Я задумалась, глядя в его лицо. Работа мне действительно была нужна, и, признаться, при мысли об её поиске меня охватывало самое настоящее отчаяние. Здесь всё было устроено не так, как в том мире, откуда меня выдернули десять лет назад. Там у меня было образование, знания и квалификация. Здесь же в большинстве своём женщины были никем без своих мужчин: обслуга, тихие помощницы — тени.
Да, самые одарённые могли отправиться в магические академии для обучения и только тогда обретали какой-то вес и возможность найти себя в какой-либо магической области. Но меня, разумеется, никто учиться не отправил. Меня отдали замуж — и заперли в поместье без права высказывать своё мнение.
И это в то время, когда моя магия как раз начала пробуждаться и требовала очень внимательного контроля. Кое-что я познала сама. В чём-то немного помог Зерион. Но одно можно было сказать точно: не потеряй Илидана, сейчас я обладала бы гораздо большей мощью.
Так что поиск работы, если я покину Гримфэлл, станет для меня огромным испытанием и, возможно, не окончится ничем. Самое большее, на что я могла рассчитывать поначалу — место сестры милосердия в каком-нибудь госпитале. Лекарское дело было единственным моим неоспоримым талантом, магией, доставшейся с прибытием в этот мир.
Но, даже если бы свекровь согласилась принять нас с Рикардом, представляю, сколько унижения от неё мне пришлось бы вытерпеть.
— Да, вы правы, лорд Стоунхард, — кивнула я наконец, перебрав в голове все относящиеся к моему положению мысли. — Работа мне действительно нужна. Но смотря что вы собираетесь мне предложить…
Илидан едва заметно улыбнулся — но теперь с явным облегчением. Видимо, его терзали некоторые опасения на мой счёт.
— Я предлагаю вам стать управляющей в Гримфэлле. Разумеется, на то время, пока мы заняты поиском следов вашего супруга. Обстоятельства его исчезновения могут многое открыть нам в понимании силы нового Каменного Раскола.
— Разве вам не должны назначить кастеляна из столицы или хотя бы из местного городского округа? — я пожала плечами.
— Зачем? — Илидан вскинул чёрные брови. — Мне предстоит заняться срочным обустройством гарнизона, подбором всадников для службы и обследованием окрестностей. Как мы убедились сегодня, там уже ползают десятки падших и вот-вот они хлынут по окрестностям. Гарнизон должен работать чётко, без сбоев. Кто, кроме вас, настолько же хорошо знаком с его устройством, кто занимался хозяйственными вопросами столько лет?
Сколько? — зацепилась я за его слова. Разве он действительно помнит?
— Я, — ответила, как только он вопросительно смолк. — Но муж не допускал меня ко всем делам.
— Он и не должен был. Частью дел, разумеется, буду заниматься я и адъютанты. На вас же ляжет хозяйственное обеспечение и слуги, — он сделал ещё пару шагов ко мне, сокращая и без того слишком небольшое расстояние. — Ко всему этому, разумеется, прилагается достойное жалование. Что скажете?
Стоило ему лишь приблизиться, как я начала терять нить его рассуждений. Его внушительная мощная фигура словно бы заслонила собой всё вокруг. Странно, но сейчас я вновь чувствовала себя так, будто только что оказалась в круге призыва.
— В гарнизонах большей частью служат мужчины, — напомнила лорду очень важное правило.
— Думаю, это не страшно, — пожал он плечами. — Без умелых и заботливых женских рук нам всё равно не обойтись. Тем более, мне рассказали, что под вашим шефством находятся все госпитали в округе.
— Да, это верно, — кивнула я.
И, признаться, именно этим я гордилась больше всего. Мне удалось уговорить мужа на обеспечение больниц, находящихся на землях его графства, я сама занималась проверкой и контролем обеспечения. Что теперь с ними станет? Ведь у меня больше нет возможности управлять ими.
— Это ещё один пункт «за» напротив вашей кандидатуры, — усмехнулся Илидан. — В гарнизоне должен быть полноценный лазарет. И ваш опыт в организации подобных заведений просто бесценен!
Я слушала его и ловила себя на мысли, что начинаю втягиваться в его холодную светскую игру. Будто ничего не произошло между нами. А если и произошло, то уже давно перестало иметь значение.
Может, это и есть правильное решение — забыть окончательно, не искать ответы и не мучиться?
— Что будет, когда мой муж будет найден? — спросила, подхватив его деловой тон.
Так и правда немного легче. Он просто лорд. Я просто оказавшаяся в затруднительном положении женщина.
— Боюсь, тогда мне действительно придётся искать нового кастеляна, — лицо Илидана вмиг омрачилось. — Но сейчас вы нужны мне. И я говорю об этом открыто. Без вас мне не организовать жизнь гарнизона так быстро, как этого требуют обстоятельства.
Он сделал последний шаг ко мне и, прежде чем я успела хоть что-то предпринять, взял мою руку в свою и поднёс её к губам.
— Не… — пискнула я так жалко, что надо мной рассмеялись бы даже мыши.
Ещё полмига Илидан смотрел на мою руку, украшенную обручальным кольцом и более важным магическим брачным обручем на запястье — а затем чуть крепче сжал мои пальцы в своих и поцеловал их.
Кажется, что-то внутри меня взорвалось. В голове вспыхнули ослепительные искры. Я дёрнулась, освобождаясь, и сразу опустила руку, борясь с желанием спрятать её за спину.
— Хорошо, — проговорила твёрдо, вновь обретя голос. — Дайте мне время подумать.У меня всё-таки уже были планы.
Чушь! Никаких чётких планов у меня не было. Но мне и правда нужно было выдохнуть, посидеть в тишине и всё взвесить.
— Разумеется, — кивнул Илидан. Его глаза сияли серебром.
В этот миг они были не человеческими — драконьими. В них бились нечеловеческие чувства. И мне страшно было в них смотреть, потому что я хотела.
— Благодарю, — бросила я вежливое, но совершенно бездушное слово.
Присев в книксене, направилась к двери, но только взялась за ручку, как меня вновь остановил голос Илидана.
— Кстати, раз уж вы всё равно задержитесь в Гримфэлле, леди Лакленд, — он сделал паузу, во время которой моё сердце, кажется, остановилось. — Я хотел бы познакомиться с вашим сыном. Думаю, это будет уместно.
Я ничего не ответила и просто ушла.
Десять лет назад…
Сидя в приёмной главного секретаря его величества, я нервно крутила помолвочное кольцо на пальце. Рубин сверкал, ловя свет из окна и каждый раз при этом в моём сердце вспыхивала надежда. Сейчас мне обязательно скажут, что