Тени яблоневой аллеи - Дарья Александровна Калинина - Страница 17

человека идеального. А вы попробуйте любить такого, который весь состоит из недостатков.

– Но все-таки, чем занимается ваша любовница?

– У меня нет любовницы.

– А вот Виолетта утверждала, что у вас роман на стороне. Потому-то она и сбежала на дачу. И развестись тоже собиралась из-за вашей измены ей.

– Ей показалось. Никакой измены не было. Было легкое мимолетное увлечение, которое вполне простительно. Виолетта и сама не без греха. Мы с ней вращались в обществе людей весьма интересных во многих отношениях, неудивительно, если иногда между ними и нами проскальзывала искра. Но мы с Виолеттой еще смолоду условились: какими бы ни были пылкими чувства к другим, наш с ней союз нерушим. Мы могли позволить себе слегка увлечься, но каждый из нас помнил, что наш брак – это навсегда! Я это знал, Виолетта тоже знала, все в мире могло рушиться и лететь в тартарары, но узы нашего брака были священны!

Ишь, как разгорячился! Щеки горят, глаза сверкают. Даже про вареную морковку в своей тарелке совсем позабыл. Оленька смотрела на выпячивающего грудь мужчину и думала, интересно, а Виолетта точно так же верила в святость и нерушимость их брачного союза или у нее было какое-то свое отдельное мнение на сей счет?

Глава 6

К себе домой Оленька тем вечером вернулась в состоянии глубокой задумчивости, которая с наступлением следующего дня никуда не исчезла. Она выпустила петушков на прогулку, дала им вволю воды и корма и, убедившись, что с ними все в полном порядке, убыль в их рядах не испортила настроения оставшимся, все исправно клюют зерно и дробленку, отправилась к своим подругам за советом.

Светлана с Катюшей уже завтракали. Ну то есть как завтракали – жевали замоченную с вечера овсянку, к которой в качестве подсластителя предлагались ягоды крыжовника. На полную ложку овсянки сверху клали ягодку крыжовника. Без сахара! Также на столе стояла мисочка с чем-то белым, по всей видимости, сквашенным козьим молоком.

– Приятного вам аппетита.

Катюша подняла на нее глаза, в которых застыло безмолвное страдание. Адепт здорового питания Светлана не сдавалась, надеясь обратить в свою веру и своих подруг. Катюше, которая жила у Светланы и потому во многом была от нее зависима, не оставалось ничего другого, как следовать предписанному подругой режиму питания. Оленька жила сама по себе, а потому позволяла себе вольности, но Светлана не теряла надежды, что однажды и она ощутит прелесть правильного питания.

– Садись с нами, позавтракаешь, – пригласила она.

– Спасибо, не хочется.

– Хотя бы ягод попробуй.

– За это спасибо!

Крыжовник у Светланы и впрямь удался на славу. Оленька удивлялась. У нее самой кусты стояли безупречно подстриженные, на земле под ними не росло ни единого сорняка, но ягод на ветках все равно было мало, и они были мелкими. А у Светланы кустов крыжовника за сорняками почти не видать, но там среди сережек крапивы прятались необычайно крупные, сочные и сладкие ягоды. Когда их срывали, то можно было перепутать и подумать, что это вовсе и не крыжовник никакой, а алыча.

– Не откажусь от угощения.

Оленька положила в рот одну ягодку и плотно стиснула зубы. Раздался хлопок, и в рот немедленно хлынул прохладный освежающий сок. Шкурка на ягодах была тонкой, она почти не чувствовалась. А внутри была восхитительная сочная мякоть с необычайно приятным и богатым вкусом. Ягоды уже начинали переспевать, некоторые полопались прямо на кустах, и у них появился характерный винный аромат.

– Как тебе удается растить такую вкуснятину, не понимаю.

– Главное – это не мешать природе. Разве я не давала тебе свой сорт?

Оленька кивнула головой.

– Давала. И я его даже посадила.

Вот только при заботливом уходе саженец того же сорта, что процветал у Светланы, у Оленьки на участке выглядел совсем не так роскошно. Да что уж там говорить, хиловатенько он выглядел. Плюгаво. Совсем не так, как полагалось выглядеть кусту. Светлана утверждала, что Оленька слишком о нем заботится и своей заботой слишком часто тормошит крыжовник, который вообще, по мнению Светланы, не нужно лишний раз трогать.

– Весной сухие, больные и старые ветки обрежь и забудь про него до осени, когда придет время собирать урожай. Поливать его не надо, в нашем климате ему с избытком хватает той влаги, что льется с неба в виде дождей.

– А как же вредители? Болезни?

Светлана лишь философски пожимала плечами. Такие вопросы были выше ее понимания. Но как ни странно, предоставленный сам себе крыжовник отлично справлялся с проблемами в одиночку. Ну а кто из кустов не справлялся, тот отправлялся в специальный крыжовниковый рай, Светлана этому никогда не препятствовала.

– Если кто-то из растишек хочет загнуться, никогда не нужно ему в том мешать. Будешь его умолять, пляски вокруг него плясать, силы потратишь, и все равно растение поступит по-своему.

В итоге все те растения, кто выжил и принял предложенные Светланой условия игры, процветали и радовали глаз без всякого ухода с ее стороны. Все неженки и строптивцы исчезли, остались лишь самые стойкие и неприхотливые надежные верные друзья.

– А как твои петушки сегодня поживают?

– Выглядят прекрасно. Убыли среди них не наблюдается. Пересчитала, проверила, все на месте.

– Ты выпускала на ночь Калачика? Он сторожил?

Оленька покачала головой. В задумчивости она черпала одну ложечку за другой из миски с чем-то белым, что оказалось козьим йогуртом. Густой, с богатым сливочным вкусом, он так понравился Оленьке, что она незаметно ополовинила мисочку. Очнулась она лишь после того, как ложка коснулась дна.

– Ой, извините!

– Не переживай, этого добра у нас навалом.

И на столе появилась трехлитровая банка с тем самым понравившимся Оленьке йогуртом. Катюша одобрительно причмокнула, она тоже любила йогурт, и рассчитывала, что в присутствии гостьи ей будет позволено взять себе дополнительную порцию. Ласточка и Ночка – взятые весной в хозяйство козы, обе верно служили Светлане. Одна доилась все лето, а вторая собиралась начать заниматься этим уже на следующий год, ближе к маю.

Катюша проворно заработала ложкой, в промежутках между глотками шумно радуясь хорошим новостям.

– Смотрите, что получается! Нашей поэтессы в поселке нету, и порядок восстановился. Все петушки в целости и сохранности. Она это, девчонки, их воровала, точно вам говорю!

Но Оленька лишь отмахнулась:

– Честно говоря, мне нынче не до моих петушков.

– Из-за Виолетты переживаешь? – догадалась Катюша. – Интересно мне знать, зачем она тебя оговорила?

– Не думаю, чтобы она сделала это специально. Просто так получилось. Она получила удар по голове, а первой, кого увидела, очнувшись,