Внутренний дворец - Мария Владимировна Архангельская - Страница 23

Нач, инструктируя меня перед выходом, уверила, что надолго пиршество не затянется. Их величества не любят затяжных праздников и предпочитают ложиться спать пораньше. Так что они дождутся обязательного праздничного фейерверка, после чего императрица отправится восвояси.

Нам, свите императрицы, по случаю праздника выдали по новому комплекту форменной одежды и новые серьги, а мне даже соорудили на голове некое подобие причёски, зачесав отросшие волосы вверх и заколов серебряной заколкой, а пряди над самым лбом заплели так, что стало похоже на уложенную вокруг головы косу. Глядя на себя в металлическое зеркало, я так и не смогла решить, нравится мне то, что я там вижу, или нет. С одной стороны, я, как почти всякая девушка, втайне мечтала о шикарных нарядах и высоких причёсках. С другой – на мой взгляд, поднятые вверх волосы мне не шли. Пожалуй, добровольно я на такое всё же не согласилась бы. Разве что в порядке эксперимента – сфоткаться и тут же распустить. Но у местных своё представление о прекрасном.

Его величество предложил несколько тостов – без всякой велеречивости, просто давайте выпьем за то и это. Больше никто ничего не предлагал, да и вообще говорили мало, в основном с соседями по столу. Играла музыка, пару раз выходили девушки и один раз – несколько мальчишек и что-то такое станцевали. На меня эти танцы не произвели совершенно никакого впечатления – ну, покружились девицы в голубом, ну, попрыгали ребята в разноцветных лоскутных халатиках с бубенцами – и всё. Но остальные зрители реагировали очень живо, подбадривая танцоров возгласами и хлопками. Так что, возможно, это я ничего не понимаю в благородном искусстве танца.

На мальчиках-танцорах, кстати, были ещё и отороченные мехом круглые шапки, похожие на те, что носили привёзшие меня в империю кочевники. Может, танец имитировал что-то варварское?

– Их величества выходят! – тонким, противным, но, ничего не скажешь, звучным голосом пропел у меня за спиной евнух.

Все гости поднялись и склонились в не очень низких поклонах. Их величества показались из-за моей спины и принялись неторопливо спускаться, пересекая зал. На его халате извивался длинный синий дракон, больше похожий на змею с лапами, на её – распускал крылья великолепный феникс: символы императора и императрицы. Я ожидала, что он возьмёт её под руку, но нет – они шли рядом, но друг друга не касались. За ними, отставая на шаг, шёл принц-наследник, его халат тоже был украшен драконом, но покороче. Когда императорская чета с сыном миновали средний ярус, императорские жёны и придворные начали выходить из-за своих столиков и пристраиваться за ними в растущую с каждым шагом процессию. Её голова давно исчезла за дверями, а хвост тянулся и тянулся из зала.

Я скосила глаза на свою соседку, но та продолжала стоять, и я последовала её примеру. Снаружи что-то грохнуло, бумкнуло, затрещало, и по наружным створкам заметались разноцветные отблески. Значит, то слово, которое произнесла госпожа Нач, и в самом деле означало «фейерверк», я не ошиблась. Раз есть фейерверки, значит, есть и порох. Интересно, а пушки у них есть или они, как, по слухам, и китайцы, так и не придумали взрывчатым веществам иного применения, кроме увеселительного?

– Так! – седой евнух, вышедший на середину опустевшего зала, звонко хлопнул в ладоши, ухитрившись попасть в тихий промежуток между двумя взрывами снаружи. – Все на выход!

Вот теперь застывшие вдоль стен зала слуги отмерли. Я с облегчением вздохнула, с усилием понаклоняла голову в разные стороны и потёрла шею. Значит, её величество в зал возвращаться не собирается. Теперь осталось вытерпеть обратный путь в Полдень, уложить императрицу спать – и всё!

Желудок заурчал, напоминая, что, хоть я и перекусила перед выходом, но с тех пор прошло уже несколько часов, и, пока гости вокруг жевали, я лишь глотала слюнки. Прислуга потянулась к боковому выходу, и я, проходя мимо одного из столиков, не удержалась и взяла из чаши со льдом дынную дольку. Но стоило мне откусить кусочек, как меня за локоть схватила чья-то рука.

– Ты что! – тихо, но очень зло прошипела Чжу. – Воровать с императорского стола! С ума сошла?! Или забыла Дамилар?

– Но ведь… всё равно никто уже не ест… Или выбрасывать, или нам…

– Запомни! – вырвала она у меня надкусанную дольку и бросила её обратно в чашу. – Пока эту еду не поставили перед нами и не сказали «ешьте», это всё – господское! Императорское! Взять – значит украсть! Ты что, немного подождать не можешь?! Дадут нам, дадут, когда вернёмся!

– Всё! – подняла я руки. – Я всё поняла и осознала. Больше так не буду.

– Скажи спасибо, что это увидела я, а не кто-то другой, – всё никак не могла успокоиться Чжу. – Иначе быть тебе битой палками. И это тебе ещё повезло бы! Но если ты ещё раз…

– Ещё раз не будет. Клянусь.

Она фыркнула и наконец замолчала.

Чжу не соврала: после того, как императрица отошла ко сну, нас ждала короткая пирушка. Короткая из-за позднего времени, но, поскольку завтра её величество встанет позже обычного, можно было позволить себе немного посидеть и доесть то, что не доели благородные господа. Я с интересом осматривала и пробовала незнакомые блюда. Имбирь в меду! Сушёное змеиное мясо и тушёное змеиное мясо! Просяные клёцки с кардамоном. Рыба в вине и копчёные оленьи языки. И бог знает что ещё. Иногда это было вкусно, иногда не очень. Девушки поздравляли друг друга с праздником, обменивались воспоминаниями о прошлых празднованиях, в том числе и из детских лет, когда они ещё не прислуживали императрице и не были должны безвылазно сидеть при её особе. Часть из них родилась во дворце, но часть пришла снаружи, главным образом из поместий ванов Лэй, и я с интересом прислушивалась к их рассказам. Выходило, что не все столичные жители были такими жаворонками, как их величества, так что гуляния в городе должны затянуться до утра, и это было хорошо. Потому что на продолжение ночи у меня были свои планы.

Когда ещё можно прогуляться по городу, если не в праздник, когда есть шанс затеряться в толпе и не бояться попасть в неурочный час городскому патрулю? Днём я по понятным причинам выбраться не могла, но по ночам, как мне рассказали товарки, в городах действовал самый настоящий комендантский час. После сигнала тушения огней жизнь на улицах замирала, и нужно было быть благородным человеком или хотя бы высокопоставленным чиновником или учёным, чтобы бродить по ночному городу без веской на то причины. Простолюдина,