— Спросил, как дела, где учусь. Ну и я поинтересовалась, чем занимается, не женился ли. «Конечно», — ответил. Я вначале не поверила, шутить начала, а Макс: «Вот, жена рядом», — и показал за плечо на хрупкую девушку с длинными чёрными волосами. Тогда я и заметила у Макса обручальное кольцо на безымянном пальце. Поняла — он не шутит. Троллейбус подъехал к следующей остановке, Макс попрощался и вышел вместе с ней.
— Это Лена, — подтвердила Катя. — Он тогда весь городок шокировал. Встречался с красавицей Светой и вдруг женился на её подруге — серой мышке Лене.
— А почему? — Мариша коснулась Катиной руки.
— Да там тёмная история. Я разные сплетни слышала. Говорили, что Светка от него сделала аборт, вот он и бросил её, а потом словно назло женился. А что случилось на самом деле, это только Макс и знает. Но от него правды не добьёшься.
Фонарь, мимо которого они шли, мигнул и неожиданно погас, словно тоже решил спрятать какую-то тайну.
— Вокруг Макса всегда тёмные истории… — вздохнула Мариша. — Как и та самая, что случилась после Нового года, до армии.
Неожиданно Катя остановилась, посмотрела на Маришу в упор и сказала, повысив голос:
— Макс ни в чём не виноват!
— Так он сам говорил, что ему светит срок… — Мариша споткнулась, растерянно посмотрев на Катю.
— Хочешь, я тебе расскажу, как было? Я здесь родилась и живу среди этих людей. И, поверь, сплетни от действительности отделила давно.
Мариша кивнула.
— Знаешь, в чём проблема Макса? — Катя перебирала кончик косы. — Он друг, каких поискать.
— А это тут при чём?
— Нет, я лучше по порядку, — остановила себя Катя. — Ты только не перебивай.
— Ладно…
Допив воду, Мариша закрутила бутылочку, сжав её в руках.
— Во-первых, не было никакого принуждения, всё происходило по согласию. Во-вторых, Макс Зинки даже пальцем не касался.
Мариша уставилась на Катю широко раскрытыми глазами.
— Дёма и Чиж с Зинкой обо всём договорились в клубе ещё в новогоднюю ночь. Ванька попросил, и Макс на своём мотоцикле привёз Зинку, а потом сразу домой уехал.
Мариша качнулась на месте. Сделала шаг назад и почувствовала, как каблук проваливается в ямку. Ещё чуть-чуть — и она бы упала, но Катя успела ухватить её за руку.
— А зачем Зинка заявление написала на всех? — чуть слышно произнесла Мариша.
Катя скривилась:
— Чтобы денег заработать.
— В смысле? Я ничего не понимаю… — Мариша открутила крышку бутылки, но, осознав, что та пустая, закрутила назад.
— Сейчас поймёшь… — Катя поправила резинку. — Так вот. После проведённого с Зинкой времени парни пришли к Максу и рассказали ему все подробности. А через час явилась она и заявила, что с них кругленькая сумма, если не хотят сесть в тюрьму по серьёзной статье. И время у них до полуночи.
— Подожди. — Мариша опустилась на скамейку, возле которой они остановились. — Сама отдалась, а потом денег потребовала? Как такое возможно?
— А вот так! — Катя села рядом. — Пацаны посмеялись и выпроводили её. А она среди ночи пришла зарёванная в отделение милиции и написала заявление.
— А почему тогда во всём обвинили только Макса?
— А здесь и начинается самое интересное, — вздохнула Катя. — Он сам заявил, что это дело его рук.
— Зачем?
Хотя ночь и была тёплой, Маришу стал бить озноб.
— Друзей прикрывал. Дёма и Чиж были в краткосрочном армейском отпуске. Из-за этого обстоятельства им бы дали по максимуму. Без шансов на снисхождение.
— А Ваня?
— А этот, — Катя зло пнула ногой маленький камешек, — утверждал потом, что побрезговал прикасаться к Зинке. А мог поступить как Макс. Да только он трусливый и с гнильцой. Подставить или заложить — для него вообще никакой проблемы не составляло. Главное — выйти из воды сухим.
Стащив с ноги туфельку, Мариша смотрела на веселящуюся на площади молодёжь. Только видела перед собой измученное лицо Макса и довольное — Ваньки.
— Я друга Макса долгое время считала порядочным… Но если вспомнить тот единственный раз, когда Ваня увязался меня провожать… — Мариша задумчиво крутила в руках пустую бутылочку. — Он пытался меня соблазнить, но не вышло.
— Ну, вот видишь! А получилось бы — покрутился бы рядом с тобой в клубе, а потом бы Максу расписал в красках даже то, чего не было. Но не о нём разговор, а о Максе. — Катя отбросила косу за спину. — Всех отправили по домам. Его держали в отделении два дня, а потом отпустили, взяв подписку.
— И в милиции ему поверили? — Мариша сморщила нос.
— Насколько я знаю, то не очень. Там тоже не дураки работали. Но репутация и факты были против Макса. К тому же Зинку с ним соседи видели. Подтвердили, что она вечером на мотоцикл к нему садилась. Плюс он всё знал со слов друзей.
— А экспертиза…
— Какая экспертиза в нашем захолустье? — Катя махнула рукой. — Виновный есть — дело раскрыто.
Мариша молчала, потрясённая услышанным.
— Дёма с Чижом спокойно уехали, — продолжила Катя. — Через месяц, когда мама Макса заплатила Зинке, та забрала заявление, и дело закрыли.
— И никто не знал, что она всё специально…
— Ну почему? Молодёжь была в курсе, — перебила Маришу Катя. — Так некоторые девчонки себе на шмотки зарабатывали. Главное — дурака с деньгами найти. А среди всех в той истории только семья Макса имела средства.
— Артист погорелого театра, — прошептала Мариша. — Значит, молодёжь знала, а взрослые думали, что это он во всём виноват.
— Именно.
— Но это всё со слов пацанов, а Зинку кто-нибудь спросил?…
У неё, взрослой женщины, и сейчас в голове не укладывалось, как эта Зинка могла так поступить. А тогда поверила ли бы Мариша, скажи ей кто-нибудь о таком?
— Не только спросили! Она сама по «секрету» хвасталась, как всё было.
Катя замолчала, а из груди Мариши вырвался вздох.
— Правильно говорил Ваня. Если бы я была с Максом, то с ним бы ничего не случилось…
— Эй! Подружка, ты не вздумай сейчас себя в чём-то корить, — перебила её Катя.
— Но это так! — Мариша невольно повысила голос.
— Нет! Ничего бы от этого не изменилось, — Катя грустно покачала головой.
— Но мог быть шанс, что он не поехал бы за Зинкой… — Мариша с надеждой посмотрела на Катю.
— В том-то и суть, что Макс — друг. Мотоцикл был только у него. Попросили — привёз. Это раз. А два — будь вы вместе или нет, он бы в любом случае сделал всё, чтобы спасти друзей, — развела руками Катя.
Мариша посмотрела на купальский костёр. Пламя пожирало последнее, что от него осталось.