Воронка. Спаси меня - Майя Тень - Страница 6

Эти люди выглядели по-другому, казалось, они вообще живут в другой, пока не доступной для меня реальности. Даже Степка однажды заметил мой взгляд и словно прочитал мысли:

— Завидуешь им белой завистью? Даже я не могу решиться на то, на что решаются такие люди. Тоже с почтением смотрю на них, вижу, как они меняются, радуюсь за них. Ты не представляешь, через что пришлось пройти некоторым из них! И только «Воронка» смогла их вернуть к жизни.

Интересно, Учитель им сам предложил остаться жить прямо в «Воронке»? Или они подходили, спрашивали, что-то изучали, проходили какой-то этап типа стажировки? Я надеялась, что потихоньку смогу узнать это, проявляла крайнюю внимательность к происходящему, старалась задавать вопросы Степке. На прямые вопросы мой школьный друг не отвечал.

— Всему своё время, Нюся. Всего себя отдать «Воронке» — это серьезный шаг, к которому ты пока не готова, — говорил Степан.

На прямые вопросы Степка не отвечал, но продолжал завлекать рассказами о людях, которые смогли совершить этот главный шаг в своей жизни.

— Видела сестру Маргариту? Раньше ее судьбе бы никто не позавидовал.

Сестру Маргариту я видела на лекциях Учителя, это была полненькая симпатичная женщина лет пятидесяти. Она с восхищением смотрела на Учителя, а иногда забывалась, словно вылетала из реальности, погружалась в свои мысли, улыбалась чему-то, что знает только она.

— Вот такое вот умиротворение она нашла только здесь, — продолжил Степан. А когда пришла сюда, ее без слез невозможно было встретить. Казалось, вся ее жизнь состоит из потока слез. Муж бросил ее десять лет назад. Дети выросли и покинули родное гнездо. Из троих детей только одна время от времени ее навещала, а остальные даже внуков не показывали.

— Почему ее дети так жестоки?

— А почему твой Славик изменял тебе? Почему босс отдает твои проекты тем, с кем он спит? Низкая вибрация. Больше тому нет объяснений. Такие люди притягивают весь земной негатив и распространяют его, заполняя землю своей ядовитой сущностью. Ты, я, сотни других, кто познал «Воронку» могут изменить эту реальность, но в наших руках слишком мало сил. А вот сестра Маргарита и другие, кто живет здесь под крылом Учителя и его помощников обладают куда более мощным потенциалом. Такие как она — наша опора.

Каждый раз, когда я приходила в «Воронку» всё больше обращала внимание на этих людей. Я хотела к ним! Я восхищалась ими! Доброта, улыбка, мягкость, принятие мира и себя, абсолютное спокойствие — я тоже хотела стать такой. И однажды уже в открытую поделилась своим желанием со Степаном.

Степка, казалось, был доволен. По крайней мере на его лице отразилось абсолютное удовлетворение. Однако слова звучали несколько иначе:

— Понимаешь, Нюся, сейчас ты можешь уйти, Ты можешь завтра приходить на лекцию, медитацию, конференцию, а можешь не приходить. Каждый тебя поймет. Низкие вибрации очень сложно отпускают от себя даже просвещенных людей. Но слияние с «Воронкой» на другом, более высоком, втором этапе, подразумевает отказ от всего, что притягивает низкие вибрации. Ты уверена, что сможешь отказаться?

— Я не знаю, что притягивает низкие вибрации, Степка. С людьми, которые живут только ради материального, я уже не общаюсь. Даже наши контакты с Лилей прекратились, хотя она еще неделю назад снова пыталась дозвониться до меня, даже домой приходила, но я не открыла дверь. С работы я ушла окончательно, со Славиком не общаюсь. Что мне еще сделать?

— Не только люди притягивают в твою жизнь негативные вибрации. Все материальное тоже заставляет тонуть в пучине невежества. Я не обвиняю тебя ни в чем. Я сам еще не достиг такой точки роста, что готов отказаться от всего материального.

— Но ведь может оказаться, что ты не готов, а я готова? Извини, но может же быть такое? Что надо сделать? Держать что-то наподобие сложного поста?

— Нет, — голос Степана прозвучал очень серьезно. — Это значит отказаться от всего материального, включая движимое и недвижимое имущество.

Глава 11

Слова Степана долго не выходили у меня из головы. Смогу ли, готова ли я к тому, чтобы отказаться от своей квартиры и начать жить в «Воронке»? С одной стороны, мама меня учила:

— У девушки должна быть своя опора. Квартира, отложенные деньги на черный день. Ничто не постоянно в этом мире. Даже любовь, от которой кружится голова, может пройти, и тогда, ты либо свалишься от головокружения в сточную канаву и будешь бороться, чтобы не подохнуть от голода, либо упадешь на мягкий диван в своей квартире и укроешься пледом, отдохнешь, поплачешь, поспишь и с новыми силами начнешь новую — лучшую жизнь.

Мамин совет помог: даже после развода со Славой я не осталась ни с чем. Как бы Слава не захотел, моя квартира осталась моей.

Но может, именно она меня и тянула вниз? Я внимательнее присмотрелась к сестре Маргарите, прислушивалась к ее голосу, оттенкам интонации. Я хотела найти или, наоборот, боялась найти там нотки горечи, признаки раскаяния от совершенного поступка, хотя бы какую-то растерянность, но нет, ничего такого не было и в помине!

Наконец, я осмелела и, улучив минуту, спросила у сестры Маргариты:

— Вы знаете, я здесь недавно. Меня брат Степан пригласил. Мне очень нравится и я даже подумываю, чтобы отказаться от материального и вступить в ваш клуб избранных. Но мне немного страшно. Скажите, это нормально — так бояться? Или я действительно еще не готова? А как вы решились?

Ни одна эмоция не изменилась в лице сестры Маргариты, только глубокое спокойствие и, как мантру, она повторила то, что говорит Учитель на лекциях:

— Сомнения, тревога, опасения — признак того, что низкая частотность вас пытается удержать. Ты можешь остаться там, на прежнем уровне, а можешь шагнуть навстречу своему страху, преодолеть сложную, страшную степень и изменить свою жизнь. Я смогла. Сможешь ли ты — зависит от тебя, твоего выбора.

Эти слова развеяли мои последние сомнения. Действительно, за страхом часто скрывается наш потенциал, наша сила. Еще немного подумав пару дней, я решилась.

— Добро пожаловать в новую жизнь, сестра Анна. Уверяю тебя, вскоре ты забудешь о своей прошлой жизни, о всей боли, что она тебе принесла, — сказал мне Учитель 28 октября, ровно через 3 месяца после того, как мы со Славой развелись.

Тогда я еще помнила о своем прошлом, и оно тупой болью, но все же отзывалось в теле и в сердце. Но я твердо знала: совсем скоро я достигну того уровня совершенства, что буду вспоминать о нем без