Истинная вина жестокого ректора-Дракона - Властелина Богатова - Страница 95

Авангарда, занимаю место рядом с элитой, к которым ещё вчера не имела никакого отношения.

Морстейн разорвал помолвку с Аурелией.

И надел кольцо мне.

Нет. Такого просто не могло произойти со мной.

Я снова смотрю на золотой камень, кажется, что стоит мне моргнуть и он исчезнет.

Но кольцо остаётся на пальце.

И всё-таки занозой закрадывается сомнение, правильно ли это, что я приняла его? Как я буду со всем этим дальше справляться? Сегодня они все молчат, но завтра, завтра меня задавят.

А Рэммел, он остался таким же, мне только кажется, что он изменился, но как он построил взвод, и эти жесткие слова другим?

Что, если я делаю неправильный выбор, и было бы лучше остаться на своем месте, где все было для меня, Франчески Дирсти, привычным.

А что, если Морстейн снова предаст, и я окажусь всего лишь кратковременным развлечением? Он ведь так просто отказался от Аурелии… Что вообще происходит между нами? Страсть? Вождение? Точно не любовь.

Поиграется и бросит, а мне потом… утонуть в унижении.

Боль почти чувствую физически.

Прикрываю веки, касаясь дрожащими пальцами виска, вдавливаю в пульсирующую вену.

Делаю судорожный вдох, проталкивая в сжатые легкие, огненным кольцом, воздух.

Нет, я не переживу этого.

25.

После занятий я возвращаюсь в казармы красного блока. Я попросила Рэммела оставить меня здесь, до тех пор, пока не привыкну в новом взводе.

Выдержать подобную нагрузку — задача не из лёгких. Но он не возражал, да и в целом теперь позволял мне очень многое.

Оказавшись в казармах, даже дышать стало легче, и напряжение стекает с плеч с каждым шагом к приближению нашей комнаты.

Только в коридоре как-то подозрительно тихо.

Но стоит мне открыть дверь и шагнуть внутрь, как комната взрывается радостными возгласами и аплодисментами.

Я даже опешила, замерев на месте, кто-то сбоку подступает ко мне и обнимает за плечи. По запаху ванильных духов я понимаю, что это Мэйрин.

— Поздравляю, Фрэнс, — радостно шепчет мне на ухо.

А я не понимаю, с чем, с чем меня поздравляют, что за повод, но уже вскоре становится ясно, когда приближается Рианна, и в руках у неё целая гора свежеиспеченных печений на подносе, залитых карамельной глазурью.

— Поздравляем с переводом в авангард, — произносит она.

— Что… — я смотрю на остальных и понимаю, что не могу произнести ни слова,но всё-таки произношу: — Спасибо. Это правда неожиданно и… Но я…

— Никаких “но”, — возражает Мэйрин. — Ты заслуженно туда поступила. Хорошо, что Рэммел Морстейн это наконец понял и разглядел в тебе огромный потенциал, который ты скромно прятала.

— Рэммел… Да, — повторяю я, чувствуя на губах, как непривычно и одновременно приятно звучит его имя.

— Давайте пить чай! У нас уже всё готово! — зовёт Ванесса.

Мэйрин тут же стягивает с моей головы чёрную фуражку и с восхищённым блеском в глазах вертит её в руках.

— Ты не против, если я примерю? — спрашивает она, уже касаясь меня плечом.

— Примерь, конечно.

Мэйрин водружает фуражку на голову, одёргивает козырек и поворачивается к нам вполоборота, гордо вскинув подбородок.

— Ну? Как мне? — она принимает нарочито строгий вид, но выдерживает всего пару секунд и расплывается в широкой улыбке. — Признавайтесь, мне же невероятно идёт!

— Ещё как, — смеётся Кассандра. — Осталось только форму раздобыть.

— Нет, я не потяну, — усмехается Мэйрин. — Эх, но хотелось бы. Погоди-ка, а это что?!

Мэйрин хватает мою руку и подносит её к глазам, так, будто у нее правда что-то со зрением.

— Матерь драконья, это же… Это целое состояние! — захлёбывается она в восхищении, расширив глаза.

Девушки тут же обступают меня, и всем хочется посмотреть на подарок Рэммела.

— Это он, да? — вскидывает на меня взгляд Мэйрин Вислоу.

— Майор тебе предложение сделал, ничего себе, — говорит Кассандра.

А я не знаю, как сказать, ведь это было не предложение. Я сама не знаю что…

— Конечно, а что же ещё! — Мэйрин сжимает мой палец, любуясь кольцом. — Мужчины просто так такие подарки не делают.

— Нет, — вырывается у меня слишком поспешно. — Это не предложение.

Девушки разом затихают.

— А что тогда? — Кассандра переводит взгляд с кольца на меня.

Я открываю рот, но ответа не нахожу.

Подарок? Знак того, что я принадлежу ему? Я и сама не знаю, чем было то, что произошло между нами.

— Просто кольцо, — выдаю наконец, стараясь, чтобы голос звучал спокойно. — Он ничего мне не предлагал.

— Франческа, — недоверчиво тянет Мэйрин, — это не “просто кольцо”. За такую вещь можно купить половину академии, ты же понимаешь.

Я опускаю взгляд на камень. Он вспыхивает на моём пальце тёмным блеском, словно и сам знает ответ, который Рэммел мне так и не дал.

— Вот мужчины, — фыркает Кассандра. — Наденут девушке на палец целое состояние, а потом делают вид, будто мы должны сами всё додумать.

Девушки ещё долго его рассматривают. Мне нужно было её всё-таки снять, но не подумала, что будет такое внимание.

Смеясь и отшучиваясь, мы наконец рассаживаемся за стол. Конечно, первым делом меня принимаются допрашивать, как всё прошло, особенно как отреагировала Аурелия. Девушки радовались, что она наконец получила то, что заслуживает.

Наверное, я бы согласилась, если бы мы не делили одного мужчину.

Да.

Я могу сколько угодно говорить, что это не так, что я не претендовала на майора, но где-то глубоко внутри, настолько глубоко, я… ревновала его к ней, и я бы слукавила, если сказала, что нет.

Себя не обмануть.

И я до сих пор не знаю, правильно ли я делаю. И никто мне не может сказать. Я ведь по сути увела жениха у своей сестры. Да, мне удается спрятать метку истинности, не раскрывать связь, держать в узде то, что так сильно рвётся наружу. Но по факту я его не отвергла окончательно…

И могу понять Аурелию, как ей больно. Вот только она не любит его совсем, ей нужен статус, имя, положение.

А я… Я люблю?

По телу проноситься щекочущая дрожь.

Откладываю в сторону эти мысли и включаются в общение.

Это моя первая посиделка среди пехотинцев, хотя и в зеленом блоке их не было. Мы разговариваем по душам, так тепло, как дома, впервые я чувствую, как мне уютно