Симбионт 3 - Валерий Михайлович Гуминский - Страница 18

об «ангелах», значит, степень секретности сохраняется неукоснительно. Пусть так будет и впредь.

В сумочке затрезвонил телефон. Луиза вытащила его, поглядела на экран, хмыкнула.

— Слушаю, Александр Егорович, — ответила она, приложив аппарат к уху. — Да, сейчас большой перерыв, вышла прогуляться по парку. Я вам нужна? — повисла долгая пауза. — Ага… Вот как? Ну… это меняет дело. Нет, проблемы никакой не вижу. Могу даже сейчас «подцепиться». Хорошо, поняла. До свидания, Александр Егорович.

Когда Луиза кинула телефон в сумочку, я обратил внимание, что она слегка озадачена и удивлена.

— Что батя опять придумал? — поинтересовался я.

— Акция отменяется, — огорошила меня девушка. — Твой отец встречался с Ростоцким, чтобы поставить его в известность. Тот был очень недоволен тем решением, что предложил господин Дружинин. В общем, Герман Исаевич не хочет отдавать Мустафу.

— Ничего удивительного, — с досадой произнёс я. — Ростоцкий боится последствий. Старого Мустафу уважают в городе, и нетрудно представить, какая пена поднимется, если его грохнут. Хреново. Тогда надо Ивана с собой в Москву забирать. С Шакшамом трудно будет, как и с Зазнобиным. До отца Хабиров не дотянется, до меня — тем более. Руки коротки.

— Вариант со снайпером очень хорош, — задумчиво проговорила Луиза. — Не будет же Мустафа целыми днями сидеть в доме. Ему куда-то выбираться надо: на встречи с людьми, решать какие-нибудь хозяйственные вопросы. Вот и влепить пулю, якобы привет от бухарцев-хивинцев.

— Но этого не будет, — кивнул я. — Чего батя хотел?

— С Мустафой будет говорить Лев Ростоцкий, старший сын Германа. Александр Егорович тоже будет присутствовать. У меня новая задача: отслеживать переговоры нукеров Хабирова, чтобы узнать, когда и куда тот поедет… Намёк понял?

— Хм, — пришлось почесать макушку, чтобы простимулировать мысли. — Не улавливаю.

— Мальчишка, — с видимым удовольствием хмыкнула Луиза и дружески пихнула меня плечом в плечо. — Мустафу хотят проучить не разговорами, а действием. Сделать внушение, чтобы он наложил в штаны и взял свою угрозу обратно.

— Старик с замаранными штанами — жалкое зрелище. Не находишь?

Луиза рассмеялась. Её зрачки приобрели изумрудный оттенок. Значит, подключилась к сети, что-то мониторит.

— У меня есть база всех телефонных номеров нукеров Хабирова, — пояснила девушка. — Попробую взломать те, что у ближайших к старейшине охранников.

— Начальник службы безопасности…

— Опасно. Лучше его заместителя «зацепить». Биржаном зовут. Всё равно любые распоряжения главы СБ идут через него, — Луиза встала, гибко потянулась. Под пальто обрисовалась её фигурка. — Что расселся? Пошли, а то на лекцию опоздаем.

Мне бы их проблемы!

Занятия закончились в четвёртом часу, студенты шумными компаниями спускались вниз к гардеробу. А я решил подождать, чтобы не толкаться в толпе. Даже задержался в аудитории, махнув рукой Ваньке, чтобы тот не ждал меня. В конце концов у Дубенского появился смысл в жизни, а не только служение одному бестолковому и не знающему своё будущее «торгашу». Второй сын в семье, приносящий только одни проблемы и огорчения. Думаете, избавившись от симбионта, мне станет гораздо легче? Я пойму, в чём моё предназначение? Нет, скорее всего, продолжу мучиться и метаться, пока отец не найдёт мне местечко в своей «империи». Начну с бумажек и мелких поручений в юридическом отделе, постепенно поднимаясь в должности, и лет через десять займу пост директора.

Вдруг накатило ощущение, что и стены этого университета для меня чужие, хотя я бы остался здесь с большим удовольствием, если бы не угроза со стороны канцлера Шуйского. А это не Мустафа, которому можно сделать большую проблему. Князь сам кому хочешь внушит, насколько плохо не подчиняться воле советника императора.

Так ли уж всё мрачно? Предопределённость судьбы можно сломать, если знаешь зачем. Впервые мелькнула мысль, что я её и ломаю вот таким нестандартным способом. Вроде бы поддаюсь, подставляюсь под удар, но ожидаю момент, когда могу сам врезать по роже уверовавшего в победу врага.

Вздохнув, стянул с крышки парты сумку, закинул её на плечо и вышел из аудитории следом за последними одногруппниками. Интересно, каким образом Мустафу будут наставлять на путь истинный? Допускаю, что злой старикашка впечатлится обещанными карами. А кто мешает ему шепнуть тому же Отабеку наточить ножик поострее и сунуть его под ребро одному молодому наглецу. Одним ударом наказать обидчиков и показать свою решительность перед нукерами. Что-то в таком роде: я своё слово сдержал, не прогнулся под «торгашей».

— Миша, подожди! — услышал я звонкий голос за спиной. Алла Ростоцкая, цокая каблучками сапожек, догнала меня, заулыбалась. Высокий «хвост» на затылке мотался из стороны в сторону. — Привет!

— Здравствуй, Алла, — я оглянулся. Двое свитских плетутся следом, уже привыкшие к причудам молодой барышни. — Прекрасно выглядишь. Тебе даже университетская форма идёт.

— Спасибо! — девушка схватила меня под локоть. — Поговорить хочу.

— О чём?

— Это правда, что ты переводишься в МИУ?

Мне стало интересно, кто такой болтливый завёлся в ректорате. Явно не госпожа Яжборовская или сам Хлыстов. Наверное, та самая секретарша или кто-то из тех, с кем она любит посплетничать за чашкой чая.

— Откуда знаешь? — оглядевшись по сторонам, не заметил лишних ушей. — Вроде бы информация сугубо частная.

— Ну, Михаил, ты меня поражаешь своей наивностью! — рассмеялась Ростоцкая, ещё крепче вцепившись в мою руку, когда мы спускались по лестнице. — Достаточно иметь в знакомых одну болтливую особу, и можно вообще в ректорат не заходить.

— Значит, секретарша, — кивнул я. — Она как раз готовила документы для перевода.

— Какая? Я знаю Клаву и Раису.

— А их даже две?

— Ну да. В ректорате очень много бумажной работы, там втроём работать нужно, и то с полной загрузкой.

— Не сказал бы, что много, — я вспомнил скучающую секретаршу. — Кто из них Клава, а кто Раиса?

И описал ту даму, которую видел в приёмной, когда заходил к Яжборовской.

— Это Рая, — сразу же ответила Алла. — Она чуть старше. А рассказала мне Клава.

— Тогда получается, Раиса — очень нехорошая болтушка, — нахмурился я. — Она поделилась новостью с сослуживицей, а та начала трещать на каждом углу.

— Ничего не на каждом, — усмехнулась Ростоцкая. — Клава мне не подруга… просто, её отец работает в головном офисе «Аквафины», и мы периодически общаемся. Она мне по секрету и сказала.

— Даже забавно,