Вегеций и император - Андрей Валерьевич Банников - Страница 2

очевиден. Деградация, согласно мысли Вегеция, была спровоцирована периодом длительного мира, установившимся в недалеком для него прошлом. Именно мирное положение привело к тому, что набор рекрутов производился без должного внимания[9]; из-за отсутствия опытных военных инструкторов прекратились ежедневные тренировки новобранцев и их обучение владению оружием[10]; перестали проводиться полевые занятия и для регулярных войск[11]; военные лагеря более не укреплялись валом и рвом[12]. Подводя неутешительный итог, Вегеций пишет: «Безопасность, бывшая следствием долгого мира, подтолкнула людей частью к наслаждениям отдыха, а частью к занятию гражданскими делами»[13].

Мирный период, приведший римскую военную систему к этому печальному состоянию, наступил, как считает наш автор, в годы правления императора Грациана (375–383 гг.). Именно при нем солдаты отказались от ношения защитного вооружения, так как оно стало казаться им очень тяжелым из-за того, что приходилось редко его надевать[14].

На первый взгляд, описанная ситуация представляется маловероятной: бурная история поздней Римской империи богата различными политическими катаклизмами, но в ней трудно отыскать сколько-нибудь продолжительный период спокойного существования. И, тем не менее, при ближайшем рассмотрении выясняется, что слова Вегеция находят подтверждение в других источниках.

Связав мирный период с правлением Грациана, Вегеций тем самым недвусмысленно дал понять, что подразумевает лишь западную часть Римской империи, поскольку в ее восточной половине на протяжении практически всего этого времени шла кровопролитная война с готами (377–382 гг.).

После гибели Юлиана и недолгого правления Иовиана Империя оказалась в состоянии внешнеполитического кризиса. Особенно тяжелое положение сложилось на ее западных рубежах. Аламанны вновь перешли в наступление и начали опустошать своими набегами Галлию и Рецию; квады грабили Паннонию; в Британии на римские владения непрестанно нападали северные варвары (пикты, скотты и аттакотты); в Африке не прекращались вторжения мавретанских племен.

В 364 г. императором был избран Валентиниан I, который по настоянию военных кругов сделал соправителем своего брата Валента. Отдав ему управление Востоком, Валентиниан оставил за собой Запад.

Валентиниану долгое время пришлось вести напряженную борьбу с аламаннами, пока наконец в 368 г. он не нанес им серьезное поражение в битве при Солицинии[15]. После этого император укрепил левый берег Рейна от Могонциака до границ Реции, возведя множество плотин, фортов и сторожевых башен[16]. Башни были поставлены также во всех стратегически важных пунктах Галлии[17]. Столь же впечатляющие усилия были приложены Валентинианом и на дунайском участке границы, где фортификационные сооружения возводились на обоих берегах реки. В Британии масштабные работы по строительству новых и восстановлению старых укреплений были осуществлены полководцем Валентиниана Феодосием Старшим[18].

Эти энергичные меры привели к тому, что на западных границах Империи установилось спокойствие. Германцы в течение девяти лет не отваживались переходить Рейн[19]. Мирный период способствовал экономическому расцвету провинций, особенно галльских. Поэт Авсоний, давая описание Мозельского края (370 г.), пишет, что Рейн стал для Галлии надежной границей, которую не решаются переступать франки и хамавы[20]; установился столь прочный мир, что крепости, защищавшие берега Рейна, превращены в житницы[21]. Даже если мы имеем здесь дело с похвальным словом, написанным на заказ, оно не могло быть составлено из совершенно фальшивых красок, полностью противоречащих действительности. Весь Мозельский край, утверждает Авсоний, превратился в процветающую страну, покрытую полями и виноградниками[22].

То же положение сохранялось здесь в первые годы правления Грациана. По крайней мере эпиграфические данные свидетельствуют о том, что это время казалось его подданным благополучным и спокойным. На монетах, выпущенных в 370-е гг., часто встречаются легенды, называющие это время «золотым веком»[23]. Именно воспоминание о былом благополучии и желание найти объяснение военным неудачам, последовавшим позднее, дали повод Вегецию говорить о далеко зашедшем процессе разложения римских военных структур в период правления Грациана.

Валентиниан I был человеком весьма компетентным в военном деле, и одним из итогов его правления стало значительное увеличение численности армии[24]. Однако в начале правления Валентиниану пришлось принимать чрезвычайные меры, чтобы пополнить свои войска новыми рекрутами. Несмотря на изданные законы (три из которых последовали друг за другом в 367 г.[25]), император, как выяснилось, не мог рассчитывать на провинциальное рекрутирование[26]. Поэтому он прибег к активной вербовке варваров и к привлечению вспомогательных контингентов, которые должны были предоставлять в соответствии с заключенными договорами побежденные пограничные племена. В его правление активно формировались ауксилии* из зарейнских германцев, например Буцинобанты (Bucinobantes)[27], размещенные в Британии, или Ретобарии (Raetobarii)[28] — из аламаннов, населявших территории, граничившие с провинцией Реция Вторая, Грацианцы (Gratianenses)[29] и Валентинианцы (Valentinianenses)[30], носившие имена сыновей императора. Всего в правление Валентиниана I было создано не менее 10 (возможно, 14) подобных отрядов.

Археологические данные свидетельствуют, что в некоторых пограничных районах Империи находились многочисленные захоронения, принадлежавшие германцам. Существует точка зрения, что последние были поселены на римской территории в 60-70-е гг. IV в., чтобы охранять ее от набегов своих соплеменников. Обычно подобные отряды насчитывали не более 40–50 человек, способных носить оружие, которых селили вместе с их семьями. Некрополи, относящиеся ко времени Валентиниана I, позволяют утверждать, что основная масса таких поселенцев находилась на севере Галлии, в провинциях Белгика Первая и Вторая[31]. Прибрежная зона, известная как «саксонское побережье» («litus saxonicum»), со второй половины IV в., также охранялась исключительно германцами. Для охраны границ Валентиниан I привлекал не только германцев. В провинциях Белгика Первая, Германия Первая, в приграничной зоне Германии Второй и на юге Белгики Второй обнаружены в большом количестве предметы, принадлежавшие восточным варварам (в частности, сарматам)[32]. Все эти находки относятся ко второй половине IV в. и были найдены там, где проходила в то время основная линия обороны Галлии против франков и аламаннов. По аналогии с поселением приблизительно в тех же местах германцев мы можем предположить, что отряды восточных варваров были приняты на военную службу во времена Валентиниана I[33].

Германизация рядового состава армии не замедлила отразиться и на ее офицерском составе, в том числе и на высшем, наиболее приближенном к императору. При Грациане должность комита доместиков[34] занимали Маллобавд («царь» франков)[35] и Рихомер, поступившие на римскую службу еще при Валентиниане I[36]. Этот император первым дал звание магистра пехоты — высшее в воинской иерархии — франку Меробавду. Последний сыграл решающую роль при передаче императорской власти в ноябре 375 г. и оставался фактическим генералисимуссом при Грациане. В 383 г. Грациан предоставил ему второе консульство[37], чем оказал почесть, которую никогда прежде не оказывали частному