета, но я титаническими усилиями сумела сдержать свои порывы и усидеть за столом.

Наконец, определив, что у моего первого пациента есть посторонние шумы в сердце, я выписала направление на ЭКГ и УЗИ сердца и записала на приём к кардиологу.

Со вторым было легко: необходимо был всего лишь закрыть больничный лист.

С третьим пришлось повозиться. Симптомы, на которые жаловался мужчина средних лет, были противоречивые. Я никак не могла определить, что с ним такое. Мой мозг усиленно работал, вспоминая большое количество болезней, но ни одна из них не подходила под жалобы пациента либо одновременно подходила каждая вторая болезнь.

Аппендицит?! Пиелонефрит?! Камни в почках или мочевом пузыре?! Простатит?! Грибковые заболевания?! Цистит?!

Мужчина смотрел на меня с надеждой, а я не могла взглянуть на него, потому что не знала, какой из диагнозов правильный. Покрывшись испариной, я извинилась и вышла из кабинета. Не оглядываясь на большую очередь пациентов в коридоре, я быстро зашагала к тому, кто, действительно, мог мне помочь.

Шумно выдохнув, я набралась смелости и нервно постучала в дверь светло-коричневого цвета.

— Войдите, — послышался женский скрипучий голос.

— Здравствуйте, Виолетта Германовна, — покрывшись красными пятнами, произнесла я, еле живая.

— Аа, Ксюшенька, заходи, — она по-доброму улыбнулась мне и внимательно посмотрела на меня. — Что-то случилось?!

— Да, Виолетта Германовна, мне кажется, что я не справляюсь со своей работой, — мой подбородок задрожал.

— Почему ты так решила?! — ее брови взлетели вверх от удивления.

— Я не могу поставить правильный диагноз, — закусила я нижнюю губу.

— Так, не раскисать! — Виолетта Германовна буквально вскочила со стула и, бросив: — за мной! — направилась к двери.

Она шла с гордо поднятой головой, на каждом шагу отвечая на приветствия людей, находившихся в коридоре. Как-никак, заслуженный врач нашей республики. Испытывая дикий стыд, я еле поспевала за ней, ругая себя последними словами и твердо решив уволиться после первого же рабочего дня.

Виолетта Германовна недовольно оглядела толпу возле моего кабинета и, широко распахнув дверь, вошла внутрь. Я зашла следом и закрыла дверь за собой.

— Здравствуйте, — сухо произнесла она и села на моё место.

— Здравствуйте, — опешив, ответил мужчина.

— А ты присаживайся, — кивнула на кушетку Виолетта Германовна, посмотрев на меня.

Я, не дыша, села на край кушетки, чувствуя, как холодеют мои пальцы.

— Итак, на что жалуетесь?! — Виолетта Германовна внимательно посмотрела на мужчину.

— Ну, я уже рассказал ранее врачу, — он обернулся и непонимающе посмотрел на меня.

— Второй раз лишним не будет. Так на что вы жалуетесь?! — нетерпеливо спросила Виолетта Германовна.

— Поясница болит. Вчера температура поднялась до 38 и вырвало один раз. Больно мочиться, — повторил мой пациент.

— Моча какого цвета?! — поинтересовалась Виолетта Германовна.

— Ну, я бы сказал, что она отличается от прежнего, темнее что ли, — неуверенно ответил мужчина, покраснев.

— Ясно, а бывают у вас ложные позывы помочиться?! — спросила она, не отрывая от мужчины глаз.

— Да, бывают, — мужчина скривился от боли, схватившись за поясницу.

— Все указывает на то, что у вас острый пиелонефрит, но для большей ясности картины вы сейчас спуститесь на первый этаж, сдадите анализ мочи и сделает УЗИ почек и надпочечников, — Виолетта Германовна, быстро настрочив направления на исследования, протянула мужчине. — А затем вернётесь обратно в этот кабинет с результатами УЗИ.

— Хорошо, — протянул мужчина и, взяв листы, протянутые Виолеттой Германовной, кое-как встал со стула и медленно вышел из кабинета. — До свидания.

— До свидания, — сухо ответила Виолетта Германовна и пристально посмотрела на меня. — Ксюша, никто не застрахован от ошибок, даже врачи. Если в следующий раз ты снова засомневаешься в постановке диагноза, просто назначь дополнительные исследования. Наша больница оснащена всем необходимым. Пользуйся на здоровье.

Глава 10

Домой вернулась я только в девятом часу вечера. После окончания моей смены я решила остаться и посмотреть, как работает Виолетта Германовна. Узнав это, она дала мне задание: самостоятельно определить диагноз каждого пациента и записать в блокноте.

Я расположилась в углу кабинета, чтобы быть незаметной. Виолетта Германовна подмигнула мне и приняла первого больного.

Я усердно записывала симптомы в небольшой блокнот и в перерыве между пациентами, анализируя написанное, ставила диагнозы. Виолетта Германовна специально для меня нарочито громко называла результаты измерения давления, температуры, сатурации, пульса. Прослушивая лёгкие, делала пометки: лёгкие чистые или есть небольшие хрипы, жёсткое дыхание и т. д. За все время работы Виолетта Германовна ни разу не озвучила диагноз вслух.

После последнего пациента я подсела к ней и показала ей блокнот. Он был весь исписан.

— Читай, — откинулась на спинку стула Виолетта Германовна, заложив руки за голову, и закрыла глаза.

— Ну, судя по симптомам, у первого