Книга о самураях. Свод правил жизни японских воинов. - Юдзан Дайдодзи - Страница 62

Когда мастер Овари, мастер Кит и мастер Митэ были в возрасте десяти лет, господин Иэясу находился вместе с ними в саду, где они наткнулись на большое осиное гнездо. Оттуда вылетела целая туча ос, господин Овари и господин Кит испугались и убежали. Но господин Митэ, никуда не убегая, остался на месте и начал снимать ос со своего лица.

В другой раз господин Иэясу жарил на большой жаровне множество каштанов и пригласил мальчиков присоединиться к нему. Нагревшись нужным образом, каштаны начали лопаться. Два мальчика снова испугались и убежали прочь. Однако господин Митэ ничуть не испугался, подобрал лопнувшие каштаны и положил их обратно в жаровню.

Для изучения медицины Эгути Тоан отправился в дом к старому Ёсиде Итиане, что в районе Банто в Эдо. В то время там по соседству жил учитель и мастер меча, у которого Тоан время от времени практиковался. У мастера был ученик-ронин, который как-то раз пришел к Тоану и сказал будто на прощание: «Сегодня я хочу исполнить свое давнее заветное желание, о котором думаю уже много лет. Я говорю тебе об этом, потому что ты всегда хорошо относился ко мне». И с этими словами он ушел. Тоан почувствовал некое беспокойство от услышанного. И когда он последовал за ним, то увидел, как к ронину с другой стороны приближается человек в плетеной шляпе.

Учитель меча на восемь или десять ярдов опережал ронина. Проходя мимо человека в шляпе, тот сильно ударил ножнами по ножнам этого человека. Когда мужчина оглянулся, ронин сорвал с него шляпу и громко объявил, что он желает ему отомстить. От всего происходящего мужчина растерялся, и потому зарубить его было нетрудно. Огромное количество поздравлений получил потом ронин от жителей окрестных поместий и домов. Говорят, что они даже предлагали ему деньги. Тоан очень любил рассказывать эту историю.

Однажды, когда священник Унго из Мацусимы шел ночью через горы, на него напали разбойники. Унго сказал:

– Я живу в этой местности, я не паломник. У меня вообще нет при себе денег, но если хотите, заберите мою одежду. Только, прошу, оставьте мне жизнь.

Разбойники ответили ему:

– Ладно, наши усилия были напрасными. Одежда нам твоя не нужна.

И они ушли. Не успели они отойти на две сотни ярдов, как Унго обернулся и окликнул их:

– Я нарушил заповедь о лжи. Растерявшись, я забыл, что у меня есть в кошельке один кусок серебра. Искренне сожалею, что сказал вам, будто у меня ничего нет. У меня есть вот это, возьмите.

Разбойники, промышлявшие в горах, были крайне впечатлены его словами, они остригли волосы и стали его учениками-монахами.

Как-то раз в Эдо четыре или пять хатамото собрались однажды поздно вечером, чтобы поиграть в го. В какой-то момент один из них отправился в уборную, и, пока он ходил, вспыхнула ссора. Одного человека зарубили, свет погас, а в доме царил беспорядок. Вернувшись, тот, кто уходил, закричал: «А ну, успокойтесь! Какая глупая ссора! Поставьте на место лампы и дайте мне сказать». После того как лампы снова зажгли и все успокоились, пришедший внезапно срубил голову одному из участников ссоры. После этого он произнес: «От меня отвернулась моя самурайская удача. Я не участвовал в битве. Если в этом увидят трусость, то мне придется совершить сэппуку. Но даже если этого не случится, мне нечего будет ответить тем, которые скажут, что я сбежал в уборную. И мне опять ничего не останется, как совершить сэппуку. Я зарубил его, потому что предпочитаю умереть, убивая врага, а не как тот, на кого пала тень подозрения в трусости». Когда сёгун услышал об этом, он похвалил самурая.

Однажды группа из десяти слепцов путешествовала в горах. Когда они начали подниматься на вершину горы, где с одной стороны была пропасть, они двигались очень осторожно, их ноги дрожали, и всех их охватил страх. Как раз в этот момент тот, кто шел впереди, споткнулся и упал с утеса. Остальные запричитали:

– Ой-ой! Какая жалость!

Но упавший слепец закричал им снизу:

– Не бойтесь. Ну и что, что я упал? Сейчас я в порядке. Перед падением я все время думал: «Что будет, если я упаду?» И не было конца моей тревоге. Сейчас все нормально, если кто-то хочет успокоиться, пусть быстро падает вниз!

Ходзё Ава-но-ками однажды собрал своих учеников боевых искусств и обратился к известному в то время в Эдо специалисту по лицам с просьбой определить, кто из собравшихся храбрец, а кто трус. Он велел им подходить к физиономисту по очереди и напутствовал их так:

– Если он определит в тебе храбреца, ты должен стараться еще больше. Если же он увидит в ком-то труса, то тому следует посвятить стараниям всю свою жизнь. Нет ничего позорного в том, каким ты родился.

Хиросэ Дэндзаэмону было тогда двенадцать или тринадцать лет. Когда он сел перед специалистом, он сказал ему вызывающим голосом:

– Если вы прочтете в моем лице трусость, я зарублю вас одним ударом!

Когда что-то должно быть сказано, лучше говорить это прямо сейчас. Сказанное позже, это может прозвучать как оправдание. Более того, иногда нужно ошеломить собеседника. В дополнение