Станция Степная - Владимир Дмитриевич Цыбизов - Страница 11

товарища и полез на овечку – паровоз марки «ОВ». Вася молча следил за его действиями. Между тем Коля забрался в будку и принялся выламывать из арматуры котла медную трубку. Выломав, он стал рассматривать ее: прямая ли?

Вася расхохотался.

– Смотри, выстрелит! Ты б еще кочергу взял. Действительно, трубка была так изогнута и скручена, что совершенно не годилась для самопала. Коля выбросил ее в окошко и взялся за другую трубку. На этот раз он не стал се выламывать, а принялся осторожно отсоединять от ниппелей, откручивая накидные гайки. Гайки были закручены очень крепко и не поддавались. Коля слез с паровоза, нашел костыли, опять забрался в будку и принялся откручивать гайки ударами костыля. Наконец он отсоединил трубку и показал ее Васе:

– Во, видал? Такой пистолет сделаю – ахнешь. На сто метров будет бить.

– Уж и на сто!..

– Поспорим?

– Кто спорит, тот ни копейки не стоит. Ладно, пойдем домой, – переменил разговор Вася.

Мальчики направились домой.

– Да, – вспомнил вдруг Вася, – где, ты говоришь, он доску отодвинул?

– А вон там, – указал Коля на забор трубкой. – А вот здесь, в канаве, он сидел, прятался.

– Может, он хотел перепрыгнуть канаву да и свалился в нее? – высказал предположение Вася.

– Нет, прятался, – уверенно заявил Коля. – В этом месте канаву можно легко перепрыгнуть.

– Легко?

– Конечно, легко.

– А вот и не легко.

– Хочешь, докажу?

– Докажи, попробуй, а я посмотрю. Чего ж ты, прыгай.

– И прыгну. Только ты тоже прыгай, идет?

Коля подтянул трусы, пригнулся – и побежал, отчаянно работая локтями. Вот он подбежал к канаве, взмахнул руками, с силой оттолкнулся…

В этом месте ровик имел в ширину не более двух метров, но, насколько он был глубоким, не было видно: дно канавы густо заросло лопухами, полынью и крапивой. Возможно, Коля перепрыгнул бы канаву в этом месте, но его подвела трубка: в момент прыжка она попала между ног. Коля вскрикнул и покатился кубарем прямо в канаву, на крапиву.

Вслед за ним, подстегиваемый страхом, легко перепрыгнул Вася.

– Мешок с трухой, тоже прыгать взялся! Вот как нужно прыгать.

Коле некогда было препираться с приятелем: надо было срочно выбираться из крапивы. Точно ошпаренный, он выскочил из канавы и с ожесточением принялся плевать на ладонь и растирать обожженные места. В довершение ко всему, падая, Коля ударился обо что-то твердое. Обо что же он ударился?

Коля посмотрел в канаву и под смятыми кустами полыни и крапивы увидел угол ящика. Постой-постой, так ведь это, кажется, тот самый ящик, который нес казах? Ну, конечно, тот самый!

Коля, мгновенно позабыв все свои несчастья, спрыгнул обратно в канаву и ухватился за ящик. Вася был уже рядом. Легко подняв ящик, они вынесли его наверх и положили у забора.

– Смотри, железом окован! – удивленно прошептал Вася, проводя пальцем по крышке ящика. – Все равно как сундучок, и даже ручки по бокам. Интересно, что там внутри?

– А вот сейчас посмотрим, – пробормотал Коля, пытаясь открыть крышку. Но та не поддавалась. И нигде не было видно запора. Как же он открывается, этот ящик? Наверно, какой-нибудь потайной запор имеет…

Случайно Коля нажал на одну из металлических полосок, и она ушла в крышку. Коля убрал руку – полоска стала на свое место.

– Секретный запор! – восхищенно воскликнул Вася. – Поднимай крышку, теперь она откроется.

Коля попробовал поднять крышку, но та по-прежнему не открывалась. Он ощупывал ящик и с одной, и с другой стороны, но у него ничего не выходило. Вот он нажал на железную полоску одной рукой, а другой потянул за край крышки. Неожиданно та приподнялась.

– Есть! – удовлетворенно произнес Коля и откинул крышку совсем. Ребята разом заглянули в ящик – внутри было пусто, если не считать множества перегородок из тонких планок, которые разделяли внутренность ящика на четырехугольные ячейки. Ячейки пусты. Что же в них находилось?

– Интересно, что здесь было? – задумчиво сказал Коля.

– А может, ящик так и был пустой? – заметил Вася.

– Казах не дурак тащить его с собой. Наверно, в карманы все переложил и унес.

– Заберем ящик?

– Сейчас?

– Да.

– Нет, сейчас нельзя, увидит еще кто-нибудь: ящик вон какой хороший. Мы его оставим пока здесь, а вечером придем и заберем.

– А чей он будет? – спросил Вася.

Коля подумал, посмотрел на приятеля, с тревогой ожидавшего ответа, и строго сказал:

– Общий, конечно. А если не хочешь, то мой будет.

– Нет-нет, хочу, что ты! – поспешил заверить Вася.

– А хочешь, возьми его весь себе, а мне дай твой самопал.

– Ишь ты какой хитрый: за половину ящика целый пистолет. Нет, так не пойдет.

– Не за половину, а за целый: ящик нашел я, тебе даю половину только так, по дружбе. А тебе паршивого самопала жалко за такой ящик. Еще товарищ называется…

Приятели спрятали ящик в канаве и пошли домой, так и не договорившись.

История с казахом очень заняла ребят. Кто он, этот казах? Наверно, шпион. Иначе отчего бы он стал прятаться от людей, скрываться среди паровозов? И этот ящик: уж очень подозрительный ящик, хотя и красивый с виду, прочный. Все это предстояло выяснить приятелям как можно быстрее. Но с чего начинать?

– Надо рассказать дяде Пете, – предложил Коля.

Вася неуверенно ответил:

– А… может, не надо?

– Почему?

– Так… Может, он совсем не шпион? Тогда мне попадет… за самопал… Да и не найдут его на кладбище, казаха. Он туда, наверно, больше и не придет.

Васька явно трусил. Колька не на шутку рассердился и зло спросил:

– А если это шпион, тогда что? Трус. Вот взорвет депо, тогда узнаешь. Да только поздно будет.

– Так уж и депо?..

– Ну, стрелки или еще чего-нибудь. Ну, расскажем?

Васька молчал. Колька подождал немного, а потом заявил:

– Ну и не надо, подумаешь. Я и сам расскажу дяде Пете.

И решительно свернул с дороги в сторону переезда. Васька раскрыл рот, хотел было что-то сказать, но в отчаянии махнул рукой, как бы говоря: «А, была не была!», и бросился следом.

…Телегин выслушал ребят с большим вниманием. Несколько раз переспрашивал их, уточнял приметы неизвестного человека, место потайного лаза в заборе и другое. А потом предупредил ребят, что они должны молчать об этом событии на кладбище, никому не рассказывать: ни родителям, ни друзьям или другим знакомым и незнакомым людям. Если же они еще что-нибудь узнают о казахе, то пусть немедленно бегут к нему.

Возвращаясь домой, приятели вглядывались во всякого встречного: а вдруг встретится их казах? Но каждый раз с разочарованием убеждались, что ошиблись. «Шпион» не попадался: ни на одном из встречных людей