Переводчица. Украденная репутация - Вера Вильсорова - Страница 33

вдруг почувствовала, что начинаю выходить из роли.

– Возможно, он представился вам другим именем, а по внешнему описанию я пойму.

– Молодой. Как вы, наверное. Сколько вам лет?

– Мне – двадцать семь.

– Ему – столько же, но это с его слов. Рыжий, такая шевелюра непослушная. Среднего роста, обычный парень с виду.

– Он вас обокрал?

– А как ещё назвать то, что он сначала тянул деньги под разными предлогами, потом просил взять кредиты на моё имя. Здесь у меня хватило мозгов дать ему от ворот поворот. А вчера, пока я была на работе, вынес все мои украшения, – я снова взялась за стакан, но так и не отважилась пить воду, поданную Стахновичем. Он с тем же доверительным взглядом выслушивал мои ответы, черты лица его стали более расслабленными, щёки порозовели, он весь словно проникся моей выдуманной историей.

– Получается, обычный вор или игроман, – Борис Сергеевич пожал плечами, встал с кресла и снял халат, аккуратно положив его на спинку. Задумчиво посмотрел на улицу, спросил:

– А вы, сказали, что работали с мошенническими историями?

– Верно. Как журналист.

Он медлил. Словно что-то обдумывал. Кивнул сам себе пару раз и тяжело выдохнул.

– Не согласитесь ли вы оказать мне услугу? Я заплачу. Даже если ничего не выйдет, обещаю оплатить все услуги. – Он поджал губы и снова молчал.

– Смотря какое дело… – неуверенно ответила я.

– Мне терять уже нечего, но раз этот день сделал такой подарок в виде вашего появления… просто перст судьбы! Я должен воспользоваться этим шансом…

– Борис Сергеевич, пожалуйста, давайте обойдёмся без пафосных слов, если мы ступаем на деловое поле.

– Да-да, конечно! Мне нужно буквально пару минут, – он снова задумался и как только хотел начать беседу, в дверь постучали.

– Войдите! – раздражённо сказал Стахнович.

На пороге стоял тот самый охранник из фойе.

– Борис Сергеевич, у вас всё в порядке?

– Более чем! Отправляйтесь на пост.

Когда дверь закрылась, я чуть выждала и с улыбкой сказала:

– Какие заботливые у вас сотрудники. Продолжим?

– Нет, – вдруг сказал Стахнович и сложил руки за спиной. – Я передумал. Виолетта, прошу меня извинить!

– А как же перст судьбы и прочие высокие материи? – я резко поднялась и одёрнула юбку платья. – Сказали "А", говорите "Б"!

Он закинул голову и долго смотрел в потолок.

– Хорошо, но не здесь. У вас будет время завтра в 15 часов?

– Да, – быстро ответила я и тут же прикусила себе язык: кто меня завтра отпустит с работы? Не подговаривать же Анну Викторовну в университете! И как быть с ежевечерним отчётом у Лены в шесть часов. Нет, завтра мне никто вольную не даст. Ещё бы сегодняшние дела успеть разобрать, а я так опрометчиво соглашаюсь на встречу со Стахновичем. Предчувствие не обмануло – стеклянный коридор "Атэм" ведёт меня в лабиринт.

– Предлагаю встретиться завтра в "Галерее Константиновского", она так и называется. – продолжал Борис Сергеевич. – Здесь, недалеко. Почти через дорогу. Вы сможете прийти?

– Конечно!

– Вот и отлично, – он достал небольшую дорожную кожаную сумку и кинул туда смятый белый халат. – В этих стенах я ничего говорить не собираюсь. А там… и народ будет, и тема моя любимая: "Вдохновение немецким романтизмом". Как вам, Виолетта?

– Борис Сергеевич, я страшно далека от немецкой культуры.

Покинув офис "Атэм" я долго шла, почти не разбирая дороги. Вниз, по улочке, пока не увидела уютный сквер. Он почти пустовал в это время дня, и найти свободную скамейку не составило труда. Я уселась в тени под рядами из высоких лип, вдохнула полной грудью и начала обдумывать свои дальнейшие шаги. Чего я только ни ожидала в свой поход к Стахновичу: и то, что он выгонит меня с порога (даже не он – секретарша или охрана), то, что он посмеётся мне в лицо, если бы я рассказала, зачем пришла на самом деле; и самое плохое в моих чёрных измышлениях, – он бы мог бы стать последним человеком, кто видел меня живьём. Из-за каких-то бумажек? Почему бы и нет – убивают и за меньшее.

Но то, что случилось в его кабинете… не вписывалось ни в одно представление. Его полупустой кабинет, который как будто готовили к ремонту или для другого сотрудника, его фраза "сделать для компании что-то полезное напоследок" и наконец его просьба встретиться со мной вне стен "Атэм" для беседы как с журналисткой.

Я устала. Ничего не случилось, а я устала. Достала из сумочки телефон и увидела кучу непринятых от Лолиты. Пара СМС от неё же: "Как дела?" и спустя десять минут очередное – "КАК ТЫ???"

Время близилось к трём. Консультация, должно быть, в самом разгаре. Я набросала сообщение в ответ: "Всё хорошо, но ничего не закончено".

Только я отправилась на поиски свободного такси к небольшой парковке перед сквером, как зазвонил мобильный.

– Ты в порядке? Как всё прошло? – Лола говорила громким шёпотом.

– Да, всё отлично. Как дела в универе? Меня не потеряли?

– Нет, я сказала, как ты и велела: неважно себя чувствуешь, после работы сразу едешь домой. Анна Викторовна пожелала тебе скорее прийти в норму.

– Хорошо, хорошо, – я спускалась по гранитным ступеням и пыталась найти глазами машину с жёлтыми "шашечками".

– Рита, так что произошло-то? – нетерпеливо потребовала подруга. – Я тут вышла минут на пять, поэтому расскажи хотя бы коротко.

– Ты знаешь, всё только начинается, – я остановилась на тротуаре, – Стахнович странно себя вёл, но не похож он на злостного вора. Пригласил меня завтра на встречу. Обещал что-то важное рассказать.

– Ты идёшь?

– В этом вся проблема: рабочий день, мне не вырваться. Я сейчас только об этом и думаю – как бы мне всё состыковать.

– А чего тут думать? – Лола вдруг засмеялась. – У тебя же есть надёжный тыл – господин Брандт. Позвони ему или напиши, да расскажи уже всё, как есть, чего скрывать! Если так развернулись события. К тому же, я за тебя переживаю! Но если будет понятно, что ты под его защитой, то и мне спокойнее. Ну?

Я молчала. Почему все простые решения всегда скрываются под сложными мыслительными конструкциями, когда они так нужны? Всё же просто!

– Не молчи, Рита!

– Ты права, что бы я без тебя делала, – с улыбкой я покачала головой.

В такси приятно пахло ароматизатором с морским запахом. Нечто очень отдалённо похожее на акватику моего любимого господина Брандта. Даже не поздоровавшись с водителем, я быстро сказала адрес и сразу окунулась в размышления. Всё складывается удачно: сейчас же по приезде домой я напишу Вальтеру большое письмо о своей авантюре, о