Выйду замуж за сантехника. Мажоров не предлагать! - Анна Пантера - Страница 27

устраиваюсь на стуле.

И они действительно начинают спокойно обсуждать детали совместного контракта. Естественно, я мало что понимаю из этого разговора, изобилующего специальными терминами, иногда мне даже кажется, что Артём и папа общаются на иностранном языке, но я стойко держу ушки на макушке и терплю до самого конца встречи.

— Ну что ж, основные моменты мы обсудили, осталось доработать контракт с юристами, — подводит итог мой папа, поднимаясь из-за стола. — Рад знакомству, Артём Леонидович, — пожимает руку моему боссу, — будем на связи. Дж… Юлия, — обращается ко мне. — Не надо видеть во мне врага. Хоть ты и отказалась от своей семьи два года назад, мы тебя из неё не изгоняли. Это было твоё решение. Но для меня ты осталась любимой дочерью, а для Демьяна — сестрой.

Он идёт к выходу из переговорной, помощнички следуют за ним. Артём, кивнув мне, шепчет: «Я их провожу. А ты возвращайся в приёмную» — и тоже скрывается за дверью.

* * *

— Ну как тебе деловые переговоры? — интересуется вернувшийся Артём. Он тянет меня с моего рабочего кресла, ведёт в свой кабинет и там устраивается за столом, усадив меня к себе на колени.

— С трудом вытерпела два часа этого великолепия, — бубню я. Ну не признаваться же, что я мало что поняла из их разговора! — Ты ведь не сегодня узнал, что отец сюда приедет. Почему мне не сказал? — укоризненно смотрю на него.

— Владимир Львович связался со мной три дня назад, — совершенно не тушуясь, сообщает Артём. — Пригласил на встречу в Москву, но я отказался и предложил ему самому приехать сюда, если дело важное. К моему удивлению, он согласился и сразу отправил мне на почту коммерческое предложение по сотрудничеству.

— Почему же ты сразу мне не сказал? — снова возмущаюсь я.

— Не хотел, чтобы ты нервничала все эти три дня, — вздыхает Леопольдович и крепче меня сжимает в своих объятиях. — Скажи, кому от этого было бы лучше? Ты была бы взвинченной, изводила бы себя и меня. Я знал, что встреча с твоим отцом неизбежна. Так зачем паниковать зря? Как видишь, всё прошло тихо-мирно. Судя по всему, твой папа меня одобрил, — улыбается он и целует меня в кончик носа.

Вот знает, как меня задобрить! Я несколько секунд жмурюсь от удовольствия, а потом снова принимаю строгий вид.

— А если бы не одобрил? — задаю волнующий меня вопрос. — Если бы предложил тебе кучу денег, чтобы ты меня бросил? — выдаю очередное предположение. — Ты бы от меня отказался?

— Ни за какие богатства мира я бы этого не сделал, — без улыбки сообщает Артём, обхватывает моё лицо ладонями и мягко целует в губы. — Ты же сама это знаешь, — шепчет, оторвавшись на мгновение, а потом снова целует так, что кружится голова.

— Я совсем не хочу сегодня работать, — признаюсь Леопольдовичу, когда мы, вдоволь нацеловавшись, просто сидим, обнимаясь. — И на меня напал жор, как обычно бывает, когда я перенервничаю.

— Предлагаю сегодня устроить внеплановый выходной, — неожиданно говорит Артём. — Никаких встреч больше не запланировано, контракт с твоим отцом сейчас на проверке у юристов, а остальные дела… — Он задумывается на секунду, потом завершает: — Остальные дела легко подождут до завтра. А сегодня мы с тобой отметим моё знакомство с будущим тестем.

Я улыбаюсь: Леопольдович никогда не делал мне официального предложения руки и сердца, но он постоянно мимоходом намекает на то, что его намерения в отношении меня очень даже серьёзны. И мне это так нравится!

Предупредив Аллу, что до конца дня нас в офисе не будет, мы уезжаем в ресторан. А после, когда я до отвала наедаюсь разных блюд из своих любимых морепродуктов, решаем отправиться домой и посмотреть какой-нибудь интересный фильм.

— Зачем мы сюда приехали? — удивляюсь я, когда Артём паркуется не возле своего дома, а около ювелирного салона, расположенного неподалёку.

— За подарком, — хитро отвечает он, помогает выйти из машины и ведёт к входу.

Внутри всё сияет от начищенных до блеска стеклянных витрин, обилия драгоценных металлов и разноцветных камней — я аж зажмуриваюсь.

— Юлия Бойко, я предлагаю тебе стать моей женой, — улыбаясь, произносит Артём, крепко обнимая меня за плечи. — И поскольку я уверен, что ты не сможешь отказать такому неотразимому мне, выбирай помолвочное кольцо на свой вкус. Для меня это была непосильная задача, поверь. Я уже несколько раз сюда приезжал и не смог сделать выбор.

— Верю, — усмехаюсь я. Какое оригинальное предложение руки и сердца! Мне нравится. — Здесь не каждая девушка сможет определиться: всё такое красивое!

— Думаю, ты справишься, — продолжает сиять безупречной улыбкой Леопольдович. — А я побуду рядом.

— Артём Леонидович, если вас всё же интересует мой ответ, то я говорю вам «да», — обняв за шею, шепчу своему любимому мужчине и целую в губы. — И обещаю, что мой выбор подарка вас не разорит.

Артём смеётся, а я гордой походкой отправляюсь к витринам выбирать себе колечко.

Надо сказать, меня никогда не привлекали драгоценности. Их у меня было очень много, когда я жила в доме отца, но я их практически никогда не надевала. А когда я от него уехала, оставила всё — и как-то даже не переживала по этому поводу.

Но сейчас… сейчас совсем другое дело. Я выбираю символ нашей с Артёмом любви — и отнесусь к этому ответственно. И обязательно буду носить.

Изящное колечко с россыпью мелких бриллиантов выбираю я, но надевает мне на пальчик Артём со словами:

— Люблю тебя, моя сумасшедшая Юлька.

Он подносит мою ладонь к своим губам и нежно целует.

— Я тебя тоже люблю, мой великолепный босс-сантехник! — признаюсь ему, жмурясь от счастья. — Знаешь, я передумала смотреть фильм, — заявляю, немного подумав. — У меня есть предложение поинтереснее…

— Я даже догадываюсь, какое именно, — широко улыбается Артём, — и полностью его поддерживаю!

Эпилог

Юлия

Полтора года спустя

— Ваша малышка просто прелесть! — с умилением произносит Катя, разглядывая нашу дочку, мирно сопящую в кроватке.

— Познакомься: Анастасия Артёмовна Даровская, — произношу, аккуратно поправляя маленькое одеяльце.

— Юлька, она просто невероятная! — с придыханием признаётся подруга. — И очень похожа на тебя.

— Я сразу об этом сказал, как только мне в роддоме вручили копошащийся свёрток, — вступает в нашу беседу Артём. — Ни минуты покоя от неё нет, как и от её матери, — усмехается он, обнимает меня и чмокает в кончик носа. — Я уже заранее сочувствую её будущим ухажёрам: им реально придётся пройти огонь, воду и медные трубы. Ну и ещё, конечно, пообщаться со строгими отцом и дедом, что не каждый выдержит.