Я получил настоящую, непробиваемую силовую «крышу». Я был готов пахать на Зимова сутками напролет. Ведь этот бартер давал мне реальный билет в ту самую «Высшую лигу». Теперь я мог не просто лепить типовые писульки для мелких базарных коммерсов, а играть по-взрослому — участвовать в создании совершенно новых, непаханых отраслей, где начинали крутиться по-настоящему сумасшедшие капиталы.
— Добро, — кивнул генерал. — Только мне бы еще… — он запнулся, решая, стоит ли откровенничать дальше, но всё же продолжил: — Короче, помощник мне для всех этих коммерческих дел нужен.
— Какого рода помощник? — осторожно уточнил я.
— Ну, такой… вроде тебя. Понимаешь, Олег, я же во всех этих ваших новых схемках — дуб дубом. — Для убедительности он постучал костяшками пальцев по дубовой столешнице. — Дивизию в атаку поднять или учения масштабные провести — это ко мне. Курсы по стрелковой подготовке организовать — вообще раз плюнуть! Настоящих снайперов выпускать будем, гарантирую. Но вот бумажки эти все, договоры, бухгалтерия… — генерал брезгливо скривился. — Я в них ни черта не смыслю.
Великий соблазн выложил передо мной Юрий Иванович!
Для студента Олежки Манькова стать личным помощником такого влиятельного человека — это просто гигантский шаг вперед. Решение всех материальных проблем махом. Но… для многоопытного юриста Олега Борисовича это предложение было, прямо скажем, так себе. Да, в краткосрочной перспективе это отличный старт и железобетонная защита. Однако в долгосрочной — глухой застой.
При всех несомненных достоинствах Зимова, у него имелся один серьезный «недостаток». Он — генерал. Человек по самой своей природе властный, жесткий, привыкший отдавать приказы и требовать их беспрекословного выполнения. Согласиться сейчас на его предложение — значит добровольно надеть на себя ошейник и навсегда остаться в его широкой тени на правах умного, но бесправного адъютанта. Карьерный и бизнес-рост на этой должности очень быстро упрется в непробиваемый потолок.
Поборов искушение, я покачал головой:
— Юрий Иванович, я правильно понимаю: вам нужен толковый человек с коммерческой жилкой? Пробивной, хваткий и инициативный?
— Угу, — генерал довольно улыбнулся, явно думая, что я сейчас с радостью предложу свою кандидатуру.
— Я найду вам такого.
— А сам? — Зимов удивленно нахмурился, и его улыбка мгновенно погасла.
— Не могу. Верите или нет — очень хочу, но не могу. Мне моя маленькая юридическая конторка уже как дочь родная. Да и планов на ее развитие у меня громадье, не хочу бросать на полпути.
— Как дочь, говоришь? — генерал просверлил меня изучающим взглядом, но затем его лицо всё же смягчилось. Он оценил прямоту. — Ладно, верю. Но чтобы нашел мне кандидата не хуже себя! А то и лучше! — он внушительно погрозил мне пальцем.
— Будет сделано! — с готовностью отозвался я. — Или как там правильно по-военному отвечать?
— По-военному надо отвечать «Есть!» и бежать вприпрыжку исполнять приказ командира, — усмехнулся Зимов.
Я браво подскочил со стула и, приложив ладонь к виску, выкрикнул:
— Есть!
Генерал только страдальчески вздохнул, глядя на мои нелепые строевые художества:
— К пустой голове руку не прикладывают… Ай, ладно! Беги уже, Маньков. Выполняй.
В свой новый кабинет я вернулся в состоянии легкой, пьянящей эйфории.
Единственное, что слегка смазывало триумф — молчание «Индекса». Странно, что «Индекс судьбы» моих стратегических успехов почему-то в упор не заметил. Ну хоть бы десяточку очков накинул для приличия, жалко, что ли? Я ведь не просто ситуацию с отмороженным Женей-Медведем разрулил идеально, а еще и наш офис в самой настоящей крепости разместил! Но заветные полупрозрачные буковки перед глазами так и не появились. Зато перед глазами отчетливо маячили вытянувшиеся, напряженные до предела лица моих подельников.
Я неспешно прошел через всё помещение, с наслаждением уселся в свое «директорское» кресло и откинулся на спинку, откровенно упиваясь моментом и старательно игнорируя их немые вопросы.
— Слушай, ну хорош уже! — не выдержал Толик и в сердцах отбросил в угол ненавистный веник. — Чего ты молчишь-то, как рыба об лед⁈
— Олег, ну не томи, — влез в разговор и Серега. — Как всё прошло? Вы всё решили?
— И решили, — я выдержал театральную паузу, с удовольствием примеряя на себя вид триумфатора. — И козла этого манерного натянули по самое не балуй.
— Как натянули? — опешил Серега.
— Жестко и практически без вазелина, — кровожадно усмехнулся я. — Бежал отсюда так, что только кашемировые фалды развевались.
— Да ты че⁈ — лицо Толяна мгновенно просияло, от недавнего страха не осталось и следа. — Ништяк! Это прям очень хорошо. Надо Кабану отзвониться.
— Стоп, — я непонимающе сдвинул брови, прерывая его порыв. — А Кабану-то зачем звонить?
— Как зачем? Отбой дать. А то братва уже на старте сидит.
— Господи! — Алёна картинно закатила глаза к потрескавшемуся потолку нашего нового офиса. — Ну хватит уже эту ересь нести! Нет у тебя никакой братвы, Толик!
— Да есть! — упрямо набычился Звенигора. — Мне серьезные пацаны сказали…
Пока они препирались, перебрасываясь колкостями, я откинулся на спинку скрипучего стула и внимательно наблюдал за своими помощниками. В голове крутилась важная кадровая задача. Мне позарез нужно было пристроить к генералу Зимову своего человека. Надежного, толкового референта, который стал бы моими глазами и ушами в приемной начальника ДОСААФ.
Кого из них порекомендовать?
Я скользнул взглядом по Алёне. Нет, даже рассматривать не стоит. Девчонка она, конечно, боевая и с характером, но суровую специфику армейской бюрократии и общения с жесткими отставными военными точно не потянет. Сожрут и не подавятся.
Может, Толика? Я мысленно представил, как Звенигора заходит в кабинет к генералу и с порога начинает вещать про «делюги», «рамсы» и «братву». От этой картины мне слегка поплохело. Нет уж, за Толика мне потом однозначно придется краснеть, а то и вовсе лишиться с таким трудом добытой генеральской «крыши».
Оставался Серега. Вот этот потянул бы сто процентов. Умный, исполнительный, умеет держать язык за зубами и выстраивать логические цепочки. Но отдавать его Зимову было откровенно жалко — как говорится, «такая корова нужна самому».
Вывод напрашивался неутешительный: придется крепко думать и где-то искать помощника генералу на стороне.
— Эй, шеф! — Толик бесцеремонно вырвал меня из раздумий. — Нам тут, кстати, три комплекта уставов принесли. Надо заняться.
Я посмотрел на Серегу с Алёной. Они в четыре руки увлеченно отмывали книжный шкаф, периодически переглядываясь и тихо