Воздушная кавалерия. Том 7 - Джек из тени - Страница 29

поставки. Удар пришелся по пустому месту».

Граф почувствовал неприятный холодок. Диверсифицировал поставки? Это слово из лексикона биржевых спекулянтов резало слух. Так не поступали промышленники старой школы. Они десятилетиями работали с одними и теми же поставщиками, по одним и тем же маршрутам. А этот паренек этот действовал как-то иначе.

Самым тревожным было третье донесение, из Иркутска: «Нападение на обоз не возымело должного эффекта. Гончарову на следующий же день нанял другую артель и возобновил поставки под усиленной охраной. Но самое странное другое. По нашим сведениям, барон Строганов, вообще не использует эту медь в своем производстве. Он закупает ее в огромных количествах и просто складирует. Похоже, это была ложная цель, отвлекающий маневр, или есть закрытые производства, о которых мы пока не знаем».

Лиманский встал и подошел к окну. Картина складывалась очень неприятная. Их удары, такие точные и выверенные, как казалось, по началу, попадали в пустоту. Словно они сражались с призраком. Картель перекрывает один канал, у барона тут же открываются три новых.

Это было не похоже ни на что, с чем они сталкивались раньше. Их мир был миром жестких, иерархических структур. Завод, привязанный к руднику. Порт, привязанный к железной дороге. Один удар по ключевому узлу, и вся система рушилась. А система Строганова была другой, гибкой, распределенной и живой. Вечером состоялся экстренный сбор. Лица заговорщиков уже не светились самодовольством, в глазах читались откровенная растерянность.

— Он как будто знал! — Оболенский был вне себя. — Он знал, куда мы ударим! У него везде были запасные варианты! Резервные контракты, обходные пути, ложные цели! Как это возможно⁈ У него что, шпионы в наших кабинетах⁈

— Дело не в шпионах, Борис, — медленно произнес Лиманский, который за эти два дня, казалось, постарел еще на десять лет. — Дело в подходе. Мы мыслим, как генералы, планирующие одно большое сражение. А Строганов мыслит, как… я даже не знаю, кто. Как игрок в го, который ставит камни по всей доске, создавая десятки потенциальных угроз и вариантов. Его система полностью децентрализована и похожа на паутину. Ты рвешь одну нить, но вся паутина остается целой, и паук тут же плетет новую.

— Что за бред ты несешь, Петр! — рявкнул Оболенский. — Какая еще паутина⁈ Нужно просто ударить сильнее! Не по ниточке, а по самому пауку!

— И где он, этот паук? — ядовито спросил фон Мекк. — Верфь и все производства охраняется как Зимний дворец. Люди преданы ему почти до фанатизма. Мы пытались заслать туда агентуру, результат нулевой! Всех вычисляют чуть ли не в первый же день!

В кабинете снова воцарилась гнетущая тишина. Аристократы впервые столкнулись с противником, который играл не по их правилам, в игру, которую не понимали.

— Нужно эскалировать, — произнес Голицын, нарушив молчание. Его глаза горели холодной, мертвой ненавистью. — Хватит этих детских игр с поджогами и авариями. Нужна кровь, настоящая! Нужно ударить так, чтобы он понял, что мы не шутим. Найти его самое больное место и ударить туда.

Все посмотрели на него. И поняли, о чем он говорит. Удар должен был быть не по заводам и складам, а по его людям.

Решение об эскалации было принято, атмосфера в кабинете Лиманского изменилась. Исчезла растерянность, на ее место пришла расчетливая жестокость.

— Хорошо, — кивнул Лиманский, принимая новую реальность. — Кровь так кровь. Но бить нужно наверняка. Не по мелкой сошке, не по рабочим. Это его не проймет, нужен удар по ключевой фигуре. По кому-то из его ближайшего окружения.

— Его заместитель, этот Грушин, — предложил Оболенский. — Говорят, он его правая рука.

— Слишком мелко, — отрезал Голицын. — Такого, как Грушин, он найдет десяток. Нужно бить по тем, кого нельзя заменить. По его старым, верным псам.

И взгляд его остановился на Шувалове. Граф понял, что настало время использовать главный козырь.

— Есть один человек, — медленно произнес Шувалов. — Его зовут Матвеев. Бывший сержант, был его подчиненным в Корпусе. Сейчас служит начальник службы безопасности Строганова. Его личный цербер, почти тень.

— Отлично, — кивнул Лиманский. — Как его достать?

— Непросто, — признал Шувалов. — Матвеев почти никогда не покидает вверенные территории или поместья. Но у нас есть информация. Раз в неделю, по четвергам, лично ездит в город, в одно и то же место. Это кадетская школа где учатся сироты.

План был циничен и прост, устроить засаду на обратном пути. Инсценировать ограбление, в ходе которого Матвеев будет «случайно» убит.

Для этой работы Лиманский привлек одну из самых отмороженных банд в Петербурге, банду Хромого. Эти ребята специализировались на вооруженных налетах и не боялись крови. За приличную сумму были готовы на все.

В назначенный четверг, серый и дождливый, все было готово. Десяток боевиков Хромого, вооруженных не только револьверами и винтовками, заняли позицию в переулке, через который пролегал маршрут Матвеева.

Хромой, одноглазый верзила с изуродованной ногой, лично руководил операцией, ему хотелось посмотреть, за кого отвалили столько денег, плюс проконтролировать дело, хоть и был уверен в успехе. Простой сержант, пусть и ветеран, против десятка его головорезов? Шансов никаких.

Сигнал поступил от наблюдателя, сидевшего в чайной на углу. Темно-зеленый, личный автомобиль Матвеева, свернул в переулок.

— Пошли! — рявкнул Хромой, и его люди, натягивая на лица маски, высыпали на улицу.

Две телеги, груженые ящиками, перегородили проезд с обеих сторон. Машина Матвеева была в ловушке. Боевики, укрываясь за мусорными баками и углами зданий, взяли автомобиль на прицел.

Машина остановилась. Несколько секунд ничего не происходило.

— Выходи, фраер! — заорал один из бандитов, для острастки дав выстрелов в воздух. — Выходи, а то нашпигуем свинцом!

Дверь машины медленно открылась. Но из нее вышел не испуганный водитель с поднятыми руками. На мокрый асфальт шагнул не один, а сразу четверо здоровых мужиков в одинаковых, неприметных плащах, из-под которых виднелись бронежилеты. Лица их были спокойны и сосредоточены. Один из них, коренастый, с лицом, похожим на обтесанный гранит, был сам Матвеев.

— Какого хрена⁈ — прошипел Хромой, понимая, что что-то пошло не так. Откуда взялись еще трое?

Но времени на раздумья у него не было. Потому что в следующую секунду начался ад. Люди Строганова не стали ждать, открыв огонь первыми. Короткие, прицельные очереди из автоматического оружия, которые бандиты видели впервые в жизни, буквально разрывали их укрытия.

Первый боевик, тот, что стрелял в воздух, вскрикнул и рухнул, схватившись за