Возвращение наследия, или Дипломная работа - София Шпиллер - Страница 57

class="p1">— Инар! Инар, пожалуйста, очнись! — шептала я, пытаясь нащупать пульс.

Попыталась поднять глыбу самостоятельно, но она была неподвластна моим силам. Слезы застилали глаза.

— Колин, я не могу! — сквозь рыдания выдавила я. — Она слишком тяжёлая!

Колин, не отпуская свод пещеры, подобрался к нам поближе. С грохотом опустил несколько камней, освобождая одну руку, но так, чтобы не обрушить всё окончательно.

— Давай вместе! — прохрипел он, из последних сил удерживая конструкцию.

Мы объединили наши усилия, пытаясь сдвинуть камень и в этот момент появился Ветерок, словно понимая нашу беду.

Вместе с Колином мы сумели немного приподнять глыбу, а вихрь тут же воспользовался моментом, резко смещая Инара в сторону.

С оглушительным грохотом обломок рухнул на освободившееся место, а Колин издал тяжёлый вздох. Его лицо было мокрым от пота, руки дрожали от напряжения.

— Быстрее! — прохрипел он.

Я склонилась над Инаром, чувствуя, как сердце готово выпрыгнуть из груди.

— Держись, Инар, — прошептала я, осторожно переворачивая его на спину. Его дыхание было едва уловимым, но он был жив! Жив! — Ты обязательно поправишься…

Моё внимание переключилось на его нижнюю часть тела, и я замолчала.

От ужасающей картины перед глазами всё поплыло, а в ушах зазвенело. Я чувствовала, как подкашиваются ноги, как накатывает волна дурноты. Но резкий голос Колина словно хлестнул меня по щекам:

— Не сейчас, Альма! Не смей падать в обморок! Посмотри на меня!

Я с трудом повернула голову и встретилась с его пристальным взглядом. В его глазах читалась такая решимость и сила, что я вдруг осознала — мы живы только благодаря ему. Он держался из последних сил, и я не имела права подвести его сейчас.

— Альма, твой отец был великим целителем! — его голос звучал твёрдо, — уверен, он передал тебе необходимые знания. Просто закрой глаза и попробуй остановить кровотечение. А после нам нужно выбираться отсюда. Поторопись!

Собрав всю волю в кулак, я закрыла глаза и начала плести заклинание, как учил отец. Перед внутренним взором развернулась картина повреждённых сосудов — они медленно, но верно начинали восстанавливаться под действием моей магии. Но когда я увидела множественные переломы в области таза, там, где его придавила глыба, сердце сжалось от боли.

Каждый миг тянулся бесконечно долго. Пальцы дрожали, но я продолжала вливать в Инара целительную энергию. Когда кровотечение удалось остановить, то с трудом заставила себя открыть глаза.

— Держись, пожалуйста... — с мольбой прошептала я.

Применив левитирующее заклинание, которым обычно перемещала тяжёлые предметы, я осторожно подняла его тело. Каждый вздох давался с трудом, но я должна была спасти его. Направив Инара в спасительный проход в скале, я следовала за ним, готовая в любой момент подхватить, если заклинание даст сбой.

Только когда мы оба оказались в безопасности, Колин начал медленно опускать свод камней. Его лицо было пепельно-бледным, на лбу выступили капли пота. Когда он наконец вошёл в проход, камни за его спиной с грохотом сомкнулись, полностью засыпая выход из скалы.

Я опустилась рядом с Инаром, чувствуя, как подкашиваются ноги. Но сейчас нельзя было сдаваться, его жизнь всё ещё была под угрозой.

Колин действовал быстро и решительно, создав каменную платформу, которая поднимала нас наверх. Я видела, как тяжело ему даётся — его силы уже были на исходе, но он упрямо делал вид, что с ним всё в порядке. А я…

Я не могла сдержать слёз. Они неудержимо текли по моим щекам, пока я держала голову Инара на своих коленях, не отрывая взгляда от его неподвижного тела.

«Зачем? Зачем он это сделал?» От осознания того, что он пострадал из-за меня, становилось ещё хуже. Если бы не я, если бы только я смогла увернуться…

Когда мы наконец вышли из кладовой на кухню, слуги тут же бросились к нам. Кто-то побежал сообщить тем, кто остался на поляне, что мы выбрались живыми из-под обвала. Я бережно уложила Инара на дубовый стол. Его лицо было смертельно бледным, он всё ещё не приходил в себя, но главное — он дышал.

— Ты можешь срастить ему кости? — Колин искренне переживал за друга и с надеждой посмотрел на меня.

Честно говоря, я и сама не знала. Никогда прежде мне не приходилось заниматься такими серьёзными травмами. Но сейчас, в этой критической ситуации, я могла хотя бы облегчить его страдания. Быстро применив обезболивающее заклинание, почувствовала, как мои силы уже были на исходе. Целительная магия всегда требует больше энергии чем бытовая.

— Пока целители сюда доберутся… — начал было Колин, но его прервал резкий звук открывающейся двери.

Корнелия, запыхавшаяся и бледная, вбежала на кухню. Её глаза расширились от ужаса при виде Инара.

— Моего целителя срочно! — приказала она слугам.

Я даже не подозревала, что она взяла с собой целителя, но сейчас была безмерно благодарна судьбе за это. Слуги тут же бросились выполнять её приказ.

«Держись, Инар, прошу тебя», — беззвучно шептала я, не в силах унять слёзы, крепко сжимая его ладонь.

В этот момент я поняла, что люблю его. Люблю так сильно, что мысль о его потере разрывает моё сердце на части.

— Это всё из-за тебя! — злобно крикнула Корнелия, её глаза горели гневом. — Если бы тебя здесь не было, он бы не восстанавливал этот проклятый замок! И не пострадал бы!

Её слова хлестнули меня словно плеть. И ведь в чём-то она была права…

Если бы не я, Инар вряд ли стал бы восстанавливать Гроссфорт, и тогда он был бы цел и невредим.

— Ваше высочество, Альма ни в чём не виновата, это был несчастный случай… — попытался возразить Колин.

— А ты вообще молчи! — рявкнула она. — Ты сам не лучше прислуги! Тоже из такой же канавы, как и эта! — она презрительно махнула в мою сторону. — Вот до чего доводит общение с такими, как вы!

В этот момент на кухню вбежал целитель — пожилой мужчина с усталым, но сосредоточенным лицом. Он сразу же приступил к осмотру Инара, его опытные руки начали творить свою магию.

— Пойдём, — мягко тронул меня за плечо Колин и повёл к выходу из кухни.

Там, в коридоре, меня уже ждали родные. Их сочувствующие взгляды разрывали сердце. Они отвели меня в мою комнату, где, наконец, я позволила себе разрыдаться.

Мама обняла меня, прижимая к груди, словно ребёнка. Ирма гладила по голове, шепча слова утешения. Их тепло немного смягчало боль, терзающую мою душу.

«Это всё из-за меня», — крутилось в голове. — «Инар пострадал из-за меня».

Сквозь слёзы я пыталась собрать мысли воедино.

Что же там произошло? Почему произошел обвал? Почему