В ожидании Большой волны - Саша Южный - Страница 39

что они ещё ого-го, но надолго их не хватило.

Свадьба кончилась. Спустя полчаса, когда салон стал напоминать побитую градом грядку, начало светать. Всюду были спящие люди. На диванах, креслах, кое-кто на стульях и даже на полу. Буш спал, уронив голову на клавиши рояля.

Не спал лишь один гость – господин в старомодном двубортном костюме с нелепой белой бабочкой. Он, пошатываясь, с неприкаянным видом бродил между столами с бутылкой в руках, очевидно, искал компанию для выпивки.

Гость подошёл со спины к человеку, сидящему за столом, и положил руку ему на плечо.

– Слава Богу, есть один не спящий! Андреа, выпей со мной.

Андреа от толчка медленно навалился на стол грудью и опустил на него голову. Он спал. Гость с огорчением посмотрел на него и повёл взглядом по залу. Его взгляд остановился на ещё одном не спящем человеке, который— что-то яростно доказывал своему собеседнику. Он размахивал руками, вскакивал со стула, делал несколько шагов вперёд-назад…

Гость обрадовано улыбнулся и направился в его сторону. Приближаясь к нужному столику, он с удивление заметил, что «собеседник» человека крепко и, видимо, давно спит с раскрытым ртом, откинувшись на спинку стула и издавая храп.

В это время последний не спящий прекратил митинговать, сел на стул напротив «собеседника», несколько мгновений тупо и с осуждением смотрел на него и неожиданно заснул сам, уронив голову на стол.

Гость огорчённо всплеснул руками, вышел на палубу и направился к корме, пьяно грозя пальцем широкой полосе рассвета над горизонтом. Потом он сел на лавку, осушил бутылку, икнул и моментально заснул.

Минут на сорок на палубе баржи воцарилась тишина, а потом из окна салона раздался голос:

– Надо на воздух!

Дверь распахнулась, и в проёме возник пьяный в стельку господин. Он перешагнул через порог, два раза вдохнул полной грудью и, повалившись обратно в салон, тут же заснул. Его ноги в дорогих английских туфлях остались на пороге.

Над горизонтом висела широкая алая полоса зари и до восхода солнца оставалось совсем немного времени, когда на вторую палубу с трубой поднялся Луи. Здесь на двух мягких диванах и нескольких креслах тоже дремали утомлённые гости. Среди них на одном из таких кресел полулёжа устроились Питер и Луиза. Голова Луизы покоилась на груди у Питера.

Луи прижал мундштук трубы к губам и тихо, в полдыхания выдул мелодию.

Луиза открыла глаза и взглянула на Питера.

– Ты спишь?

– Уже нет. Я слушаю музыку. Я ни черта не понимаю в ней, но я понимаю, что этот парень большой специалист.

– Проснуться на реке на восходе солнца под чудесную музыку, это прекрасно. Кто может похвастать такой свадьбой? – Луиза счастливо улыбнулась.

Сальваторе с Джиной, занявшие шкиперскую рубку, вдвоём расположились на старом потёртом диване коричневой кожи. Первым проснулся Сальваторе, он осторожно встал, обвёл глазами рубку и потрогал штурвал. Затем его взгляд остановился на бутылке с шампанским, которое он вчера принёс с собой.

Солнце взошло. Вместе с ним на палубу, освежённый половиной бокала шампанского, твёрдо ступил дон Сальваторе. В руке он держал оставшуюся половину напитка. Бокал сверкал под первыми лучами, отражая их красноватый свет. На палубе, в креслах и диванах, в полудрёме слушая трубу Луи, продолжали блаженствовать гости.

Сальваторе ещё отхлебнул шампанского и посмотрел на реку. Лишившись под лучами солнца своей одежды – лёгкого тумана, река лежала перед Сальваторе голышом, розовея, как в стыду, от лучей солнца. Сальваторе отхлебнул ещё шампанского и подошёл к Луи, который к этому времени закончил играть.

– Замечательное утро, не находите?

– Прекрасное утро, – согласился Луи.

– Простите, мы вчера не договорились о цене.

Луи пожал плечами.

– Простите, о каком договоре идёт речь?

– Вы играли всю ночь. Прекрасно играли, и это должно оплачиваться.

– О чём вы? Вы просто заглянули к нам на огонёк. А мы не смогли бросить вас на съедение ночи, вот и всё.

Сальваторе некоторое время рассматривал Луи, затем спросил:

– Как вас зовут?

– Луи! – ответил тот.

– Будем знакомы! – протянул Сальваторе руку Луи. – Сальваторе! – И добавил: – Вы хороший человек, Луи!

Затем Сальваторе достал бумажник и, вынув всю наличность, протянул Луи.

– Здесь шестьсот двадцать долларов. Но вы заработали гораздо больше.

Луи небрежно сунул деньги в карман.

Сальваторе достал из бумажника визитку и протянул её Луи.

– Можете прийти в любое время за оставшейся суммой. Да и вообще… если что-то надо, заходите. Вы нас здорово выручили. – Сальваторе посмотрел на часы и развел руками. – А нам, кажется, пора.

Гости не спеша покидали салон «Прекрасной реки». Сонные, зевающие, помятые, они перебирались на пароходик, пришвартованный к правому борту баржи.

Буш ничего этого не видел. Он спал, придавив щекой клавиши рояля. Одна милосердная дама, проходя мимо, погладила его по голове.

– Спасибо, милый! Вчера ты был в ударе!

Буш, ничего не слыша, продолжал спать. Женщина поднесла к роялю стул, поставила на него бокал, затем открыла бутылку шампанского и поставила рядом. У дверей она оглянулась на Буша, улыбнулась и вышла на палубу.

Гости сходили на берег. Луи стоял у трапа. Мужчины, благодаря за музыку, пожимали ему руку, женщин целовали Луи в щёки, а когда на них не стало места, перешли на лоб, нос и подбородок. Вскоре лицо Луи было сплошь в отпечатках женских губ. Последней «Прекрасную реку» покидала Наташа. Она остановилась возле Луи, откинула со лба челку, уставила на него свои зеленые глаза и рассмеялась. У Луи ёкнуло в груди. Он только сейчас разглядел, какая красота всю ночь глазела в его сторону. Юная, только-только начинающая распускаться роза, ещё не знающая по-настоящему своей силы. Такой стоило лишь мигнуть глазом – и сотня мужчин сорвалась бы с места совершать ради неё безумные поступки.

– Я бы тоже поцеловала вас, – продолжая смеяться, произнесла Наташа, – но на вашем лице уже не осталось места.

Луи развел руками:

– В следующий раз обязательно оставлю для вас кусочек.

– Хорошо. Простите, а музыка, что вы сейчас играли, у неё есть название? Я бы хотела приобрести запись.

– Записи нет. Эта мелодия никому неизвестна.

– Как это? Ведь вы же играете её.

– Ну потомуто только мне и известна. Я её написал.

– Что ж, мы заглянем к вам как-нибудь на огонёк. Прощайте, маэстро!

– Прощайте, мисс!

Наташа на мгновение задержала на Луи взгляд, улыбнулась и сошла на берег. Она догнала часть гостей, решивших пройтись пешком, и теперь вместе с ними медленно удалялась от баржи. Луи смотрил ей вслед, остро завидуя самому последнему забулдыге в этой толпе. Потом на палубу из салона