В поисках нормы. Размышления психиатра - Павел Робертович Румянцев - Страница 2

об этой печальной участи человек вспоминает время от времени, от случая к случаю, иначе полноценной жизни не получится. Так и о болезни невозможно думать постоянно. Наблюдал «раковых» больных: при малейшем улучшении состояния первое, что они старались сделать, — забыть о болезни, о близкой смерти и благодаря этому продолжали жить. Вот и получается, что у анозогнозии есть и плюсы, и минусы.

Это я к тому, что не надо принимать все на веру, безоговорочно, потому что один и тот же факт можно расценивать по-разному. Я буду говорить так, как мне видится, как я представляю, но это моя точка зрения, не более того…

Как утверждал Ф. Бэкон: «Невозможно понять, что такое норма, не выявив границ патологии». Первые две части книги и посвящены описанию психической патологии от тяжелых до легких, переходящих в норму, состояний психики. В третьей части мы попробуем провести эту самую границу «между болезнью и нормой», чтобы в четвертой части применить полученные знания о психике на практике под девизом «Сам себе психиатр».

Задачи, поставленные в книге, не из легких, но тем интереснее будет разобраться в гложущем нас «червячке сомнения»!

1. Три болезни, обусловленные внутренними причинами

Любая болезнь имеет свои стадии развития: от легкой к более тяжелой.

Однако на практике врачи начинают свое знакомство с болезнью не с легких расстройств, а с выраженной патологии.

В больницу привозят больных с инфарктом миокарда, с гипертоническим кризом. Это уже потом, насмотревшись всякой патологии, опытный врач может заметить переходные этапы от нормы к болезни.

— Э-э, милый мой, что-то мне ваш румянец не нравится, пульс напряжен, одышка небольшая. Когда вы делали последний раз ЭКГ, измеряли давление?

Зная, как выглядит большое, легче представить маленькие кирпичики, из которых оно состоит. Зная патологию, можно выстроить цепочку факторов, которые к ней привели. Психиатрия — не исключение.

Знакомство с психиатрией на врачебном или на обывательском уровне мы начинаем с крайних форм отклонения в психике. Чаще с психозов.

Помню, ко мне пришла мать больной и спросила:

— Доктор, скажите, у моей дочери какое помешательство: буйное или тихое?

Не сразу сообразил, о чем она спрашивает.

— У вашей дочери острый психоз, — отвечаю я и добавляю с умным видом: — Тяжелое состояние.

Вопреки моему заявлению мать с облегчением вздыхает:

— Хорошо, что буйное. Значит, пройдет. А вот тихое помешательство, оно не излечивается до конца-то. Так и ходят потом, словно «пыльным мешком прибитые».

В нехитрых словах этой женщины отражена практически вся суть учения психиатрии об острых и хронических психозах. Народная мудрость чаще оказывается гораздо четче и яснее всяких заумных рассуждений.

К психозам мы вернемся в следующих разделах, пока же поговорим о болезнях, обусловленных внутренними причинами. В психиатрии их называют эндогенными.

В отличие от экзогенных заболеваний, то есть связанных с внешним воздействием на психику: стресс, различные травмы, неприятности, — эндогенные болезни обеспечены определенным генетическим набором. Сразу же предупрежу, что это ни в коем случае не означает обреченность. Нужно еще множество других сопутствующих факторов, чтобы развилась психическая болезнь. Да и сам генетический набор несет в себе не только отрицательные, но и положительные, обогащающие личность, индивидуальные черты. Так уж устроено в природе.

Попробуем разобраться, как эндогенные болезни влияют на нашу психику. Настоящих эндогенных заболеваний всего-то три:

— маниакально-депрессивный психоз (МДП),

— шизофрения,

— эпилепсия.

Это, так сказать, «три кита психиатрии».

Начнем с самой распространенной и в то же время малоизвестной психической болезни — маниакально-депрессивного психоза.

Маниакально-депрессивный психоз

Здоровый крепкий мужик, 38 лет, страстный футбольный болельщик, вдруг решил, что он может создать великолепную команду чемпионов мира.

Для этого ему надо срочно родить одиннадцать мальчиков. Один сын у него уже был, где взять еще десять? Жена может рожать только раз в год, а ему нужны одновременно все одиннадцать! Он чувствует, что наделен особым даром, что его мальчики родятся отличными футболистами! Он же понимает толк в футболе! Не может жена, зато другие женщины есть! Ради подъема отечественного футбола — неужели он не сможет оплодотворить десяток? Ровно через девять месяцев у него будет футбольная команда!

На седьмой или восьмой женщине родная жена его «сняла». Возмущению не было предела. Сорвала такой блестящий план! Ругань, скандал! Все упреки жены вызывали лишь недоумение: как она не понимает важности момента?! На него возложена высокая миссия — произвести для России футбольных чемпионов мира! Что может быть благороднее?

Ну и что, что почти не спит, похудел килограмм на десять. Глаза блестят, говорит только о своем проекте, остальное не волнует: почему жена плачет, какие измены? Если нужно одиннадцать сразу, а она не может. Дура! Не понимает ничего в футболе! У него такой прилив сил, возможностей!

Прошел месяц… Мужика не узнать. Осунулся, постарел. Плечи опущены. Куда девалась спортивная стать! В глазах тоска. Настроение никакое. Винит себя, что обманул жену, изменял ей с другими женщинами, которых тоже соблазнял, обманывал. Что он полное ничтожество! Что никогда ничего у него не получалось в жизни. Не стал он знаменитым спортсменом. Все плохо… Нет ему прощения! Один выход — покончить с собой.

…Зря вытащили из петли! Туда ему и дорога! Скрыться от людей, от позора. Выдумать такое! Какие сыновья-футболисты? Дурь несусветная! Пришло же в голову. Как теперь жене в глаза смотреть? Она, конечно, умница, простила, но сам себе простить не может. Жить не хочется. Время остановилось. Лежал бы целыми днями. Когда все это кончится?! Тоска!

Мания и депрессия — два крайних полюса, два антонима, две фазы заболевания: плюс и минус, повышенное