Мусульманское открытие Европы - Бернард Льюис - Страница 1

К оглавлению

1

Бернард Льюис

Мусульманское открытие Европы

Из-за цензуры на русском языке не могут выходить книги на самые разные темы и в разных сферах: академическая история, гендерные и квир-исследования, рациональное наркопросвещение, книги о проблемах свободы и демократии, не говоря уже о книгах, посвящённых генезису и критике современного российского авторитаризма и анализу причин войны с Украиной, — издание переводов таких книг невозможно представить в России из-за цензуры. И число запрещённых или нежелательных тем только расширяется.

Но такие книги не могут выходить не только в России, но и вообще на русском языке. И не в России тоже. Какие-то иностранные издательства не разрешают издавать на русском языке. Большинство таких книг немногочисленные и маломощные эмигрантские издательства просто не смогут издать: надо купить права, оплатить перевод, наконец, подготовить и издать книгу. Все эти расходы не окупятся тиражами, которые эти издательства смогут напечатать и продать.

Такие книги важны и нужны — вместе с ними у нас больше шансов лучше понять и страну, и мир, в которых мы все еще живем. И эти книги публикует проект Bookship в ИИ-переводе на русский язык. Несмотря на некоторые огрехи, перевод научной литературы и нонфикшн, хотя и не сравнится с качественным человеческим, может дать хорошее представление о том, что в этих книгах написано.

Перевод проекта Bookship

Copyright © 2001, 1982 by Bernard Lewis

Reissued in Norton paperback 2001

All rights reserved

For information about permission to reproduce selections from this book, write to Permissions, W. W. Norton & Company, Inc., 500 Fifth Avenue, New York, NY 10110

The Library of Congress has cataloged the printed edition as follows:

Lewis, Bernard.

The Muslim discovery of Europe.

Includes index.

1. Near East — Relations — Europe. 2. Europe — Relations — Near East. I. Title.

DS63.2E8L48 1982 303.4’82 81–19009

AACR2

ISBN 978-0-393-24557-8 (e-book)

W. W. Norton & Company, Inc.

500 Fifth Avenue, New York, N. Y. 10110

www.wwnorton.com

W. W. Norton & Company Ltd.

Castle House, 75/76 Wells Street, London W1T 3QT

* * *

Светлой памяти

Абдулхака Аднана Адывара

Азиза Ахмада

Муджтабы Минови

Мухаммад ан-Нувайхи

Первооткрыватели, Учителя, Друзья

Примечание о транскрипции

Арабские и персидские слова передаются в соответствии с системой, наиболее употребительной среди исламоведов. Для османского языка я следовал стандартной орфографии современного турецкого, в которой c = дж как в английском jest, ç = ч как в church, ş = ш как в sheet, а ı обозначает звук, средний между i как в will и u как в radium. В тексте, но не в примечаниях и ссылках, я использовал j вместо непривычной буквы c для турецких имён.

Предисловие к изданию в мягкой обложке 2001 года

В 1733 году Сэмюэл Джонсон, тогда ещё двадцатичетырехлетний юноша, заметил в своей первой опубликованной прозаической работе, что «благородный и возвышенный ум ничто не отличает с большей несомненностью, нежели выдающуюся степень любознательности; и нигде эта любознательность не находит более приятного и полезного применения, чем в изучении законов и обычаев чужеземных народов». Почти полвека спустя, в беседе со своим другом и биографом Джеймсом Босуэллом, Джонсон вернулся к этой теме. Босуэлл заметил: «Мне хотелось бы отправиться и увидеть какую-нибудь страну, совершенно непохожую на те, к которым я привык; например, Турцию, где и религия, и всё прочее иное». На что Джонсон ответил: «Да, сэр; есть два предмета любознательности: христианский мир и магометанский мир. Всё остальное можно счесть варварским»[1].

То, что Джонсон отмахивается от великих азиатских и прочих цивилизаций как от «варварских», разумеется, нелепо, но довольно типично для невежества и предрассудков того времени. Гораздо интереснее его признание ислама как религиозно определенной цивилизации, сопоставимой с христианским миром и, следовательно, достойной изучения.

Из-за долгой борьбы между ними, длившейся веками и даже тысячелетиями, их сущностное родство часто упускалось из виду обеими сторонами. Однако у этих двух миров много общего, и, безусловно, гораздо больше общего друг с другом, чем у каждого из них — с теми более далекими цивилизациями, которые Джонсон столь бесцеремонно отмел как «варварские». У них общие корни, уходящие в иудейскую и эллинистическую традиции и в более древние цивилизации Ближнего Востока. А к эллинистической философии и науке, к иудейским пророчествам и откровению они добавили ещё один, чуждый обоим, элемент: твердую веру, разделяемую последователями обеих религий, в то, что они являются исключительными обладателями окончательной Божьей истины, которую их долг — нести всему человечеству, не гнушаясь никакими средствами.

Между двумя такими претендентами, исторически следующими друг за другом, теологически родственными и географически соседствующими, конфликт был неизбежен.

Осознание христианами появления новой соперничающей веры началось почти сразу после её возникновения, с триумфальным выходом новой религии из её аравийской родины и распространением на восток, к границам Индии и Китая, и на запад — через Северную Африку и средиземноморские острова в Европу. Подавляющее большинство принявших новую религию к западу от Ирана были обращёнными из христианства. Земли на восточном и южном побережьях Средиземного моря прежде входили в христианскую Римскую империю; они стали и остались частью мира ислама. Продвижение пошло ещё дальше, охватив Сицилию, возвращённую под власть христиан в конце XI века, и Иберийский полуостров, где восемь столетий борьбы между христианами и мусульманами завершились в 1492 году завоеванием Гранады — последнего оплота мусульманской власти в Испании. Какое-то время казалось, что вся Европа вот-вот будет поглощена: мусульманские армии из Испании пересекли Пиренеи и продвинулись во Францию, а другие из завоёванной Сицилии вторглись в материковую Италию. В 846 году арабский флот из Сицилии даже вошёл в Тибр, и набежчики разграбили Остию и Рим. Мусульманское наступление на Западную Европу в конце концов было остановлено и отбито, однако с Востока пришли иные угрозы — исламизированные татары в России и, что гораздо важнее, турки, которые, покорив всю Грецию и Балканы, дважды — в 1529 и вновь в 1683 году — осаждали Вену в самом сердце христианской Европы.

Поэтому неудивительно, что средневековые христиане Европы остро ощущали то, что они считали мусульманской угрозой — двойной угрозой завоевания и обращения в иную веру. Элементарное благоразумие требовало, чтобы они что-то узнали о своих

1