Свет для Звёзд - Romancer - Страница 25

за то время, пока они поймут, что вы просто необстрелянные щенки, надеюсь, успеет подойти реальное подкрепление.

Он замолчал. Канал отключился. После этих слов каждый из нас ещё сильнее погрузился в свои мрачные мысли. Я совершенно не знала, чего ожидать, но внутри всё сжалось в тугой ледяной комок.

Буквально через десять минут в капсуле надрывно взревел зуммер боевой тревоги. А ещё через несколько секунд нас с чудовищным ускорением выстрелило из чрева десантного корабля в сторону планеты, как и сотни других таких же стальных «капель».

Глава 6

Начались просто невыносимые перегрузки. Я крепко зажмурила глаза и до побеления костяшек вцепилась руками в страховочную дугу. Нас начало трясти так, словно капсула попала в гигантскую бетономешалку. Приоткрыв глаза, я скользнула взглядом по визору шлема и похолодела: слева в интерфейсе разом потухла добрая половина зеленых иконок нашего взвода. Единственное, что это могло означать, – их капсулы сбили прямо на орбите, и этих ребят уже нет в живых.

Внезапно с оглушительным, закладывающим уши рёвом включился тормозной двигатель. Спустя три бесконечно долгих секунды капсула со всей дури воткнулась в грунт. От жесточайшего удара страховочные рамы автоматически отстрелились вверх, больно ударив меня по пальцам. Я кубарем вывалилась из кресла на рифленый пол, инстинктивно хватая свою винтовку. В этот же момент сработали пиропатроны на креплениях двух массивных бронестворок. Они отлетели от капсулы метров на пять и тяжело, боком вонзились в рыхлую землю. Мы тут же, словно испуганные тараканы, ломанулись под их защиту.

А снаружи творился кромешный ад.

С затянутого дымом неба, как гигантский метеоритный дождь, на планету падали десантные капсулы. Их корпуса пылали от бешеного трения об атмосферу. То и дело высоко в воздухе расцветали ослепительные вспышки взрывов, а небо исполосовали жирные синие росчерки крупнокалиберных зенитных лазеров, которые вели плотный заградительный огонь по десанту.

Даур, наш командир, решил разведать обстановку. Он чуть приподнял голову над краем укрытия и тут же безжизненным кулем рухнул обратно. Только вместо верхней части головы, прямо над воротником брони, дымились обгоревшие ошмётки плоти и расплавленного композита. Меня чуть не вывернуло наизнанку.

Я шла седьмым номером в отделении. Как только иконка Даура на моём визоре мигнула и стала пепельно-серой, у меня перед глазами тут же развернулся расширенный тактический интерфейс. Система автоматически передала мне полномочия – в эту секунду я стала командиром отделения.

С момента высадки прошло меньше двух минут, а нас осталось всего четверо.

Я тут же переключилась на командирский канал и, перекрывая грохот разрывов, срывающимся голосом заорала в микрофон:

– Я два-один-два! Я два-один-два! Нахожусь под плотным огнём противника, зажаты за баррикадой! Нужна поддержка!

Я повторила это раза три, судорожно вжимаясь шлемом в землю, прежде чем сквозь треск помех мне ответили:

– Не кричи, Ласточка! Это Тууран. Бежим к вам, справа от вас на три часа. Дайте двадцать секунд, отвлеките их!

– Да я даже не вижу, кого отвлекать! – в панике выкрикнула я. – Но ладно, поняла!

Я тут же повернулась к своим выжившим ребятам:

– Сейчас поднимаем оружие над головой и ведём плотный заградительный огонь в сторону противника, прямо вслепую! Раз, два, три!

И мы открыли огонь, высаживая заряды что есть силы, просто выставив стволы из-за края бронестворки. Винтовки заскулили, разгоняя электромагнитные болванки. Буквально через пять секунд с правой стороны, сквозь грохот боя, прорезался высокий свист десятков встречных выстрелов – кто-то открыл шквальный огонь во фланг той позиции, куда палили и мы. Походу, это Тууран со своими подоспел.

Я закинула винтовку за спину, рывком перепрыгнула через укрытие и тут же снова рухнула на живот, по-пластунски вжимаясь в выжженную землю. До позиции противника оставалось метров двадцать-двадцать пять. Оттуда в сторону отделения Туурана непрерывно летели плазменные сгустки и пули, враги полностью сосредоточились на них, забыв про нас.

Я проползла метров десять, глотая едкую пыль. Судорожно сорвала с тактического пояса две гранаты, большими пальцами вдавила активаторы и, размахнувшись не вставая, закинула их прямо за бетонную плиту, откуда вёлся этот шквальный огонь.

Оттуда донёсся какой-то гортанный крик, а секундой позже грохнул мощный сдвоенный взрыв, от которого содрогнулась земля. Я резко сорвала винтовку со спины, вскочила и, пригнувшись, бегом рванула к этой стене. Тут же по бокам от меня выросли фигуры Римы и Лома. Добежав до расколотой плиты, мы закинули за неё ещё одну гранату для верности. Как только громыхнуло и полетела бетонная крошка, мы ворвались на позицию.

То, что мы там увидели, даже фаршем назвать было нельзя. Просто жуткие брызги разных цветов на закопчённом бетоне. И красные, и синие, и какие-то мутно-зелёные. Меня едва не стошнило прямо в шлем.

Тут же справа раздался крик по открытому каналу:

– Ласточка, это свои, не стреляй!

И из-за дымовой завесы, выстроившись клином и грамотно прикрывая друг друга, к нам перебежками ринулись бойцы. Это был Тууран со своими уцелевшими ребятами. Сзади, тяжело дыша, подтянулся Шило. Когда мы все сбились в кучу за укрытием, начали быстро соображать, что делать дальше.

Я повернулась к низкорослому командиру:

– Далеко ваша капсула?

– Метров двести, в той стороне. – он махнул рукой.

– Я предлагаю занимать оборону здесь. Ставим мины в круг. Нас вроде достаточно, круговую оборону удержать сможем. Что думаете?

– Если честно, вариант неплохой, но лучше во-о-он то здание. – Тууран ткнул пальцем сквозь пелену дыма.

Я присмотрелась. И правда. Приземистое, на вид очень прочное бетонное двухэтажное здание. С нашей стороны зияли провалами по три окна на каждом этаже. Надо полагать, с обратной стороны их как минимум столько же. Идеальная огневая точка.

– Хорошо, идея принимается. Заходим жёстко. Если внутри чисто, занимаем оборону. Пока стрелки держат сектора в окнах, другие минируют подходы нашими ПМЛ-22 по кругу, на расстоянии ста метров от стен. Погнали!

И мы рванули к зданию короткими перебежками, прикрывая друг друга. Ворвались внутрь, вышибив хлипкую дверь. Всё, что мы там нашли, – это в хлам бухого арестанта в грязной робе, который попытался поднять на нас какой-то ржавый пистолет. Лом обнулил его коротким импульсом прямо на месте, даже не сбавляя шага.

Быстро распределились по этажам и заняли круговую оборону, взяв окна на прицел. Шило, Лом и двое парней из отделения Туурана тенью выскользнули наружу расставлять прыгающие мины. Минут через сорок они благополучно вернулись, заблокировали входы, и мы начали просто ждать.

Это липкое, нервное ожидание боя пропитывало