Убийца архимагов - Дмитрий Геннадьевич Мазуров - Страница 2

её существовании, кроме меня, Шея, Астрид и Ренара. И я собирался использовать её, чтобы разорвать паутину, которую плел вокруг меня Вальдемар. Я не мог позволить архимагу найти меня, а значит, я должен был сделать всё, чтобы он потерял нить.

Ночь выдалась лунной. Серебристый свет заливал крыши столицы, делая тени особенно глубокими и опасными. Я стоял на крыше старого склада недалеко от западных ворот, глядя на дом, который служил убежищем для одного из людей Вальдемара. Это был мужчина, который когда-то работал на герцога Вэнса, а теперь был готов переметнуться к его древнему предку. И он был ценным источником информации. Через него Вальдемар мог получать сведения о грузах, прибывающих в город, но что самое важное: о всех контрабандных поставках в город. В том числе и о прибывающих сюда людях. Моих людях…

— Ты уверен, что это необходимо? — спросил Широ, сидя у меня на плече. — Мы могли бы попытаться перекупить его. Заставить работать на нас.

— Слишком рискованно. Он фактически уже продался Вальдемару. Если я предложу ему больше, он может донести на меня. И тогда всё, что мы построили, будет под угрозой, — я покачал головой, чувствуя, как холодная решимость наполняет мои вены. — Нет, есть только один способ гарантировать, что он замолчит навсегда. Он должен исчезнуть. Бесследно. Так, чтобы никто не мог связать его исчезновение с нами.

Я перевёл взгляд на Тишину, которая стояла в тени за моей спиной. Её металлическое тело было покрыто специальным составом, поглощающим свет, и она казалась просто сгустком тьмы. Глаза марионетки были погашены, но я чувствовал её связь со мной, её готовность выполнить любой приказ. Она была идеальным инструментом для этой работы. Бесшумная, безжалостная, неуловимая.

— Иди, — мысленно приказал я. — Убей его. Быстро и тихо. Никаких свидетелей. Тело должно исчезнуть.

Тишина сорвалась с места. Она двигалась быстрее любого человека, совершенно бесшумно, и я едва успевал уследить за ней взглядом. Она проскользнула в окно второго этажа, и через несколько мгновений я услышал глухой звук падения тела. Затем — тишина. Идеальная, абсолютная тишина, которая говорила о том, что работа выполнена. Ещё через минуту Тишина выскользнула обратно, неся в руках массивный мешок. Мы должны были уничтожить все следы.

— Молодец, — похвалил я, хоть и знал, что ей похвала не нужна.

Это был первый шаг. За ним последовали и другие. За неделю я устранил ещё шестерых людей, которые могли вывести Вальдемара на меня или на Гильдию. Каждый раз я действовал по одному и тому же сценарию: сначала тщательная разведка, затем Тишина проникала в дом, быстро и безжалостно выполняла свою работу и исчезала, не оставляя следов. Все смерти выглядели так, будто эти люди просто решили сбежать, бросив всё. Я подбрасывал фальшивые улики, которые вели в никуда, и создавал ложные версии, которые запутывали следствие. Город кипел слухами, но правды не знал никто.

Однако я понимал, что это лишь временное решение. Вальдемар не был глупцом. Он замечал, что его источники пересыхают один за другим. И он начал догадываться, что кто-то систематически уничтожает его сеть. Он не мог знать, кто именно это делает, но чувствовал чужое присутствие, чужую руку, которая вырывала у него нити одну за другой. Его гнев рос, и это делало его ещё более опасным.

Утром Шей сообщил мне, что осведомители Гильдии видели, как Вальдемар в бешенстве крушил мебель в своём поместье. Архимаг требовал найти убийц. Он пообещал награду, которая заставила бы любого торговца информацией пуститься во все тяжкие. Он был готов заплатить любую цену, чтобы узнать правду. И это было плохо. Очень плохо.

— Он бьёт копытом, Фауст. Он злится. Это хорошо. Значит, мы задели его за живое, — сказал Шей, и в его голосе впервые за долгое время послышалась надежда. — Его гнев ослепляет его. Он начинает совершать ошибки.

— Это также значит, что он будет действовать ещё агрессивнее, — возразил я. — Он не идиот и понимает, что кто-то специально перекрывает ему доступ к информации. И он начнёт искать этого «кого-то». Мы должны быть готовы к тому, что он может прийти за нами. И мы должны быть сильнее, чем в прошлый раз. Любая наша ошибка будет стоить нам жизни.

Однако отступать было уже поздно. Я принял решение, и я должен был идти до конца. Даже если этот конец будет означать мою гибель. Я должен был сделать всё, чтобы Вальдемар никогда не нашёл меня.

Прошло ещё несколько дней. Я сидел в своей комнате, размышляя о том, как мне быть дальше. Тишина стояла рядом со мной, неподвижная, как статуя. Она была моим секретным оружием, Но пока ещё несовершенным.

— Я должен усилить её, — прошептал я, обращаясь к самому себе. — Она должна стать быстрее и сильнее. Только так я смогу продолжать охоту.

Я снял с неё плащ, закрывающий её металлическое тело, и принялся за работу. Я вплетал в её конструкцию новые плетения, используя заполученные знания. Я усиливал её чувствительность к магии, делал её движения ещё более плавными и бесшумными. Я создавал новый слой защиты, который делал её почти невидимой для магического поиска. Теперь даже опытный маг не смог бы обнаружить её, если бы она не хотела этого.

Работа заняла несколько часов. К утру Тишина стала ещё совершенней. Мой шедевр…

На следующий день пришло новое сообщение от Шея. На этот раз оно было ещё более тревожным, чем предыдущие. Вальдемар начал рыть в сторону академии магии. И это было опасно…

— Он приближается, — сказал я Шею, когда мы встретились в тот же день. — Ему нужен кто-то, на кого можно списать вину. И он не успокоится, пока не найдёт его. Он будет давить, пока не получит ответ.

— Что ты предлагаешь? — спросил Шей. Его лицо было бледным, но в голосе чувствовалась сталь, которую я так ценил в нём. — Ты мог бы уйти в подполье. На время, пока всё не уляжется.

— Нет. Если я исчезну, это станет явным признаком вины. Вальдемар начнёт искать меня ещё активнее, и тогда пострадают все, кто был связан со мной. Гильдия, ты, Астрид. Я не могу этого допустить. Я должен оставаться на виду, делать вид, что ничего не происходит, и продолжать действовать в тени.

— Значит, продолжаем наносить точечные удары — в голосе Шея послышалась решимость. — Плюс я добавлю