Просто мне не хотелось с ней разговаривать. Мне ни с кем не хотелось разговаривать, по правде говоря, но придётся. Ирина Михайловна зашла в гости, придётся держать лицо ещё и перед ней.
У нас с Дэном были отличные отношения с родителями. У него — с моими, у меня — с его, и я представляла, что начнётся, если мы решим развестись. Содом и Гоморра, не иначе. И не факт, что поддерживать будут меня, скорее всего, нет. Думаю, наши родители будут против развода — и плевать на мою психику. Главное, что всем остальным будет хорошо, а ты страдай, Даша.
Вновь затошнило, и я залезла ладонью в сумку. Где-то у меня здесь завалялась лимонная карамелька… Я всегда ношу их с собой на всякий случай — Лёшку, бывает, тошнит в машинах.
Засунув в рот жёлтенький «Взлёт», я закрыла глаза и постаралась расслабиться.
Получалось плохо.
Мне казалось, что я сижу под плохо закреплённой полкой, заваленной тяжёлыми вещами, — и точно знаю, что она скоро треснет и рухнет прямиком на меня. Но когда именно это случится, неясно. И главное, что у меня нет возможности увернуться или убежать. Я должна сидеть под этой полкой и ждать, когда шарахнет.
Выживу ли я вообще после такого? Не уверена.
Мы ведь с Дэном были вместе, сколько я себя помню. Влюбились друг в друга ещё в школе, начали встречаться. Вместе встречали выпускной, поженились почти сразу после этого, а ещё через полгода, когда я училась на первом курсе, выяснилось, что я беременна. Хотя мы с Дэном изначально договаривались, что подождём! Но разве этого неугомонного можно остановить⁈
Мы вместе ждали Полинку, выбирая коляску и другие вещи, и переживали из-за того, что приходится сидеть на шее у родителей. Дэн из-за этого и институт бросил — нашёл хорошую (на тот момент, разумеется) работу и решил не тратить время на учёбу. С тех пор так и не закончил. Я вот доучилась, благодаря ему и нашим родителям, которые помогали с Полинкой, чтобы я не брала академический отпуск. Было чертовски сложно, но как же я гордилась собой, когда получила диплом! И Дэн мной гордился.
«Ты — мозг нашей семьи!» — так он меня называл. А себя называл сердцем.
Может ли мозг жить без сердца? А сердце — без мозга?
Не знаю.
Но кажется, нам придётся это выяснить.
9. Преддверие
Даша
Когда я подъезжала к дому, пришло ещё одно сообщение от Оли.
«Тут ураган, рейс задерживается. Держись, Даш».
Ураган, значит. Что ж, он вполне соответствовал тому, что в этот момент творилось в моей душе.
Хотя по итогам вечера я могла бы сказать, что выдержала испытание с честью. Ирина Михайловна ничего не поняла, кроме того, что у меня какие-то проблемы с заказчиком и я очень устала.
— Ну ничего, завтра же суббота, — утешила она меня, похлопав по руке. — И Дэн вернётся. Всё полегче будет.
— Да, кстати, где папа-то? — тут же поинтересовалась Поля, подняв голову от своего планшета. Она на нём не играет, а рисует, и делает это просто прекрасно, на мой взгляд. — Опять застрял?
Дэн действительно несколько раз попадал в подобные ситуации с закрытыми по той или иной причине аэропортами, так что Поля и Лёшка научились не волноваться из-за него.
— Угу, — ответила я, кивнув. — Из-за урагана. Будем надеяться, долго он не продлится и завтра мы увидим папу.
Впервые в жизни, говоря подобную фразу, я почувствовала, что вру. Несмотря на то, что я понимала — с Дэном необходимо пообщаться, — мне не хотелось его видеть. Может, потому что я понимала, что именно он будет говорить, а может, потому что предчувствовала: когда муж вернётся, мне станет ещё больнее и сложнее.
Пока можно было делать вид, что всё в порядке, — и я делала.
А Дэн совсем не писал. Впрочем, я тоже ему не писала — не могла.
Ближе к утру пришло очередное сообщение от Оли.
«Ураган закончился. Наш вылет через час. Обнимаю тебя».
Я зажмурилась и потёрла саднящие глаза. Я не спала всю ночь, поэтому теперь усталость была почти абсолютной. Но как тут заснуть?
В другой день, получив подобное сообщение — неважно от кого, — я помчалась бы будить детей, чтобы отправиться в аэропорт встречать папу. Но не сегодня.
И, скорее всего, больше никогда.
10. Почти семейные ритуалы
Дэн
Когда команда моего блога только создавалась, Даша сказала, что хороший коллектив — он как семья. Я, недовольный всякими возникающими походя проблемами, а кроме того, слишком тупой, чтобы понять по-настоящему, тут же начал с ней спорить и доказывать обратное. «Ты что, где семья, а где эти балбесы?» Я тогда ещё подумал, но не выразил вслух: «Особенно семья с тобой». Мне казалось, что это даже почти дикость — сравнивать тёрки в коллективе с моей прекрасной неконфликтной семьёй!
Даша всегда была слишком мудра, чтобы спорить, особенно если видела неготовность услышать правду, и в тот раз она только улыбнулась и закрыла тему. А я отчего-то запомнил эту фразу… Наверное, чтобы вспомнить о ней именно сейчас.
Конечно, Даша была права. В любом коллективе, а уж особенно в хорошем, со временем появляются собственные шуточки и приколы, радости и горести, традиции и ритуалы. Как в семье, да. Это неизбежно при любой форме отношений, на самом-то деле.
Часто бывало, что я ощущал настроение ребят ещё не открыв дверь в студию. Так сказать, на подлёте. Жора по одному моему взгляду мог понять, что я думаю о новой примочке в видео, а Реша — определить, в каком я состоянии, — ориентируясь только лишь по цвету моей футболки. Так же, как я прекрасно знал, что