Тысячи поводов
Тысячи поводов оставаться несчастным, Остановиться, забыть, как летать. Тысячи поводов, тысячи доводов, Миллионы причин ночами не спать. Тысячи поводов оставаться поломанным, И совсем никаких, чтоб найти радость дней. Тысячи поводов, тысячи доводов, И совсем нет причин оставаться сильней. Тысячи поводов прекратить враз пытаться, Но, чтоб счастье искать нет причин никогда. Тысячи поводов, тысячи доводов — Только скользят поминутно года. Тысячи поводов засели в сознании, Тысячам доводов жизнь отдают. И ведь дело совсем не в банальном незнании, Это лишь страх, что без них нас добьют.***
Мир качает меня В своей колыбели. Не пройдёт и дня, Как откроются двери. Но, где я, Там тепло и тихо. Там, где я, Увядает жестокое лихо. Мир закутает В струны сетей из эфира. Их распутает Только туманная лира. Мир качает меня, Напевая на ухо сказку. Обнимает любя И снимает холодную маску.Цена души
За сколько ты хочешь Продать свою душу? Беги, спотыкаясь, Закрой свои уши. Никто не услышит Твой голос в тиши. Поэтому, друг, Ты кричать не спеши. За сколько ты хочешь Продать свою душу? Тебе говорили, Но ты их не слушал. Ведь все продаются — Вопрос лишь в цене. Ступай аккуратно С врагом наравне. За сколько ты хочешь Продать свою душу? Ты тоже такой же, Кричишь: «Я не трушу», Но первый помчишься На сделку веков, Взвалив на себя Груз железных оков.***
Я выпускаю птицу на волю Среди обломков погибшего мира. Касаясь крыла рукою, Ищу огонёк сапфира. И сладость мгновений блеска, Осколок черты земного, Обрушатся так же резко, Как звуки мольбы живого. Трепещет и пляшет секунда, Птенец расправляет крылья, И силой минутного бунта Спадает вуаль бессилья. Я выпускаю из клетки птицу, Смотрю, как она порхает, Оставив сырую темницу На волю надежд уповает. Несясь между явью и сном, Мгновения встреч нередки. Упав в бездну сил ничком, Я выпускаю себя из клетки.Сказание о мече
Трепеща, мотылёк подлетает к лампаде. Он — звезда на чудесном, но злом звездопаде. Он не ведает, где он, куда он летит, Всё же зная, что вскоре он просто сгорит. И паук оплетает лампаду скалы, Паутина моргает на грани стрелы. В землю въелось летящее древко из стали, Даже время и ветер его не сломали. То всё есть у подножья горы первозданной, И лампада, и стрелы, читатель не званный. На вершине стоит нержавеющий меч, Знает много он радостных, горестных встреч. Он ничей, он — туман, врос в щемящий утёс. И не ведает путник, кто меч тот принёс. Горд и холоден меч, вместе с ветром поёт, Отправляется с ним в справедливый полёт. Нет дороги к нему, он навек одинок, Но его