Седьмая жертва - Яна Розова - Страница 8


К оглавлению

8

Порше казалось, что только они шагнут в чащу, как сразу станет понятно, куда идти. Так, как это всегда бывает в парке Менделеева. Но ничего понятно не было.

– Мне кажется, я уловила направление звука, – пробормотала Лика.

Остальные, в том числе и Порше, уже слегка растерялись, поэтому сразу поверили ей на слово и пошли следом.

– Может, вернемся? – опасливо спросила Кристина, обернувшись на свет дома, еще заметный сквозь деревья.

– Ну нет! – ответила ей Марина. – Теперь уж ни за что!

Довольно быстро нашлась небольшая тропка, ведущая, как казалось, в нужном направлении. Когда женщины углубились в лес, послышался звук мотора. Марина заметила:

– Мне кажется, что машина стоит на месте…

Ей никто не ответил.

Они двигались уже минут пятнадцать, но никуда не выходили. Тропинка пошла в гору. Лика остановилась:

– Давайте возвращаться, мы уже забрели черт знает куда.

– А вдруг дорога в двух шагах? – запротестовала Марина.

Но остальные поддержали Лику. Только тут все поняли, что идея Порше была не ахти, а поддержали ее, видно, потому, что хмель ударил в голову. Лучше вернуться в дом и снова налить.

Теперь Порше не стала спорить. Она-то думала, что идти придется с минуту, а за эти четверть часа в темнотище устала и замерзла. Лика снова повела всех за собой во тьму – но в обратном направлении. Остальные старухи тоже обогнали Порше, она же передвигалась все медленнее. Ее отпускало опьянение, придававшее бодрости, и вдруг ужасно захотелось спать.

Впереди Порше шла Марина, которая пару раз обернулась, а потом разговорилась с Кристиной. Порше стала отставать, а когда уже хотела попросить всех подождать ее, неловко поставила ногу на корягу и подвернула лодыжку. Чертыхнувшись, Порше наклонилась, пощупала свою бедную щиколотку, выпрямилась…

И тут кто-то схватил ее сзади за шею, зажав рукой рот. Порше попробовала вывернуться, крикнуть, но этот кто-то был намного сильнее девушки. Она потрепыхалась в его железных руках и ощутила, как они тянут ее куда-то назад, в лес, в темноту.

Потом ей к лицу приложили что-то влажное. Она вдохнула ударивший ей в нос, в горло резкий запах и потеряла сознание.

Марина Попова, 30 лет

Как бы иначе, как бы взбодриться,

может, постричься, может, побриться,

может, напиться, может, разбиться…

Как же разбиться, если ты птица…

«Шум уходящий…»

Альбом «Комета», 2006 год

Группа «Алхимик»

Весть о смерти Видаля Марине принес Интернет. Как и каждое утро, она начала свой рабочий день на посту главного редактора гродинского журнала «Бизнес-леди» с Интернет-новостей.

«Лидер группы «Алхимик» разбился, прыгнув с парашютом», – прочитала она и на секунду потеряла способность дышать. Достав мобильный, набрала его номер. Абонент недоступен. У нее где-то был записан и номер менеджера группы Виктора Карелина, но Марина никак не могла его обнаружить. В этом блокноте? В другом?

Господи, да что же это?

Она стала рыскать по информационным сайтам, но надолго ее не хватило. Узнала только кучу всякой гадости – что Видаль накануне сильно выпил, ночь провел с моделью, которая должна была сниматься в его новом клипе, а напоследок поскандалил с менеджером группы. Почитала немного и про эту модель, теперь ставшую настоящей звездой и заодно козлом отпущения в блогах поклонников «Алхимика».

Читать это было, по меньшей мере, невыносимо.

Тогда Марина позвала ответственного редактора Аню Берестову, попросила ее взять на себя назначенные встречи и, сославшись на внезапный приступ мигрени, ушла из офиса.

Садиться за руль ей не хотелось. Машину она водила еще недостаточно уверенно, а тут – в глазах слезы, руки трясутся… Посидев на водительском месте, Марина вышла из машины, нацепила темные очки и пошла по городу. Куда-нибудь.

…Это произошло пять лет назад, в 2005-м. Тогда Марина переживала не лучший свой период. После развода, оставив маленькую дочку в селе у матери, она вернулась в Гродин и устроилась на работу, ибо не представляла, что ей теперь делать.

Бывший муж исхитрился всего за два года окончательно измучить ей душу. Не садист и не моральный урод, он просто был воспитан таким образом, что все окружающие, незаметно для себя, оказывались ему должны. Все и всё. Марина, к примеру, обязана была окружать его заботой и вниманием, не забывать готовить любимые им блюда, стирать его носки, исполнять любое желание. В свою очередь он готов был иногда говорить ей «спасибо».

Потребности и интересы жены эгоистичного мужа не волновали. Более того, если она сама пыталась как-то обратить на себя его внимание, он, не стесняясь, объяснял, что считает ее тупицей, гусыней и деревенской дурочкой. Ему с ней неинтересно. Наконец Антону стало так неинтересно с Мариной, что он бросил и ее, и их дочь Лялю.

Если кто-то чужой однажды объявит тебя глупой курицей, ты просто отмахнешься от обидчика, но если ты слушаешь подобные вещи от дорогого тебе человека и длится это целых два года, ты начинаешь призадумываться о собственной значимости для окружающего мира.

Более того, в какой-то момент в твоем подавленном от унижения мозгу родится великое понимание, что все это правда – ты самая что ни на есть клуша. И лишь спустя много-много времени, пережив развод, ты начинаешь догадываться, что любимому мужчине было очень удобно делать из тебя недоразвитый придаток к своему могучему эго. Недоразвитый придаток никуда от эго не денется. Он будет с восторгом пытаться угодить в любой день и час…

После всего пережитого Марина поняла, что ей нужен курс реабилитации. Но не в клинике какого-нибудь шарлатана от психологии, а путем интегрирования, пусть сначала даже болезненного, в нормальную жизнь нормальных людей. И еще трудотерапия.

Тут она припомнила, что с красным дипломом окончила факультет журналистики, с третьего курса работала в рекламном журнале и есть верный шанс, что ее снова возьмут туда корреспондентом, потому что она молодец.

Вот так Марина стала сотрудницей провинциального гламурного издания. Все было хорошо, если не считать того, что дочку она могла видеть лишь по выходным. И только очень глубоко в душе она признавалась себе, что работает вовсе не по выбору сердца, а просто потому, что не нашла ничего другого.

Писать статьи по заказу рекламодателей оказалось не так интересно, как ей представлялось в те времена, когда она была восторженной студенткой. Повзрослев, Марина обнаружила в своей работе много неприятных моментов, которые раньше замечать не хотела. К примеру, клиенты журнала как огня боялись любого свободного слова, написанного молоденькой журналисткой. Все, что они хотели, – это видеть в каждой новой статье сочетание любимых слов: «элитный», «незабываемый», «неповторимый» и в заключение: «Мы всегда рады видеть Вас в нашем магазине!» Писать это было нетрудно, но удовольствия приносило мало.

8