Родовой быт славянских князей - Дмитрий Александрович Боровков - Страница 26

Даниила Галицкого: «Начнем же сказати бессчисленные рати, и великие труды, и частые войны, и многие крамолы, и частые восстания, и многие мятежи».

До сих пор мы видели, что, хотя порядок преемства не раз нарушался между линиями Брячиславова потомства, однако, не было еще примера, чтоб сын наследовал прямо отцу, чтоб племянник перебивал старшинство у дяди. Первый пример такого преемства мы видим по смерти Владислава II. Запутанность в родовых счетах, произведенная своеволием вельмож, неправильный выбор самого Владислава II, вражда, которую этот князь возбудил против себя во всех родичах и которая ничего не обещала хорошего для сыновей его в будущем, – все это заставляло Владислава подумать о том, как бы утвердить власть в собственном семействе и, таким образом, обезопасить его от вражды родичей.

Но, кроме этих побуждений, Владислав имел предлог, право к изменению существовавшего до сих пор порядка вещей: он не был более только великим, старшим князем между другими князьями и родичами; за услуги, оказанные им императору Фридриху I, он получил от последнего королевский титул с правом передать его своим наследникам: титул этот высвобождал Владислава из родовых отношений к прочим Брячиславичам; он не был уже более только старший между ними, он был король (Rех) над ними, сыновья его были королевичами, следовательно, единственными законными наследниками короля[180], законными владетелями нового королевства. На этом основании Владислав II решился передать свою власть и титул своему сыну Фридриху[181] мимо всех родичей; но он хорошо знал, что последние не откажутся легко от старинных притязаний и найдут в вельможах ревностных приверженцев старины; для этого, чтоб упрочить престол за сыном, Владислав прибегнул к следующему средству: он сложил с себя королевскую власть и передал ее заживо сыну своему Фридриху в 1173 году.

Владислав принял меры против родичей и вельмож; но он не принял мер против немецкого императора, которому никак не могло нравиться утверждение государственных отношений в роду чешских владельцев и новый порядок престолонаследия, необходимым следствием которого было бы прекращение усобиц и опасное для империи усиление королей чешских. Как скоро император Фридрих I узнал о богемских новостях, то немедленно отправил в Богемию приказ, чтобы оба короля, и старый и новый, явились к нему. После напрасных отговорок они отправились к императору в Ермендорф, куда прибыли и все знатнейшие бароны богемские.

Император предложил вопрос: кому после Владиславова отречения следует верховная власть в Богемии? Бароны отвечали жалобой, что Фридрих вступил на престол только по отцовской воле, а не вследствие свободного избрания государственными чинами; император присоединил сюда свое обвинение, что Владислав распорядился престолом без его согласия; вследствие этого было решено, что королевский титул опять уничтожается в Богемии, а великим князем, или герцогом, будет Собеслав II, сын Собеслава I, которому именно принадлежало старшинство по старому обычаю; Фридрих остался заложником в руках императорских, дабы приверженцы его в Богемии не вздумали противостать Собеславу, который за все это обещал приготовить вспомогательные войска для ломбардских походов императора.

Походы были неудачны: после поражения при Леньяно (в 1177 году) император начал стараться о примирении с папой Александром III. Обе главы западного христианского мира съехались в Венецию, куда явился и лишенный владения Фридрих Богемский; без сомнения, по ходатайству папы, который был во вражде с Собеславом, император опять отдал Фридриху Богемию в лен; Фридрих с помощью австрийского герцога Леопольда[182] поднялся против Собеслава; последний не думал уступать сопернику, два года держался в Богемии, наконец, нашелся принужденным искать убежища на чужбине, где скоро и умер.

Фридрих снова утвердился на престоле, но ненадолго: за уступку Богемского княжества он обещал императору большую сумму денег; чтобы уплатить ее, он наложил тяжкие подати, которые произвели всеобщее неудовольствие; этим неудовольствием воспользовался один из Конрадовичей – Конрад Оттон, овладел Прагой и провозгласил себя великим князем. Изгнанный Фридрих обратился с просьбой о помощи к императору, который и позвал Конрада Оттона вместе с чешскими панами на суд в Регенсбург. Здесь Фридрих был снова провозглашен великим князем; но тут же обнаружилась и политика императора относительно Богемии; уже было раз замечено, что как на Руси, так и в Богемии волости не были наследственны в княжеских линиях, но, при общем владении, переходили из одной линии в другую, смотря по родовым счетам или по распоряжению старшего, вследствие ряда его остальными родичами: такова была судьба и Моравии.

Но теперь императору показалось выгодным отделить Моравию от Богемии, что он и сделал, отдавши ее непосредственно от себя в лен Конраду Оттону без всякой зависимости от князя Чешского: Конрад Оттон получил при этом титул маркграфа Моравского. Следствием такой сделки была кровавая междоусобная война между моравами и чехами, кончившаяся тем, что Конрад Оттон принужден был отказаться от маркграфского титула и снова признать свою зависимость от богемского великого князя; отсутствие императора, занятого опять в Италии, способствовало Фридриху к восстановлению страны.

В 1189 году умер Фридрих, не оставив после себя сыновей; престол без сопротивления был снова занят Конрадом Оттоном, но без всякого права; он не мог занять старшего стола ни по отчине, ни по дедине, притом же оставался в живых старший в роду, дядя и ему и покойному Фридриху, Вячеслав, сын Собеслава I; вот почему, зная свое бесправье, Конрад Оттон хотел опереться на государственные чины, дал им большее значение, чем какое они имели при его предшественниках; таким образом, вследствие родовых распрей между Брячиславичами, власть княжеская все более и более никла в Богемии, все более и более правление этой страны принимало характер избирательный. Но, с другой стороны, это же самое обстоятельство необходимо вело к прекращению родовых счетов, родовых отношений, потому что на них не обращалось более внимания.

Конрад Оттон умер в 1191 году, при осаде Неаполя, куда он сопровождал нового императора, Генриха VI. По смерти его, по всем старинным правам вступил на старший стол Вячеслав II Собеславич; но старина была уже давно нарушена, и потому против Вячеслава вооружился племянник его, Пршемысл-Оттокар Владиславич[183], брат покойного Фридриха, купив за 6000 марок серебра согласие императора; но когда Пршемысл не выплатил всей означенной суммы и вошел в тайные сношения с врагом Гогенштауфенов Генрихом Львом, герцогом Саксонским, то император за неимением другого соискателя отдал Богемию в лен младшему двоюродному брату Оттокарову – Генриху-Брячиславу, епископу Пражскому. Пршемысл-Оттокар, оставленный панами, принужден был покинуть Богемию; но когда великий князь-епископ скоро после того умер, возвратился на родину и снова был провозглашен великим князем.

Здесь оканчивается в чешской истории период родовых