Петля Сергея Нестерова - Руслан Григорьев - Страница 66

Внезапно Калиныч остановился. – Пардон, секундное дело…

Нагнувшись, он завязал болтавшийся шнурок.

– Так вот. Оказалось, что парнишка, переводчик, его прекрасно знает. Министерский твой кадр – на самом деле офицер госбезопасности из контрразведки в звании старшего лейтенанта. Причем работает давно, его взяли еще до направления на учебу в Союз. Он, как вернулся, так его в министерство и посадили. А наш паренек у него в подручных. Он ему и задания давал, и отчеты спрашивал, и в провинцию из столицы сослал. Знаешь, за что? Мало материалов давал на тебя. Парень чуть ли не каждый день должен был отписываться по тебе, а у него не получалось. Я ж говорил: стучал плохо…

Они остановились недалеко от входа в основное здание экспедиции, где на втором этаже жили Крапивины.

– Вот такая, брат, диспозиция. Зря, наверное, я тебя сдернул…

– Все нормально, Калиныч. Все правильно, – в задумчивости сказал Сергей. – Спасибо тебе, дорогой… А ты чего насупленный?

– А-а, – Крапивин обреченно махнул рукой. – Настя дурит, ревнует…

– К кому?

– Да картограф приехала новенькая…

– Черненькая такая, симпатичная?

– Точно. А ты что, запомнил?

– Не без того.

– Может, зайдешь, Владимирыч? Сгладишь…

– Извини, ехать надо, – теперь уже озабоченным был Нестеров. – Пить все равно нельзя, а так – как вас помиришь, на трезвую голову? Вдохновения нет. Давайте уж сами, ладно?

Они ударили по рукам, и Сергей, переваривая свалившуюся на него информацию, пошел к машине.

Из дома напротив, огибая волейбольную площадку, вышла и направилась в его сторону Тома Кравченко.

«Только тебя не хватало…» – подумал Нестеров. Однако деваться было некуда, не бежать же от нее.

– Добрый вечер, Сережа. – Они встретились в двух шагах от машины. – Извини, пожалуйста, я не задержу надолго…

Она вглядывалась в его лицо, будто хотела запомнить каждую черточку.

– Я знаю, вы уезжаете… – руки нервно комкали платок, и она спрятала их за спину. – Хотела в торгпредство приехать, но не решилась, неловко как-то. А сейчас посмотрела в окно, вижу: вы с Крапивиным ходите, обсуждаете что-то…

– Тамар, извини, мне ехать надо…

– Да-да. Конечно, я уже все… – она, сделав полшага, оказалась совсем близко. – Прости, Сереженька. Я не думала, что так получится…

– Да что получится? Ничего и не могло получиться! Я устал тебе объяснять…

– Да, да, конечно… – она хотела сказать и боялась не успеть. – Знаешь, что бы ни произошло в моей жизни, я никогда тебя не забуду, Сереженька, никогда…

Тихо заплакав, Тома опустила голову.

– Ну, что ты, не надо, – пытаясь успокоить, Сергей положил ей руку на плечо, и она тут же уткнулась лицом ему в грудь. Как поступить в этой абсолютно дурацкой, с его точки зрения, ситуации, он не знал. Тем более разговор происходил у всех на глазах. Даже в волейбол играть перестали, минутный перерыв объявили.

Нестеров взял ее за плечи и отстранил от себя.

– Тамар, это ты прости. Не знаю, как это произошло и что тебе дало надежду считать, будто у нас есть будущее. Мне надо было сразу все расставить по своим местам, и я кляну себя последними словами, что не сделал этого в самом начале… Не расстраивайся, прошу тебя. Перед такой красавицей, как ты, мужики ковром будут стелиться. Найдешь свое счастье, никуда оно не денется.

– Ты говоришь, как твоя жена. Слово в слово, – она улыбнулась сквозь слезы. – Прости, не буду тебя больше задерживать. Можно на прощание? – Тамара, обняла его за шею, коротко и нежно поцеловала в губы. – Все. Счастья тебе, Сережа.

Взволнованный Нестеров прыгнул в машину и, развернувшись, выехал с базы.

«Что делать? Что делать? – стучало в голове. – Как всегда, все сразу и в одну корзину… Тома, «Лекарь», оказавшийся офицером контрразведки… Бог с ней, с женщиной. Разберется сама, не маленькая. Друг сердечный – вот где загвоздка…»

Сергей по привычке последних лет делал сразу несколько дел: крутил баранку, контролировал отсутствие или присутствие наблюдения за ним и приводил свои мысли в порядок.

«Завтра с утра встречаемся с «Лекарем” в министерстве. Договоренность недельной давности, никуда не денешься. Я обещал ему с заменой познакомить. Правда, кто будет со мной, он не знает… Теперь же все пошло к чертям собачьим! – Нестеров, вытащив сигареты, закурил. – Обидно, конечно, но ничего не поделаешь. Вопрос, как говорится, обсуждению не подлежит. “Лекарь” без всяких сомнений – работа контрразведки. Тут и к бабке ходить не надо. Я же сам к нему пришел. Им трудиться особенно не надо было. Понятно теперь, почему информация шла как по маслу. Без сучка и задоринки, хоть и с небольшой задержкой… Завлекали нас, друзья заклятые. Считай, почти удалось. Если еще преемника моего получат, вообще в шоколаде будут… А наш товарищ Соколов тоже в нетерпении. Как же: кандидата на вербовку дают! Проверенного, заверенного. Завербует, включит в сеть и дальше, трава не расти, всю командировку может ничего не делать… Мне, конечно, уже сейчас плюсик поставят, все-таки нужного человечка нашел… Ладно, хватит растекаться по древу. Сейчас быстренько к шефу, пусть дуче сам думает, что делать. Хорошо бы еще застать его…»

Размышления сбились: за джипом, уже четвертый поворот, сменяя друг друга, шли два мотоциклиста.

Он повернул направо, на дамбу – самый короткий путь в центр города, который он использовал в крайних случаях и только днем, памятуя предупреждение Лукашева. Но теперь, казалось, дорога была каждая минута.

Мотоциклисты пропали, и на душе стало спокойней: чего хорошего, когда тебя по делу и без дела пасут, как барана? Пошла вторая половина пути по дамбе. Между туч проглянула луна, освещавшая дорогу, и он переключил свет на ближний. Ночь была душной. «Правильно все-таки сделал, что снял передние двери, – подумал Сергей. – Хоть ветерок обдувает…»

Впереди, – вероятно, на том конце перемычки, – вспыхнули и погасли фары автомобиля. «Только б навстречу не выходил, – подумал Нестеров и прибавил в скорости. – Надо проскочить по-быстрому или, на крайний случай, долететь до места, которое Ванька показывал. Там хоть разъехаться можно. А по-другому, упремся рогами и простоим до рассвета».

Луна вновь спряталась. Подпрыгивая на кочках и ухабах, джип шел в вязкой темноте ночи, напоминая вскидывающийся на волне катер… Неожиданно, как гром среди ясного неба, впереди взревел мощный мотор и сразу, ослепив на мгновение, вспыхнули яркие, как прожектора, огни. Встречный грузовик! Сергей засемафорил светом, засигналил, но, судя по всему, останавливаться тот не собирался, наоборот стал набирать скорость.

«Откуда?» – пронеслось в голове, и сердце заколотилось в предчувствии недоброго. Нестеров до боли сжал зубы. Внутри все окаменело, и он превратился в механизм, стал частью своей машины. Грузовик гнал навстречу, расстояние неумолимо сокращалось, но и Ванькина «гавань» где-то рядом, кричало все внутри… Вот она! И тут же, на высокой ноте, фальцетом завизжали тормоза, и джип потащило юзом. Он вывернул руль вправо, потом резко взял влево, нога пыталась утопить