Тренировочный день 1-17 - Виталий Хонихоев - Страница 206

206

змея и бросает яростный взгляд на Лизу Нарышкину. Краем глаза Виктор успевает увидеть, как Нарышкина убирает ногу с ноги Инны.

— В любом случае… — он предпочитает сделать вид что ничего не заметил. Внутренняя динамика группы Нарышкиной — тонкий механизм и лучше туда не лезть, если не понимаешь.

— Виктор Борисович! — тянет руку Яна: — так это правда? Ирия Гай с нами поедет⁈

— Да. К сожалению, это правда. — вздыхает он: — но у нас не было другого выхода.

— Виктор Борисович, а правда, что вы свою девушку с собой взяли? — спрашивает Оксана Терехова и он настораживается. Уж больно елейный голос у этой девчонки, а в глазах так и прыгают озорные чертики. В «квартете» Лизы Нарышкиной эта худенькая и невзрачная девочка на первый взгляд была самой неприметной и не выделяющейся. В то же самое время сама Лиза Нарышкина — живое воплощение советской «королевы класса», той самой, которая и одета лучше всех и отличница-комсомолка-спортсменка. В американских фильмах такие вот «королевы» обычно были капитанами группы поддержки и обычно встречались с капитаном команды футболистов. Родители у Нарышкиной были какие-то очень непростые, ее фамилию в школе с легким придыханием говорили и глаза закатывали вверх, со словами «ну вы же понимаете, кто у нее родители». Номер два в квартете — Инна Коломиец, яркая девушка с длинными и сильными ногами, легкоатлетка, выигрывала соревнования между школами, быстрая на язык и казалось не умеющая смущаться. И если на Нарышкину заглядывались, то по Коломиец откровенно сохли. Наверное потому, что Инна в отличие от Лизы — была проще и не излучала эту ауру холода и некоторой надменности. Номер три — Яна Баринова или «Барыня». Виктор знал что Яночка рано или поздно становится душой любой компании, принимая всех и каждого, помогая всем вокруг себя и озаряя будни светом своей души… хотя наверное он преувеличивает. Ведь сейчас она просто школьница. И тем не менее, даже в этом возрасте она — уже притягивает людей к себе, при этом становясь друзьями даже с теми, кто изначально ее терпеть не мог.

Четвертая же, Оксана Терехова — вроде как совсем не вписывалась в это «высокое общество». Не надо испытывать иллюзий, женская дружба штука беспощадная, а особенно — девичья. И если бы Оксана Терехова не соответствовала бы высоким стандартам группы — с ней бы не дружили. У нее не было высокопоставленных родителей, а обстановка у нее в доме описывалась на педагогических собраниях словосочетанием «не совсем благополучная». То есть на грани. В шаге от визита органов опеки. Одевалась Оксана всегда плохо. Нет, она ходила чистенькая и аккуратная, но все равно — будто бедная родственница. Спортивная форма была ей мала, а на ногах она носила кеды, хотя все девчата из квартета перешли на югославские кроссовки, а у Нарышкиной и вовсе американские были. И тем не менее Оксана Терехова была членом этой «Четверки Неуловимых Мстителей» или «Дворянского Гнезда» как порой их стали называть за глаза из-за наличия «Барыни-Боярыни». И из всех четверых «благородных девиц» она одна производила впечатления «барышни-крестьянки». Причем больше крестьянки, чем барышни. Тем не менее Оксана была очень начитанной, часто рассуждала очень по-взрослому, а после того эпизода с Негативом Виктор взглянул на нее совсем по-другому. Так что озорные чертики у нее в глазах он воспринял с настороженностью. Пусть Ксюша пока не совсем взрослая, но разве для змеи важен размер? Тут важно качество яда, а его в Тереховой было достаточно.

— Виктор Борисович… так значит вы свою девушку с собой взяли? Всех своих девушек? — серьезно спрашивает Оксана Терехова и поворачивается к своим подружкам: — а вы слышали анекдот про то, как одна женщина перед смертью призналась своему мужу в том, что она изменяла ему лишь два раза — первый раз с футбольной командой, а во второй — с симфоническим оркестром! Вот я и думаю…

— Терехова! — всплескивает руками Лиза Нарышкина: — а ну рот свой закрой поганый!

— Это будет очень долгая поездка. — вздыхает Виктор: — так я о чем, девушки. Насчет алкоголя…

Глава 15

Поездка до летнего лагеря заняла два с половиной часа, если вместе со сборами, то все три. Так что по приезду и заселению в корпуса согласно древнему принципу «мальчики налево, девочки направо» у них осталось всего два часа до обеда.

Сам по себе «Орленок» ничем таким особенным от прочих летних пионерских лагерей не отличался, был расположен на берегу небольшого озера с официальным названием «Артейское», в то время как местные называли его Утиным. Рядом же протекала и небольшая речушка, впадающая в это озеро. Перед озером был песчаный пляж, плавно переходящий в покрытую травой поляну. На этой поляне и были расположены корпуса «Орленка», а чуть поодаль начиналась полоса деревьев. Между корпусами были протоптаны дорожки, спортплощадка и небольшой плац были залиты бетоном.

Встречал их заведующий «Орленком», высокий мужчина средних лет с орлиным профилем римского императора, достойным быть выбитым на золотых монетах. Римского императора летнего лагеря звали Анатолием Сергеевичем, и он радушно приветствовал всех.

Он разместил девчонок в большом третьем корпусе с душем и туалетом. Школьников было примерно поровну — шесть девушек и шесть парней, а вот женская волейбольная команда изрядно прибавляла перекосу в гендерном плане — десять человек. Так что женская вотчина оказалась самой большой — третий корпус был в состоянии вместить тридцать человек, туда же были заселены и Маргарита Артуровна вместе с Альбиной Николаевной. Парням же из класса достался гостевой домик на шесть персон. В связи с этим Виктора поселили одного в пустующем четвертом корпусе. Рядом с гостевым домиком, чтобы из окна контролировать парней.

Вместе с заведующим бегали и суетились две женщины — одна постарше, полненькая, как выяснилось — местная завхоз, Тамара Павловна. И вторая — молодая девушка с веснушками по всему лицу и короткой прической. Звали ее Ирина, она была старшей вожатой. Кроме них в лагере уже были отдыхающие, все-таки «Орленок» был рассчитан почти на пять сотен мест.

— В связи с печальными событиями прошлого сезона. — так сказал Анатолий Сергеевич, показывая Виктору его расположение в

206