Смерть тебя помнит - Юлия Макс - Страница 13

что в Праге он повсюду.

В свои двадцать Софи сменила два университета, лишь в последнем определившись с профессией. На кафедре физики атмосферы Карлова Университета Софи полтора года изучала метеорологию и климатологию. До этого промучилась почти год на юридической кафедре Венского университета и ушла оттуда, когда поняла, что это не ее. Мама хотела, чтобы она стала юристом, но Софи всегда тонко чувствовала погодные изменения, не только зная о холодных и горячих фронтах воздуха, но ощущая их колебания болезненностью рубцов. Мысль о том, что ей хотелось бы доучиться и стать синоптиком, прошибла голову болезненной судорогой.

– Лучше расскажи мне об энсиа. Пожалуйста, – желая отвлечься от воспоминаний, попросила Мортем, при этом наклонившись к самому уху Дагмар.

Дагмар оглянулась на полный зал, прикусила губу, словно над чем-то раздумывала, а затем пошла в направлении барной стойки, поманив Софи за собой. Обогнув стойку и лестницу на второй этаж, они зашли в неприметную дверь. Помещение, в котором они оказались, было своеобразной кладовой и кухней одновременно. Старые стены источали запах сырости. Несколько больших хромированных холодильников их подпирали, а в центре стояли столы со множеством ящиков и различных банок. На одном из них Софи заметила обычную кофемашину, какая могла бы стоять в рядовой кофейне, но в этом заведении выглядела чужеродно. Здесь же находилась и посудомойка, встроенная в один из столов.

– Я заметила, что никто в зале не ест.

– Не ест, зато пьет, – хохотнула Дагмар. – Для особых гостей, а в зале все такие, нужны особые напитки.

Девушка прошла к столу и, поколдовав над кофемашиной, сделала две чашки латте. Софи благодарно приняла горячее питье.

– Я не знаю, зачем ты Роули и почему он тебя воскресил, но советую никогда не расслабляться. Ты сейчас по собственной воле оказалась в закрытом помещении с демоном. – Ее глаза вновь почернели. – Я могу разорвать тебя, могу одним движением разрезать яремную вену на шее, и ты захлебнешься кровью.

Говоря это, Дагмар подбиралась к Софи все ближе и ближе, заставив ее отступить на несколько шагов.

Софи сжалась, не зная, что предпринять. Сердце стучало в ребра, а руки дрожали, и, кажется, она готова была рухнуть в обморок.

– Урок первый, девочка, не доверяй демонам, – прорычала Дагмар и замахнулась, чтобы ударить.

– Cristo! Cristo! Cristo! – дрожащим голосом выдавила Софи.

Красивое лицо Дагмар исказила гримаса боли, она замерла, тряся головой, а Мортем продолжила вслух читать ту единственную молитву экзорцизма, которую знала.

– Хватит! – закричала Дагмар, и чашка с латте в ее руке лопнула, а кофе разлился между ними теплой лужей.

Софи перестала, но уточнила, сама поражаясь своей смелости:

– Я усвоила урок. Еще раз попробуешь прикоснуться ко мне, я изгоню тебя в ту клоаку, из которой ты вылезла.

Девушка прищурила черные глаза, и Софи готова была поклясться, что ее сейчас убьют, но Дагмар моргнула и широко улыбнулась.

– А ты схватываешь на лету. Значит, не все так плохо. Пожалуй, сделаю нам еще кофе.

Мортем облегченно выдохнула, понимая, что выиграла некую отсрочку от демонических издевательств.

Повернувшись к Софи, Дагмар начала говорить:

– Энсиа – это нелюди, существа. Фауст, – она дернула плечом, – Дэниэль Фауст дал такое определение для всех иных существ: упырей, влколаков, демонов и прочих.

– А кто он? Демон?

– Раньше, на протяжении примерно четырех столетий существовал тайный орден Ватикана с бессмертным главой – Грегором Ниотинским. Орден истреблял нас по всей земле. Потом главой стал Фауст, полудемон-получеловек. Орден откололся от церкви и сделался, скорее, весами, хранящими баланс между людьми и энсиа. Ты, кстати, хоть и выглядишь как человек, относишься к энсиа.

– Точно нет.

– Точно да, – улыбнулась Дагмар. – Обычные люди или почти обычные не попадают в небытие после смерти: у них своя вечеринка наверху или внизу.

– Почти обычные – это как?

– Был один, которому Бог даровал вечную жизнь, но он полюбил демона, поэтому сейчас находится в Аду. Кардинал Ниотинский – жуткий тип.

– То есть помимо бесов и демонов, есть вампиры и оборотни и еще бог знает кто?

Софи отпила большой глоток кофе, пытаясь осознать, как на самом деле чуден этот мир.

– Верно, – кивнула Дагмар. – Почти все твари, о которых есть легенды и предания, существуют. Некоторые, очень редкие, могут никогда не показываться людям, а такие, как мы, например, – она показала на себя, – очень социально-активны.

Софи хмыкнула, оценив иронию. Допив кофе, они вернулись в зал и до полуночи разносили напитки между гостями. Мортем подумала, что, помогая простой работой, не будет чувствовать себя в должниках перед демоном сделок. Она сначала с опаской подходила к столам, но очевидно, что бар на перекрестке подразумевался нейтральной территорией и никто никого не трогал, не считая, конечно, тех несчастных людей, которые пришли вместе с энсиа как спутники. Хотя, видя, как сладострастно постанывает девушка в руках у мужчины, который лакал кровь из ее шеи, она казалась не такой уж несчастной.

В полночь посетители потянулись на выход, и Софи удивилась, ведь к двенадцати часам в Праге ночная жизнь только набирала обороты.

Роули все время был занят, наливая абсент за стойкой, а иногда присаживаясь за стол и что-то обсуждая с другими. Софи пару раз заметила, как он доставал флягу из кармана пиджака и протягивал гостям за столом, а после них и сам отпивал из нее. Странный ритуал заинтересовал, и она гадала, зачем они так делают.

Когда почти все столики опустели и Дагмар, накинув пальто, собралась уйти, в закрытые двери постучали. Дагмар оглянулась на Роули. Софи тоже проследила за ним взглядом, отметив, что он напрягся, но кивнул. Нацепив приветливый оскал, девушка открыла, и тут же ее отбросило к противоположной стене бара. В одно мгновение Роули перемахнул стойку и оказался возле Мортем, которая застыла посреди зала, наблюдая, как дверной проем заполняют черные фигуры.

– Черная свита. – Эти два слова, которые тихо прошипел Роули, прозвучали как ругательство.

Глава 4

Humanitatis optima est certatio.

Самое благородное соревнование – соревнование в человечности.

«Пражский трдельник»

«Дорогие читатели нашего блога!

По последней информации от реставраторов Пражских орлоев, восстановление станет возможным после замены вышедших из строя редких деталей.