Развод. Генерал, начинайте с нуля - Виолетта Весна - Страница 35

не стягивая с меня одеяло. За окном шел мокрый снег. В квартире было тихо, если не считать редких машин во дворе.

Мы переехали сюда в апреле, через четыре месяца после его первого рабочего дня. До этого встречались по два-три раза в неделю и жили каждый у себя. В марте Андрей предложил искать общее жилье. Я согласилась не сразу. Мы составили требования по отдельности, потом сравнили.

Ему был нужен кабинет и дорога до офиса не дольше получаса. Мне — отдельное рабочее место, закрытый двор и возможность дойти до магазина пешком. Мы оба хотели две ванные комнаты, потому что двадцать четыре года брака дали достаточно данных для такого решения.

Квартиру нашли с пятой попытки. Она не принадлежала ни одному из нас раньше. Мы арендовали ее на год с правом продления, а не стали немедленно покупать общую. Расходы оплачивали с совместного счета, на который переводили согласованные суммы. Личные деньги оставались на отдельных счетах.

Мою старую квартиру я сдала семейной паре на одиннадцать месяцев. Доход частично покрывал компенсационные платежи. Я продолжала переводить деньги Андрею семнадцатого числа каждого месяца. Каждый перевод проходил с назначением из нотариального соглашения и сохранялся в общей папке документов. Один раз банк задержал платеж, и я прислала подтверждение до того, как Андрей успел спросить. До конца графика оставалось четырнадцать платежей. Ни один перевод не зависел от того, спорили мы в тот день или нет. График не менялся из-за совместной жизни.

Я осторожно освободила руку и пошла на кухню. На холодильнике висел недельный план, который мы составили в воскресенье. Рядом с четвергом стояли две записи: моя встреча с новым консультантом и наш визит в ЗАГС.

Заявление мы подали месяц назад. Андрей спросил, хочу ли я снова стать его женой, дома, после обычного ужина. Без кольца в бокале и приглашенных свидетелей. Я попросила два дня на ответ. Он не напомнил ни разу.

Через два дня я сказала да и предложила маленькую регистрацию. На церемонию позвали Ксению, Ларису и двух друзей. Большой праздник ни одному из нас не был нужен.

Андрей вошел на кухню через десять минут.

— Почему не разбудила? — спросил он.

— Ты спал.

— У нас сегодня регистрация брака.

— Я помню. Она в одиннадцать, сейчас семь.

Он посмотрел на план.

— Я хотел приготовить завтрак.

— Готовь. Я выпью кофе.

— Яичницу будешь?

— Буду.

Он достал продукты и спросил, остался ли хлеб. Я показала на шкаф. За год Андрей научился не только обслуживать себя, но и замечать, что общий быт требует участия. Мы не считали каждую тарелку. Если один возвращался поздно, другой мог приготовить ужин. Разница была в том, что помощь больше не назначалась молча постоянной обязанностью.

В феврале он попытался перенести на меня оплату счетов, потому что пропустил срок за интернет. Я отказалась. Он поставил напоминание и больше не опаздывал. В июне я сама заказала мастера для его кабинета, не спросив, сможет ли он быть дома. Андрей напомнил про правило полезных сюрпризов. Я отменила вызов и договорилась заново. Начинать с нуля не означало стать безошибочными. Это означало замечать возврат к старому порядку до того, как он снова станет нормой.

— Ты волнуешься? — спросила я.

Андрей разбил яйца на сковороду.

— Да.

— Почему?

— В прошлый раз я считал, что одной готовности отвечать за семью достаточно. Теперь знаю, что никакая регистрация не освобождает от ежедневных вопросов.

— Очень праздничная мысль.

— Зато честная.

Он поставил передо мной тарелку. Мы позавтракали, обсудили время выезда и решили заказать такси, чтобы не искать парковку. Каждый собирался сам.

На работе у Андрея подходил к концу одиннадцатый месяц. Испытательный срок он прошел в июне. За это время компания не стала образцовой и не избавилась от сбоев. На одной площадке пришлось менять подрядчика после трех повторных нарушений. В мае Андрей подписал слишком жесткий срок клиенту, не сверив ремонтное окно. Поставку задержали на день. Он сообщил об ошибке на разборе, пересмотрел порядок согласования и не уволил специалиста, который предупреждал о риске.

Илья руководил пилотной площадкой. Иногда они спорили так, что Ардатову приходилось назначать отдельную встречу, но полномочия Ильи оставались в договоре, а возражения попадали в протокол. Финансового заместителя нашли через открытый конкурс. Андрей не использовал звание в подписи, на встречах представлялся должностью и именем.

Однажды Чумаков попросил его ускорить согласование через бывшего коллегу. Андрей отказался и направил официальный запрос. Срок оказался дольше на три дня, но решение сохранилось в документах и могло работать без него. Об этом я узнала не от Андрея, а на годовом разборе клиента, где наше бюро оценивало эффективность нового порядка.

Проект «ВолгаКонтура» теперь вела Лариса вместе с приглашенным независимым оценщиком. Я не участвовала в оценке Андрея и не читала индивидуальную обратную связь. Наш договор с клиентом продлили еще на год. В бюро работали два новых консультанта, а тольяттинская программа приносила почти треть выручки.

Я вернулась к разработке управленческих программ и перестала брать каждый сложный проект лично. В июне мы с Ларисой на неделю уехали в отпуск, не закрывая офис. Команда справилась без ежедневных звонков. Андрей в это время жил один в нашей квартире и не сообщил ни об одной бытовой катастрофе.

В девять позвонила Ксения.

— Вы не передумали? — спросила она вместо приветствия.

— Доброе утро.

— Доброе. Я проверяю, ехать ли в ЗАГС.

— Ехать.

— Папа рядом?

Я включила громкую связь. Андрей застегивал рубашку перед зеркалом в прихожей.

— Рядом, — ответил он.

— Ты за маму не отвечаешь? — спросила Ксения.

— Уже год тренируюсь.

— Тогда увидимся в десять сорок. Я привезла пирожные. Лариса сказала, ресторан вы не бронировали.

— После регистрации обедаем в кафе, — сказала я. — Стол заказан на шесть человек.

— Вас двое, я, Лариса и два друга. Получается семь.

Мы с Андреем переглянулись.

— Кто с тобой? — спросила я.

— Никто. Я неправильно посчитала. Отличное начало семейного дня.

— Места хватит, — сказал Андрей.

— Не решай за кафе, пап. Позвоните и уточните.

— Нас шесть, — ответила я. — Уточнять нечего.

Ксения рассмеялась и отключилась.

Я выбрала темно-синее платье, которое уже надевала на презентацию. Андрей видел его и не пытался убедить меня купить белое. Он надел серый костюм без наград и служебных знаков.

— Галстук? — спросил он, держа два варианта.

— Какой нравится тебе?

— Темный.

— Тогда темный.

— Это был вопрос о твоем мнении.

— Мне нравятся оба. Если хочешь более конкретно, темный лучше подходит к костюму.

— Спасибо.

У подъезда ждало такси. Андрей открыл мне дверь, обошел машину и сел с другой стороны. В дороге мы держались за руки. Я не испытывала торжественной уверенности,