Пренебрежитель - Маргарита Александровна Полуэктова - Страница 124

124

перед собой вместо него самого настоящего йети.

– Разве что на ледянке с двухметровой горки, – пошутил Герман. – Нет, и, скажу вам честно, на горнолыжном курорте я вообще сейчас нахожусь впервые в своей жизни.

Бескрайнее изумление Рауля сменилось легким огорчением.

– Как же так, – воскликнул он. – Извините меня за прямоту, но ведь это же большое упущение! И я честно удивлен – приятно, но удивлен, – что первым же делом вы решили отправиться в этот поход, а не взяться за горные лыжи. Это очень увлекательное занятие! Немного травмоопасное, но отдыхающие в восторге, да и дешевле нашего тура, если уж быть совсем откровенным, – последние слова Рауль произнес чуть тише.

За такую прямоту он моментально получил признание со стороны Германа. Взглянувший на гида новыми глазами, на его реплику он тем не менее ответил:

– Я, может, и хотел бы попробовать… Но такие скорости на таких высотах… К тому же, как представлю, как добираться наверх, туда, откуда лыжники начинают спуск… Жуть. Аж зубы сводит.

– Жуть? Это не так уж и сложно. Лыжники ведь не пешком преодолевают всю эту дистанцию, они забираются наверх по канатной дороге. С ее помощью они прибывают в нужные точки, не прилагая никаких усилий – просто едут высоко-высоко над землей…

– Вот именно, – сказал Герман и осекся. Рауль помолчал, внимательно всматриваясь в его лицо, после чего выпалил:

– Надеюсь, когда-нибудь вы сможете решиться на это, потому что оно того стоит. Не подумайте, у меня нет никаких договоренностей с лыжным комплексом. – Гид ухмыльнулся. – Просто горные лыжи – или сноуборд, кому что больше нравится – это очень популярное времяпрепровождение.

– Но… времяпрепровождение ведь не обязательно должно быть популярным, чтобы быть интересным? Чтобы подходить и нравиться именно вам?

Вспоминая об этом год спустя, Герман готов был поклясться, что после этих слов уже он получил признание со стороны Рауля; вероятно, именно тогда гид и понял, что сумеет затащить его в горы.

В ужин того же дня Тимо, добродушный полноватый доктор средних лет из Люцерна, всевозможными уморительными рассказами из жизни развлекал у костра тройку туристов и Рауля – Дарио, бывший помощником гида на тот момент, по причине слегка подкосившей его в те дни простуды так вымотался, что сразу же по прибытии на Энциан отправился по совету наставника отдыхать. Двумя другими участниками похода оказалась пара из Соединенных Штатов, Пол и Саманта, с которыми Герман впоследствии неплохо сдружился в ходе переписок и видеозвонков. Когда Тимо запросил передышку, выяснилось, что оба были заядлыми путешественниками: они побывали на Шпицбергене, объехали половину Южной Америки на потрепанном автомобиле, в качестве волонтеров прожили неделю в одном из племен Африки, после чего пересекли континент и провели некоторое время в Гане, где родились отец и мать Пола…

– А теперь попробуйте отгадать, где мы встретили прошлый Новый год! – весело предложила Саманта обратившемуся в слух Герману.

– Боюсь, мне это не под силу, – усмехнулся тот. – Где же?

– На борту круизного лайнера, огибавшего в те дни мыс Горн.

– Невероятно, – восхитился Герман.

– Да-да! – с горящими глазами подхватил Пол. – Словами не передать все те впечатления и ощущения, возникающие от понимания, что ты преодолеваешь один из сложнейших и опаснейших, по словам старых морских волков, участков пути в океане. Это самому надо прочувствовать…

– Если бы я имел возможность путешествовать так же, как и вы… – только и смог вымолвить зачарованный их рассказами Герман.

В какой-то момент Тимо, зевнув, распрощался с еще продолжавшими сидеть у костра людьми до утра, и вскоре после этого уставшая парочка примолкла – лишь время от времени они перебрасывались друг с другом какими-то фразами, но больше почти ни во что, что происходило вокруг них, особо не вникали.

Тогда-то Герман и разговорился с Раулем.

– Знаете, – многозначительно произнес гид после того, как Герман успел расспросить его на тему альпинизма и изумиться, не без внутреннего содрогания, его успехам, – я чувствую, что вы тоже не такой человек, который мог бы всю жизнь спокойно просидеть на месте. Я чувствую в вас тягу к приключениям, к чему-то новому, захватывающему… – Герман внимательно посмотрел на него. – Я многих искателей острых ощущений успел перевидать за свою недолгую еще карьеру, и, должен сказать, бывают среди них такие, которым что-то мешает получить от жизни все то, чего в глубине души им бы хотелось. Кто-то мечтает о многом, но на деле слишком ленив, чтобы претворить хотя бы часть этих мечтаний в реальность; кому-то не хватает физической подготовки для того вида экстремального спорта, который привлек их внимание… А кто-то страдает из-за какой-нибудь фобии вроде боязни высоты. – Гид выдержал недолгую паузу. – Но почему-то многие упускают из вида то, что все эти препятствия поддаются устранению.

– Вы так думаете? – не удержался Герман, чей интерес к разговору вдруг резко усилился.

– Конечно, – кивнул Рауль. – Взять, к примеру, человека, который боится высоты. Если я чувствую, что, несмотря на это, он силен духом, амбициозен и способен на свершения, – я настоятельно рекомендую ему подумать о том, чтобы решиться на покорение какой-нибудь горы. После такого весь страх как рукой снимает. – Сказав это, Рауль выжидательно взглянул на Германа. Тот задумчиво заметил:

– Я знаю, как называется то, о чем вы говорите. Экспозиционная терапия. – Рауль пожал плечами. – Это когда страх пытаются побороть, насильно заставляя себя его ощутить. В случае акрофобии – так называется боязнь высоты – это должно произойти, если подняться куда-то высоко-высоко… Но для меня эта концепция выглядит не очень убедительной. Никто ведь не дает гарантий, что человек в конечном итоге действительно сможет побороть свой страх, заглянув ему в лицо. А заставить самого себя просто так подвергнуться тому, от чего испытываешь ужас… – Герман поежился. – Это слишком пугающая перспектива.

– Пугающая – для неподготовленного человека, – кивнул Рауль. – Разумеется, сначала необходимо проработать подобную фобию – акрофобию, да? – со специалистом. Что интересно, я слышал, что под конец терапии некоторые из них сами рекомендуют своим пациентам для закрепления успеха взглянуть, как вы выразились, своему страху в лицо. Однако, если не ошибаюсь, они предлагают проделать это под своим присмотром… Так, кажется?

– Не знаю, – честно сознался Герман.

– Даже если и нет, – задумчиво продолжил Рауль, – даже если они дают пациенту возможность проделать это самостоятельно, что они в лучшем случае могут ему посоветовать? Подняться на верхний этаж какого-нибудь небоскреба? На мой взгляд, это не очень эффективно, ведь предполагается, что человека привезет туда лифт. В том смысле, что после нажатия кнопки внизу сторонняя сила закинет его наверх, продолжает он того хотеть по мере движения

124