Выбранная в качестве ритуальной жертвы для упырей, угрожающих поглотить деревню, Шура едва избегает их лап. Этот побег приводит ее в роскошный особняк, населенный шестью невероятно привлекательными парнями — волколаками. Шура могла бы легко убежать и от них, но… Укус упыря превращает некогда робкую девушку в существо, снедаемое похотью и собственничеством.
Выбранная ритуальной жертвой для нечисти, угрожающей поглотить деревню, Шура едва избегает их лап. Побег приводит ее в поместье, населенное шестью привлекательными юношами-волколаками. Шура могла бы легко убежать и от них, но… Укус вурдалака превращает некогда робкую девушку в существо, снедаемое похотью и собственничеством. Темная сущь жаждет любовной охоты, и девушке остается бороться за остатки ее светлой души, ведь среди шести юношей есть те, ради кого стоит это делать.Вторая Часть Книги "Звериная Страсть"
— Ты не изменилась, Рарина. Всё так же предпочитаешь минимум одежды? — шепчет он, прижимая меня к столу. *** Женя Верзилов — мой личный кошмар из детства и главная ошибка моей подруги. Она мечтает вернуть его любой ценой. А он входит в мою комнату без стука... и застаёт меня без всего. Я должна его ненавидеть. Я обязана сказать подруге правду. Но когда его губы касаются моей шеи, я понимаю: я хочу украсть парня своей лучшей подруги.
Она — очередная молодая жена моего отца. Я должен её ненавидеть. Но я не могу перестать о ней думать. Приезжаю в их дом только ради неё. Сегодня застал её в ванной — и сорвался. Мне плевать на отца. Это наваждение. Она станет моей.
— Сними маску, — сказала я, пятясь к парапету. — Сними, или я прыгну. Он замер. Потом медленно поднял руки к лицу. Пальцы в перчатках нащупали край пластика. — Ты пожалеешь, — прошептал он. — Я уже жалею. О том, что не сделала этого раньше. Для фитнес-тренера Ланы привычный мир рухнул полгода назад. Кто-то невидимый следит за каждым её шагом: оставляет записки в квартире, проникает в дом, когда она моется в душе, и жестоко наказывает каждого, кто осмелится к ней прикоснуться. Полиция бессильна, близкие — под угрозой. Единственное, что остаётся девушке — пытаться не сойти с ума от страха и учиться жить под прицелом невидимых глаз.
Я пришла в себя после года, проведенного в коме, в городе и времени, что были чуждыми мне. Но в памяти живо сохранилось туманное графство, где я находилась в своем сне, и его поцелуи, словно заклинания, не покидали больше мое сознание. Каждую ночь я вижу его во снах, но там он для меня, как призрак — недосягаем. Одна мысль стала кристально ясной в один день: я вернусь к нему, чего бы мне это ни стоило. Мой жнец. От автора: Это вторая (последняя) часть дилогии.
В активном поиске раба автора Лисаветы Челищевой рассказывает о девушке по имени Вика, которая живет в Париже и работает в сфере боевых единоборств. Вика занимается подготовкой к важному бою, пытаясь сохранить концентрацию и контролировать свою жизнь. Её судьба меняется после участия в аукционе, где она продаётся за значительную сумму. Это событие становится отправной точкой для развития событий книги. Вика оказывается вовлечена в сложные отношения с Наэлем Валуа — состоятельным и влиятельным мужчиной, владельцем большого особняка в Нёйи-сюр-Сен, пригороде Парижа. Главный герой сталкивается с внутренними переживаниями и противоречиями, связанными с её новым положением и обязательствами перед Наэлем. Она пытается сохранить самостоятельность и сохранить достоинство в условиях, которые ставят её в зависимость. Наэль, в свою очередь, испытывает трудности с принятием происходящего. Ему непривычно жить без постоянного контроля и он пытается справиться с ощущением пустоты в своей жизни, вызванной её отсутствием. Отношения между ними развиваются на фоне эмоционального напряжения и неоднозначных ожиданий. Наэль испытывает привязанность и желание, но не всегда способен правильно выразить свои чувства и поддержать Вику. В книге описаны моменты, когда Вика оказывает сопротивление навязанной ей роли, пытается найти выход из сложных ситуаций, охраняет свою личную свободу и умело взаимодействует с окружающими. Наэлю приходится принимать решения, которые влияют не только на его жизнь, но и на отношения с Викой. Герои сталкиваются с вызовами, связанными с доверием, ответственностью и личными установками. Основные конфликты строятся вокруг вопросов контроля и свободы, между желанием обладать и стремлением сохранить независимость. Вика борется со своей неопределённостью и страхами, а Наэль пытается понять, каким должен быть баланс в их отношениях. Этим определяется динамика развития сюжета и формирование характеров. В конце повествования сохраняется акцент на необходимости выбора и ответственности за сделанные решения. Вика и Наэль продолжают искать свой путь в условиях, которые не всегда дают однозначные ответы. Главная тема связана с вопросами личной автономии, границ и взаимопонимания в сложных отношениях.
Демир Османоглу потерял способность чувствовать. Он берёт женщин по контракту на тридцать три дня, ведёт их к вершине творческого экстаза через постель и боль, а потом выбрасывает, когда искра гаснет. Ингрид, последняя муза, осталась в норвежском коттедже с разорванным контрактом и истерикой, а он уехал в ночь, не оглянувшись. Тридцать шесть раз он искал ту, чья искра не погаснет, и тридцать шесть раз ошибался. Теперь он прилетает в Петербург, в город мокрого асфальта и чужих душ, потому что других мест не осталось. Карина Евсеева пришла в его галерею случайно, с билетом за пять тысяч — почти недельный бюджет на краски. Она увидела на стене картину, где женщина с её лицом сидит в ошейнике на коленях у мужчины, и почувствовала внизу живота то, о чём никогда не говорила вслух. Её слабость — в этом двойном стыде: она хочет быть увиденной, но боится, что увидят слишком много. Демир подошёл сзади, назвал картину по имени, и она поняла, что он знает. Не догадывается — знает, как будто заглянул в её ночные наброски, которые годами лежат в столе. Он предложил ей нарисовать её предел доверия, а потом привез в Москву и показал мир, где гости в ошейниках разносят напитки, а свобода выглядит как подчинение. Карина согласилась на правила, где он может касаться, но не брать полностью. Она рискует не просто телом — она рискует тем единственным, что у неё есть: внутренним хаосом, из которого рождаются картины. Если Демир окажется тем, за кого себя выдаёт, она потеряет не только себя, но и голос. Если он обманет — она замолчит, как замолкли все тридцать шесть прежних, и станет очередной пустышкой в его архиве.