Я могу
Я могу очень долго молчать И могу очень долго терпеть, Так, как будто нельзя сказать, Так, как будто нельзя сгореть. Я могу навсегда уйти, Я могу не смотреть назад. Я могу. Но а надо ли? Я могу идти наугад… Я всю жизнь могу только грустить Или только до слез смеяться. Я могу всех и вся любить Или даже ни раз не пытаться. Я способен взлететь в небеса И способен упасть на дно, Я способен читать глаза, Я не верю, что все решено. Я могу очень долго страдать И могу очень долго светиться, Только вот не могу кричать, Но могу во всем усомниться. Я могу и сойти с ума, Но ведь это наверно не важно, Потому что вся жизнь одна, Потому что ничто не страшно.Однажды
Однажды прикоснувшись к прекрасному, он уже не вернётся обратно, Будет странен, наверное, даже опасен, что уж там говорить деликатно. Его взор будет сер, как туман над водой, но глаза будут ярче огней. И он будет не здесь, он уйдет далеко, будет там, где он станет сильней. Он изменится враз, неожиданно, быстро, за секунду, а может за вечность. Ему больше нет смысла быть только здесь, потому что он есть бесконечность. Однажды прикоснувшись к прекрасному, обнаружит он белые крылья. Только вновь обретя их, расстанется с ними, будет рвать и метать от бессилья. Его взор будет вечно направлен вовнутрь, к месту скрытого теплого чуда. Все подумают, что он, наверное, слеп, что он слег от того, что простуда. Он не сможет забыть, но он сможет понять, и сожрёт его грусть и тоска, Когда будет он думать о чуде везде, даже если их связь и хрупка.