Такая работа - Борис Валерьевич Миловзоров - Страница 2
2
– И что у нас плохого? – спросил Попов.
– Игорь, Сусик твой совсем обнаглел!
– Приду и дам в тыкву. Надоел!
– Не надо, нажалуется, только повод дай. Я его завтра к Валую отправлю дневалить. А где Янченко?
– В санчасти, – Попов усмехнулся, – у него же мозоль.
– Распустил ты их!
– Так на меня всех балбесов из призыва повесили! Что я им, папа?!
– Я тоже в мамы не нанимался.
Старшина умолкнул, вздохнул и вытащил из пачки новую сигарету. Карпов покачал головой:
– Занятно. И что, так и не справились с этими «бездельниками»?
Воротников пожал плечами и закурил.
– Теперь это не моя забота.
– Как так? – удивился особист.
– Я вчера к командиру пришел, говорю: не могу я больше, скоро буду морды бить. А он говорит: не надо, и приказал рапорт написать. Я написал, полковник сказал, что решит эту проблему.
Карпов встал, пожал вскочившему следом старшине руку и быстро вышел из курилки. Воротников посмотрел ему вслед, почесал затылок и тихо спросил сам себя: «Может, я зря? …Зато на душе полегчало!» Он пустил вверх струйку дыма и улыбнулся.
Карпов вошёл в гостиницу и не удивился, увидев у входа дежурного, тот явно с ним хотел поговорить. Он остановился и впервые присмотрелся к нему: крепкий, приземистый парень с бычьей шеей и хитрым взглядом.
– Разрешите обратиться, товарищ майор? – спросил он, приложив руку к виску и воровато стрельнув глазами по сторонам. Карпов кивнул. – Я это, – парень запнулся, собираясь с духом, – хочу в особом отделе служить!
Особист внутренне усмехнулся, с такой просьбой мобилизованные не раз уже обращались к нему. И это понятно, всё лучше, чем под дронами на передовой бегать, но внешне майор виду не подал, лишь кивнул.
– Какая у тебя профессия, солдат?
– Пожарник! – гордо заявил дежурный.
– Как же ты здесь оказался? – удивился особист.
– После второго курса академический взял в колледже, денег на оплату не было!
Карпов с сомнением покачал головой, парень по возрасту никак не походил на бывшего школьника. Солдат это заметил.
– А восстановиться так и не смог, – торопливо пояснил он, – до мобпризыва работал на поливомоечной машине в Наро-Фоминске.
Карпов усмехнулся, вот заливает! У него вдруг возникла догадка, которую он мысленно посчитал вздором, но проверить её надо было немедленно.
– Какой номер твоей палатки? – спросил он.
– Тринадцатый.
Особист чуть не поперхнулся, надо же быть такому совпадению! Он достал из кармана блокнот:
– Фамилия, имя отчество?
– Поликарпов Андрей Викторович.
К исходу следующего дня Карпов традиционно зашёл к командиру учебного центра подготовки мобилизованных полковнику Васнецову. Они поздоровались, полковник выжидательно уставился на оперуполномоченного, тот усмехнулся.
– Всё в порядке, Семён Павлович, дежурный визит, так сказать.
Полковник облегченно улыбнулся:
– Тогда чайку, на дорожку, Игорь Васильевич?
– Нет, спасибо, поужинал. Я хотел совет дать, – полковник насторожился, а Карпов, благожелательно улыбаясь, продолжил: – По поводу «бездельников» из тринадцатой палатки.
У Васнецова вытянулось лицо: всё-таки подготовил плюшку опер! Полковник быстро взял себя в руки.
– Игорь Васильевич, стоит ли обсуждать такой пустяк?
– Это как посмотреть, Семён Павлович. Выпуск у вас через две недели, эти уедут, а дурная слава о «палате номер 13» останется. Так что вопрос не праздный, и чтобы он не портил статистику, вы запросите у командования округа подполковника Хабриева к себе на недельку.
– Султана?! Он же должен забирать выпуск!
– Вот-вот, приедет пораньше, поработает с 13-й палатой, и будут они как шёлковые, гарантирую. Видел, как он с личным составом работает.
– Я тоже видел, а вот не додумался! Спасибо за совет!
Особист на эти слова Васнецова с улыбкой пожал плечами, мол, пустяки.
– Не за что, я дней через десять заеду.
Вечером в палатку № 13 вошёл Михаил Янченко, невысокий крепкий мужчина лет 35. Было время ужина, и он никого не ожидал увидеть, но в палатке на своей кровати лежал Акаткин и безучастно смотрел в потолок.
– Сусик, ты пропустил ужин?! Заболел, что ли?
– Нет, просто грущу. Болеть завтра буду.
Янченко удивился и присел на соседнюю кровать, Акаткин повернул к нему голову:
– Миша, а ты чего на ужин не пошёл?
– Потому как накормлен и обласкан. А ты поголодать от грусти решил?
– Мне ребята принесут, – Сусик вздохнул. – Везёт тебе, Миша!
– Да что у тебя стряслось?
– Старшина меня к Валую дневалить на завтра определил.
– Ха! Подумаешь.
Янченко встал и направился к своей кровати, Акаткин сел на своей и сказал с обидой:
– У Валуя автопарк мести надо, мыть машины, мастерскую чистить. Ужас!
Янченко с наслаждением вытянулся на своей кровати и безжалостно усмехнулся:
– Ты же наверняка филонил опять? Вот и получил.
– А с тебя всё как с гуся вода!
– Ничего, жизнь и до меня доберется, главное, не унывать и не забывать про серп и молот. – Сусик недоуменно уставился на товарища и Янченко пояснил: – Серп и молот означают: коси и забивай. Понял? Всё, меня не тревожить!
На удивление Васнецова, подполковник Хабриев приехал к нему вечером того же дня, как он позвонил в округ.
– Здравия желаю! – отчеканил подполковник, войдя в кабинет.
Хабриев был портретом идеального офицера: спортивный, подтянутый, благородное лицо с тонкими чертами, глаза под широкими чёрными бровями, тёмные и пронзительные, упрямые губы. Васнецов был ему откровенно рад, вышел из-за стола, тепло пожал руку:
– Султан, здравствуй, дорогой! Садись, спасибо, что приехал пораньше. Как это тебя отпустили так быстро?
– С радостью. Я там всем уже надоел просьбами отправить меня в войска.
– Тогда сразу поговорим о деле, – Васнецов достал из стола тонкую папку, положил перед полковником. – Вот, почитай, а я пока чаю организую.
Хабриев прочитал рапорты от старшины Воротникова и трех преподавателей военной подготовки. Все жаловались на «бездельников» из 13-й палаты.
Через некоторое время офицеры пили чай и разговаривали.
– Что скажешь, Султан? Ты же здесь до меня три месяца служил, всех знаешь, есть соображения?
Хабриев кивнул и сделал короткий глоток из чашки. Он всегда пил чай не просто аккуратно, а с неким особым шиком, сходным с японской церемонией.
– Есть соображения, думаю, справлюсь. Только мне на несколько дней нужен прапорщик Валуй, средняя войсковая палатка и грузовик.
– Всё будет! – заулыбался Васнецов. – Ты, главное, сделай из «бездельников» нормальных солдат!
На излёте ночи перед палаткой № 13 появился могучий прапорщик Валуй Марк Иваныч, прислушался. Изнутри доносился дружный храп. Валуй вошёл внутрь и зычно заорал: «Подъём, тревога!» В ответ сразу несколько сонных голосов послали «идиота» далеко и надолго. Этого прапорщик стерпеть не смог. Он выдернул из ближайшей кровати худого парня – Костю Скильдеева по кличке Курчавый, встряхнул его и поставил на ноги.
– Предупреждаю, – заревел он, – кто через пять минут не встанет в строй, идёт дневалить ко мне в автопарк! На неделю! Всем вам, «бездельники», дело найду!
Угроза моментально подействовала, по центру легенды ходили про наряды в автопарке. Бойцы, не успев разлепить веки, начали вскакивать с кроватей и торопливо одеваться.
Скоро перед палаткой построилась
- Предыдущая
- 2 / 63
- Следующая