Сплатология 2.0 - Джейсон Никки - Страница 31

жгло мне лицо. Я закончил долгие часы рубки дров и перешел к следующему заданию.

- Принеси те камни из ручья из леса, парень.

Отец указал в сторону просвета в деревьях рядом с нашей хижиной.

Я замешкался, уронив топор на землю у своих ног.

- Но, отец, лес... это...

Отец зарычал, поднимаясь с бревна, на котором сидел.

- Если мне еще раз придется говорить тебе, что в этих лесах нет никакой гребаной ведьмы, я сломаю тебя там, где ты стоишь!

Я сглотнул, горло пересохло от жажды. Я слышал истории всю свою жизнь - истории о старой женщине, которая жила в лесу, женщине, покрытой мехом животных, злой старой ведьме, которая выхватывала детей из их кроватей, пока они спали.

- Бери тележку и принеси эти гребаные камни из ручья. Я хочу, чтобы они были аккуратно сложены за хижиной, ты меня слышишь?

Отец использовал кучу нарубленных дров позади себя, чтобы удержать равновесие. Я увидел маму через окно, ее лицо было искажено невыносимой грустью.

- Да, отец.

Я опустил голову, доставая тележку рядом со старым нужником. Деревья впереди были высокими и голыми. Я ни разу не видел, чтобы на их длинных, похожих на руки ветвях вырос хоть один лист. Мне следовало помолиться перед этим заданием. Мне следовало попросить Бога присмотреть за мной, провести меня в безопасности через это ужасное, дьявольское место.

Тележка громко скрипела, когда я толкал ее по заросшей тропе. Высокие деревья все больше и больше закрывали солнце, чем глубже я заходил. Я громко насвистывал гимн, который слышал бесчисленное количество раз в церкви. Все было лучше, чем невыносимая тишина, которая следовала за мной так близко. Я задумался, почему эти леса так отличаются от остальных. Почему все деревья выглядели как гигантские монстры, тянущиеся, чтобы схватить тебя за воротник рубашки?

- Вы живете на земле ведьмы! Вы и ваша семья делите лес с дьяволом!

Я вспомнил, как старый мужчина кричал на меня на дороге, когда проезжал мимо на своей повозке, глаза у него были белые, зубы черные, как самая глубокая яма.

Я спросил у мамы, когда пришел домой, о чем говорил старый мужчина. Она просто уставилась на меня, развешивая отцовскую ночную рубашку на веревке для белья за домом.

- Не смей говорить о таких вещах при отце. Ты же знаешь, он запрещает такие разговоры под своей крышей.

Я дошел до ручья. Он тихо тек свежей, прозрачной водой. Но даже звук воды заглушала густая, ужасная тишина, которой, казалось, лес имел в изобилии.

Я поднял первый камень. Вода мешала ухватиться, и я чуть не уронил его себе на палец ноги. Наполнив тележку большим количеством камней, чем я когда-либо мог легко перевезти, я остановился, услышав, как вдалеке поет женщина.

Я огляделся на мгновение, подумав, не мама ли это. Я знал, что она любит петь, пока стирает одежду. Это ее голос я слышу сквозь деревья?

- Мама? - позвал я. Я подождал мгновение ответа, но его не было. Пение продолжалось, на этот раз звучало еще ближе. - Эй? - крикнул я.

Пение снова остановилось, но потом зазвучало еще ближе, когда началось снова. Голос и песня были мне незнакомы. Что это была за песня? Я никогда не слышал ее в церкви. Я прислушался внимательнее, вслушиваясь в слова.

- Крики детей, их болезненные стоны -

веселое орудие для моего радостного тона.

Слушай сейчас, услышь мой зов,

возьми мою руку, я заберу вас всех.

Пение остановилось, и я снова был похоронен заживо лесом и его защитной тишиной.

- Эй, кто там? Это земля моего отца. Тебе лучше немедленно уйти!

Угроза отца пугала только меня, посылая озноб по затылку. Прежде чем я успел схватить тележку с камнями и побежать, мои ноги выдернули из-под меня, отчего тело шлепнулось о край ложа ручья. Несколько мгновений я был ошеломлен, деревья вокруг меня кружились неконтролируемо.

- Мама! - закричал я, прежде чем меня потащили дальше вниз по ложу ручья.

Я изо всех сил пытался вырваться из невидимой силы, которая крепко держала мои лодыжки, таща меня все дальше и дальше от тележки. Потом, в мгновение ока, меня резко дернули вверх, ноги болтались в воздухе.

- Мама! Помоги мне! - закричал я так громко, как только мог, когда невидимая сила стянула с меня штаны. - Нет!" - закричал я, когда острая боль пронзила мое тело.

Прямо перед тем, как я зажмурил глаза от боли, я увидел старую женщину, стоящую внизу, ее обнаженное тело было покрыто густым черным мехом. Я был парализован страхом, самым страшным страхом, который я когда-либо испытывал в жизни.

Я открыл глаза, когда мое тело упало на лесную подстилку внизу. Женщина исчезла. Теплое ощущение исходило из моей задницы. Я потянулся назад, чтобы пощупать, и когда я убрал руку, она была покрыта кровью.

Я заплакал.

Я плакал, натягивая штаны. Я плакал, возвращаясь к тележке. Я плакал всю дорогу до дома.

- Где ты был, парень? Не нужен целый день, чтобы принести камни из ручья. Спорим, ты бездельничал, как ленивая собака, да? - кричал отец из дверного проема маленькой хижины.

Я упал на колени, прежде чем довезти тележку до места, куда отец велел ее поставить. В этот момент каждый вдох ощущался как борьба за выживание.

- Вставай, парень! У тебя было полно времени отдыхать, когда ты пренебрегал своими обязанностями. Возвращайся к работе, или я выпорю тебя!

Отец схватил доску из старой кучи, которую держал сбоку от дома. Он хлопнул ею по ладони, глаза его налились яростью.

- Отец, в лесу что-то произошло. Я не могу объяснить, но мне показалось, будто Дьявол схватил меня!

Я использовал ручки тележки, чтобы подняться на ноги. Ноги у меня неконтролируемо дрожали.

- Чушь! Ты лжец, парень! Здесь нет никаких дьяволов. Это земля Господа, благословленная церковью и освященная молитвой каждый божий день!, - oтец подошел ко мне, деревянная доска висела в его правой руке. - Я выбью из тебя эти разговоры про Дьявола, парень! Я не потерплю этого в своем доме!

Мама подбежала к отцу, на ее усталом старом лице былa паника и беспокойство.

- Оставь мальчика в покое, пожалуйста! Он сегодня усердно работал во славу Господа. Пожалуйста, позволь ему отдохнуть.

Без колебаний отец ударил маму тыльной стороной левой руки по лицу.