Сплошная непредсказуемость - Кендалл Райан - Страница 43

и тянусь к бутылке вина.

— Пожалуйста, можем мы теперь поговорить о чем-нибудь другом? Расскажи мне про Дэйва. Расскажи про работу. Расскажи про что угодно.

Сэйди вздыхает, но сдается.

— Ладно. Но для протокола заявляю: я считаю, что ты ошибаешься в Крю.

— Принято к сведению.

— И я оставляю за собой право сказать «я же говорила», когда у вас все наладится.

— Принято к сведению.

Она пускается в рассказ о ребенке в больнице, который каким-то образом засунул в ухо детальку «Лего», и я позволяю себе смеяться, позволяю себе расслабиться, позволяю себе сделать вид, будто я уже не влипла по самые уши, гораздо глубже, чем когда-либо планировала.

Но позже, возвращаясь домой на такси, я думаю о том, что подруга сказала.

А что, если бы это могло стать настоящим?

И мне противно от того, как сильно я этого хочу.

Глава двадцать первая

НЕИЗВЕДАННАЯ ТЕРРИТОРИЯ

Крю

С Эмми что-то не так.

Я понимаю это в ту же секунду, как переступаю порог. В квартире тишина — ни музыки, ни стука кастрюль, ни веселого напевания из кухни. Свет приглушен. Мерфи сидит у закрытой двери ее спальни и жалобно мяукает.

— Эмми?

Ответа нет.

Я ставлю сумку, пока в голове один за другим проносятся возможные сценарии. Что-то случилось? Она ранена? Кто-то…

— Эмми. — Я стучу в ее дверь. — Ты в порядке?

Приглушенный стон.

— Я в порядке.

Она явно не в порядке. Я успел изучить ее достаточно хорошо, чтобы понимать, как звучит настоящее «в порядке», и это точно не тот случай.

— Можно войти?

Пауза. Затем: — Да.

Я толкаю дверь и вижу, что она свернулась калачиком в самом центре кровати, завернувшись примерно в семь одеял, хотя в квартире градусов двадцать. Волосы собраны в небрежный пучок. На ней мое худи — когда это она успела его стянуть? — и она прижимает подушку к животу, словно спасательный круг. Я понятия не имею, что случилось, но твердо знаю: сейчас я все исправлю — любой ценой.

— Привет. — Она слабо улыбается мне. — Как работа?

— Что произошло?

— Ничего. Просто… — Она шевелится и морщится. — Женские дела. Все нормально.

Женские дела. Я не сразу понимаю, что она имеет в виду, а потом… ох.

Я абсолютно не представляю, что делать с этой информацией.

— Понятно. — Я стою в дверях как идиот. — Тебе нужно… что-нибудь?

— Все хорошо. Просто пережду. — Она еще сильнее сжимается вокруг подушки. — Извини, что не приготовила ужин. В холодильнике осталась паста, если ты…

— Плевать мне на ужин.

— Крю, я правда в порядке. Это бывает каждый месяц. Мне просто надо… — Она замолкает на полуслове, зажмуривается, и я вижу, как ее лицо искажается от боли, в которой нет ничего «нормального».

— Что помогает? — вопрос звучит куда более требовательно, чем я планировал. — Когда такое происходит. Что помогает?

Эмми непонимающе смотрит на меня.

— Что?

— Тебе больно. Должно же быть что-то, что облегчает боль. Тепло? Лекарства? Что тебе нужно?

— Я… — Она смотрит на меня так, будто у меня выросла вторая голова. — Эм. Я уже выпила ибупрофен. И где-то у меня есть грелка, но, кажется, она в коробке, которую я еще не разобрала.

— Где?

— Крю, тебе не обязательно…

— Где коробка?

Она неопределенно указывает в сторону гардеробной.

— Может, там? На ней написано «Кухонные принадлежности», но я точно упаковывала все как попало, так что…

Я уже иду туда, открываю дверь гардеробной и осматриваю стопку коробок, которые она до сих пор не разобрала. «Кухонные принадлежности». Нахожу ее, снимаю и начинаю рыться в беспорядочной куче кухонных полотенец, сломанном тостере и, кажется, целой коллекции необычных лопаточек.

— Ее там может и не быть, — говорит она. — Я правда не помню, куда…

Я поднимаю грелку.

— О. — Эмми почти улыбается. — Ты нашел.

— Куда ее включить?

— У кровати есть розетка, но, Крю, серьезно, не стоит…

Я уже включаю ее в розетку, уже запускаю нагрев, уже несу грелку к ней. Она берет ее с выражением растерянной благодарности на лице, прижимает к животу и вздыхает, ощущая тепло.

— Спасибо.

— Что еще?

— Что?

— Что еще помогает? — Я стою у ее кровати, опустив руки вдоль тела, чувствуя себя бесполезным, абсолютно беспомощным и отчаянно желающим хоть как-то все исправить. — Должно быть что-то еще.

Эмми на мгновение затихает, рассматривая меня с нечитаемым выражением лица.

— Иногда помогает чай. Имбирный, в шкафчике над плитой.

— Понял.

— И в дальнем кухонном ящике есть шоколад. Хороший, а не то пластилиновое дерьмо.

— Понял.

— И иногда… — Она колеблется. — Иногда помогает не быть одной. Но ты не обязан…

— Я сейчас вернусь.

Я иду на кухню, ставлю чайник и нахожу имбирный чай — у нее где-то тысяч девять разных сортов чая, но имбирный лежит в желтой коробке, ее легко заметить. Достаю ее любимую кружку, огромную, с нарисованным котом и надписью «Делаю что хочу».

Пока закипает вода, я стою на кухне и достаю телефон.

«Что помогает при менструальных болях», — ввожу я в строке поиска.

Результатов море. Тепло — так, это уже есть. Питьевой режим. Легкие движения, хотя Эмми явно не собирается двигаться. Магний. Темный шоколад — уже занимаюсь. Уют и эмоциональная поддержка.

Я пристально смотрю на последний пункт.

Уют и эмоциональная поддержка.

Я не свожу глаз с этих слов.

Я оказывал тактическую поддержку при стрельбе в общественных местах. Я обеспечивал материально-техническую поддержку межведомственных операций. Я прикрывал Фостера, когда он решил преследовать подозреваемого в торговом центре в рождественскую суматоху.

Но уют и эмоциональная поддержка? Это вне сферы моих навыков.

Я подумываю написать Фостеру. Он вырос с сестрами. Возможно, он знает, что делать. Но потом я представляю этот разговор: «Слушай, у Эмми месячные, и я не знаю, как помочь», — и уже слышу его хохот. Он же будет напоминать мне об этом до конца дней.

Я снова пишу в интернете.

«Как поддержать девушку во время месячных».

Результаты одновременно полезные и ужасающие. Судя по всему, я должен «признавать ее чувства», «проявлять физическую привязанность, не ожидая ничего взамен» и «просто слушать, не пытаясь ничего исправить».

Не пытаться исправить? Это идет вразрез со всеми моими инстинктами. Какой, к черту, в этом тогда смысл?

Весь смысл как раз в том, что я хочу все исправить.

Листаю дальше. В одной статье советуют «просто быть рядом и быть доступным». В другой рекомендуют «нежные прикосновения, например, погладить по спине или поиграть с ее волосами».

Я в жизни ничьими волосами не играл.

Еще в одной статье написано: «Спросите, что ей