Я не ответила, подтянув ноги к груди.
— Боунс, не так ли? Думаю, тебе идет.
Я не была уверена, имел ли он в виду, потому что я была худой, или потому что он думал, что я убивала людей. В любом случае, от его пренебрежительного тона у меня на глазах выступили слезы. Скар поставила миску с тушеным мясом на пол рядом со мной, прежде чем занять последнее кресло. Я проигнорировала это. Несколько минут они ели молча, прежде чем Вольф заговорил снова.
— Может быть, у тебя действительно был бы шанс сбежать, если бы ты что-нибудь съела.
Я проигнорировала его, и мой желудок заурчал, когда я попыталась подсчитать, сколько времени прошло с тех пор, как я ела в последний раз — старое знакомое беспокойство поднялось на поверхность. Я тщательно следила за Джаком, поэтому знала, когда следует придерживаться бульона, а когда безопасно есть обычную пищу. Страх переесть и заболеть иногда был настолько сильным, что сам страх вызывал у меня тошноту. Как целительница, я знала, что заболеть — естественная функция организма, но меня не раз избивали за рвоту в палатке или на кровати Джака, и теперь это было просто еще одной сломанной вещью, грохочущей у меня в голове.
— Я говорю это только потому, что Така здесь нет, но тушеное мясо не такое уж плохое, — сказал Кай.
Я быстро осмотрела комнату, понимая, что Така нет.
— Уверен, что это просто оленина, картофель и немного моркови, если это поможет, — добавил Сэйбл.
Потребовалось около полутора дней, чтобы добраться до хижины, и Ли сказал, что мы пробыли в пещере около полутора дней. Что я ела в тот день в Убежище? Я не могла вспомнить, и мой желудок скрутило. Я почти ничего не ела. Последние три месяца у меня практически не было аппетита. И что, прошло четыре или пять дней с тех пор, как я по-настоящему ела? Сколько дней прошло с момента пещеры…
— Похоже, я не получу эту футболку обратно, да? — Задумчиво произнес Ли, прерывая мои панические мысли.
— Думаю, что нет, — ответил Вольф.
— В любом случае, на ней выглядит лучше, — сказал Ли.
— Осторожнее, — предупредил Вольф, но когда я взглянула на него, он улыбался — слабая улыбка, но она была.
— Знаешь, я всегда представлял твою сестру маленькой, с более длинными волосами, — сказал Ли. — Я был прав, но почему-то она намного красивее, чем ты был с длинными волосами.
— Я думал, Вольф очень симпатичный с длинными волосами! — поддразнила Скар, заставив Ли, Сэйбла и Кая захихикать.
Вольф свирепо посмотрел на них всех, но просто отправил в рот еще ложку тушеного мяса.
Меня вдруг осенило, что я никогда не видела своего брата с друзьями. Были ли у него друзья? Он всегда заботился о Дюне и обо мне, охотился или помогал папе. В моем представлении он был взрослым, сколько я себя помню, но, увидев его сейчас, я точно поняла, насколько он был молод. Ему было восемнадцать, когда умер Дюн, и он начал заботиться обо мне, когда ему было всего восемь. Я почувствовала укол вины и сочувствия, которые мне не понравились.
Я ненавижу тебя. Мои предыдущие слова крутились у меня в голове, и чувство вины росло.
Я попыталась представить его с длинными волосами, но не смогла. Я не могла представить, что он когда-нибудь отрастит длинные волосы. Он всегда держался коротко, контролировал себя, как того требовал Карт от мужчин. Теперь я точно поняла, как сильно я его не знала, несмотря на то, что у нас была одна кровь. Тошнотворная яма образовалась у меня в животе, когда я внезапно поняла, что провела с Джаком дольше времени, чем с Вольфом. Может быть, я была такой же чужой для своего брата, как и он для меня.
Я проработала в Убежище всего около десяти месяцев, но с командой чувствовала себя больше семьей, чем с Вольфом. Боль в груди усилилась. Я так по ним скучала. Я все еще была зла на Вольфа за то, что он заставил меня думать, что он собирается причинить им вред, но я испытала облегчение от того, что на самом деле им ничего не угрожало. Это была запутанная смесь эмоций.
Звук шагов на крыльце напугал меня. Дверь открылась, и вошел Так, стряхивая снег со своих кудрявых волос. Ли встал и потянулся.
— Моя очередь? — спросил он.
— Ага, — Так стряхнул снег с ботинок. — Опять становится холодно.
— Идеально.
Ли направился к двери и схватил свое пальто. Надевая его, он взглянул на меня, поймав, что я наблюдаю за ним, и подмигнул. Я отвернулась. Тушеное мясо пахло соблазнительно вкусно. Я больше не собиралась бежать, но хотела быть готовой к любой возможности. И как бы мне ни было неприятно это признавать, Вольф был прав. Мне нужно было поесть, чтобы набраться сил.
Беспокойство снова скрутило мой желудок. Что ж, там был бульон. По крайней мере, я могла выпить бульон.
Я взяла миску и притворилась, что не замечаю, что все на меня смотрят. Я осторожно отхлебнула ложку бульона. На вкус он был пресным, но я предпочитала такое. У жнецов почти всегда было тушеное мясо. Это был простой способ увеличить запасы еды, и я была благодарна, потому что всегда могла достать бульон, когда это было необходимо. Так взял себе миску тушеного мяса и занял свободное место Ли. Они немного поговорили, но не о чем-то важном. В конце концов, я отключилась от них, медленно потягивая бульон и пытаясь не дать своим мыслям превратиться в ужасающие «что, если». Я доела бульон в своей тарелке, и в животе у меня забурлило, но не тошнило. Я ставлю миску с мясом, овощами и картошкой на пол, решив не отталкивать ее.
Скар подняла ее и, ничего не сказав, отнесла на кухню. Я обхватила ноги руками и прислушалась к звуку моющейся посуды. Вольф и Так вышли на улицу через несколько минут, а Скар исчезла в спальне, оставив меня с Сэйблом и Каем. Я избегала смотреть на них, но была так напряжена, прислушиваясь, не издадут ли они хоть какой-нибудь звук, что, когда диван скрипнул, я подпрыгнула.
Сэйбл неподвижно стоял рядом с диваном, изучая меня с серьезным выражением лица. Кай все еще сидел, положив одну руку на спинку дивана, и удивленно поднял брови, наблюдая за моей реакцией.
— Извини. Я как раз собирался спросить, могу ли поговорить с тобой, — сказал Сэйбл.
Черт. Теперь я пожалела,