Темная сторона равновесия - Ксения Солар - Страница 14

Глава 6. Столкновение

Утро встретило Еву сухим, рассеянным светом, пробивавшимся сквозь плотные шторы. В квартире стояла непривычная тишина. В воздухе витал густой аромат свежесваренного кофе, поджаренных тостов и тяжёлый шлейф цветов.

Ева вышла из спальни осторожно, всё ещё чувствуя отголоски ночной дрожи в мышцах. Вчера она долго не могла заснуть — лежала, смотрела в потолок и слушала, как за окном проезжают редкие машины. Каждый раз, когда внизу хлопала дверь подъезда, она вздрагивала. Ждала, что это Артур вернётся. И одновременно боялась этого.

На кухонном острове стоял огромный, идеальный букет алых роз. А за плитой, в белоснежной рубашке с засученными рукавами, стоял Артур. Заметив её, он мгновенно отставил лопатку, вытер руки полотенцем и сделал шаг навстречу. В его глазах не осталось и следа вчерашнего бешенства — только глубокая, искренняя, почти детская растерянность и виноватая мягкость.

Ева остановилась. Посмотрела на цветы, на омлет, на его засученные рукава, и внутри что-то сжалось. Она видела этот спектакль столько раз, что уже не помнила, когда поверила в него впервые. Может, в самом начале. Может, никогда.

— Ева… — тихо произнёс он, не пытаясь сократить дистанцию слишком резко. — Ты встала. Я приготовил твой любимый омлет.

Ева замерла у края стола, непроизвольно сжав пальцы в карманах халата. Вчерашний ужас, когда его тяжёлая ладонь зависла в сантиметрах от её лица, всё ещё стоял перед глазами. Рука сама поднялась и коснулась щеки. Кожа была целой. Но Ева всё равно почувствовала, как к горлу подступает тошнота.

— Артур, вчерашнее… — начала она, и голос прозвучал глуше, чем она хотела.

— Вчерашнее было ужасной, катастрофической ошибкой, — перебил он, глядя ей прямо в глаза с такой болью, словно пострадавшей стороной был он сам. — Я не спал всю ночь. Ездил по городу, не мог найти себе места. Ева, я клянусь тебе, я сам себя испугался. Я никогда в жизни не поднимал руку на женщину. Ни-ког-да.

Он сделал осторожный шаг, опустился на край стула напротив и взглянул на неё снизу вверх. Ева смотрела на его красивое лицо и ловила себя на страшной мысли: а вдруг он правда не спал? Вдруг, правда ездил по городу и корил себя? Вдруг это действительно был просто срыв, а не то, чем она теперь боялась это считать?

— Но ты должна понять и меня, — его голос понизился до доверительного, мягкого шёпота, и Ева почувствовала, как внутри дрогнуло.

— Ты в последнее время стала чужой. Уходишь в себя, закрываешься, задерживаешься до полуночи, смотришь на меня как на постороннего. Я просто сошёл с ума от мысли, что теряю тебя. Ты… ты сама, не замечая этого, подтолкнула меня к этой грани своей отстранённостью. Я испугался, Ева. Моя реакция была дикой, но это всё от безумного страха тебя потерять.

Ева молчала. Слова ложились на неё, как тёплое одеяло, и где-то глубоко внутри шевельнулось знакомое, отравляющее чувство вины. «А что, если он прав? — проскользнула мысль, и от неё стало стыдно. — Я ведь действительно стала чужой. Действительно отдалилась. Скачала этот архив, встречалась с Громовым на парковке, держу в сумке флешку… Может, его нервы просто не выдержали? Может, я и правда довела его до этого?»

Она опустила глаза. Артур, уловив едва заметный расслабляющий выдох, мгновенно сменил тактику. Он поднялся, подошёл ближе и осторожно накрыл её ладонь своей. Ева не отдёрнула руку.

— Давай забудем эту кошмарную ночь, — мягко прошептал он, заглядывая ей в лицо. — Нам нужно держаться вместе. Особенно сегодня. Мне нужна твоя помощь, Ева. Без тебя я просто не справлюсь.

Ева подняла взгляд.

— О чём ты?

— Сегодня вечером решается судьба одного из крупнейших контрактов холдинга, — Артур собрался, его тон стал деловым. — Назначена закрытая встреча с управляющей крупной сетью ночных клубов и премиальных заведений — Мариной Воронцовой. Жёсткий, въедливый человек. Финансовую структуру сделки она будет просвечивать до копейки.

Он сжал её пальцы чуть сильнее, посмотрел с надеждой.

— Воронцова требует, чтобы на встрече присутствовал главный аудитор, который лично ручается за чистоту балансов. Если ты будешь рядом и подкрепишь своими цифрами мои слова, она подпишет договор. Ева, это ключевой этап. Для нас обоих. Ты пойдёшь со мной?

Что-то было не так. Ева не могла объяснить что именно. Просто чувствовала кожей: это не просто просьба о помощи. Но Артур посмотрел так честно, что она постаралась отогнать эту мысль.

— Артур, я не готова сегодня к сложным переговорам, — произнесла она, пытаясь высвободить ладонь. — Я не видела документов по объектам Воронцовой. И после вчерашнего…

— Детка, ну какие документы? — Артур мягко, но настойчиво перехватил её руку двумя ладонями, не дав отступить ни на сантиметр. Он улыбнулся своей самой обаятельной, открытой улыбкой, в которой не осталось и тени утренней вины.

— Ты же у меня гений. Тебе достаточно взглянуть на сводку перед входом. К тому же Воронцовой важен не столько сухой отчёт, сколько твой статус. Ты — лицо нашей финансовой безопасности. Твоё присутствие рядом со мной — это лучший знак прозрачности для её юристов.

Он наклонился и едва коснулся губами её виска. Ева закрыла глаза, и в груди у неё шевельнулась тихаяжалость — такая, какую испытывают к человеку, который сам не видит, как глубоко он заблудился

— Пожалуйста. Сделай это для нас. Закроем этот контракт, и я обещаю: мы сразу улетим на пару недель к морю. Только ты и я.

К восьми вечера они подъехали к трёхэтажному зданию без вывесок и неоновых огней, спрятанному в глубине исторического центра. Вход с тёмного переулка обозначали лишь двое охранников в строгих костюмах и тяжёлая литая дверь.

Ева была в своём привычном строгом стиле: графитовый брючный костюм свободного кроя и тёмный вишнёвый маникюр, контрастирующий с бледной кожей. Артур уверенно кивнул секьюрити, и их пропустили внутрь.

Едва шагнув за массивную дверь, Ева поняла: это место не имело ничего общего с привычными ночными клубами, где гремит бас и толпится молодёжь.

Здесь царил приглушённый, почти интимный полумрак, разбавленный густым янтарным светом и запахом дорогого табака, селективного парфюма и выдержанного алкоголя. На нижнем уровне в мягких кожаных креслах сидели люди, чьи лица Ева не раз видела в экономических новостях. Крупные бизнесмены, чиновники, влиятельные фигуры города. Но рядом с ними, за соседними столиками, совершенно свободно располагались совсем другие персонажи: мужчины с тяжёлыми, сканирующими взглядами, характерными шрамами и выправкой людей, привычных к оружию. Чины синдиката, местный криминалитет и высший эшелон власти уживались здесь в странном, молчаливом симбиозе.

Это была территория теневых сделок, где